Слово демона

Глава 3

– Вставай!

В мрачный кошмар, душащий своими пугающими образами, ворвался голос, который мог бы принадлежать одному из моих монстров. Но нет, его обладатель был человеком, только не тем, кого бы мне хотелось видеть. И слышать. Вообще знать.

Открыла глаза и застонала. Понятия не имею, что за заклинание использовал Рамир, но дурнота и слабость не хотели уходить. Наверняка приплел магию крови, иначе я уже давно пришла бы в себя.

Смотритель Лутас брезгливо меня рассматривал. Ну, пусть так, это намного лучше, чем сальные взгляды, что мне приходилось ловить раньше.

– Вставай, шуршева падаль, – процедил он. – Разлеглась тут. Пора принимать лекарство от самомнения, подлая девка.

Я кое-как села, поморщившись. Голова гудела, словно чугунный котелок, по которому ударили молотком. Но Лутас не дал мне времени прийти в себя. Наоборот, стоило пошевелиться, дёрнул за шиворот, поднимая над кроватью. Ворот сдавил горло так, что я перестала дышать. В глазах потемнело, комната – точнее, одна из палат в лекарской, куда меня притащили, пока я ничего не соображала, – завертелась. Я схватилась за ворот, пытаясь оттянуть ткань, на Лутас держал крепко, ткань не рвалась, и я медленно прощалась с жизнью.

Спасла пуговица. Всего одна пуговка, что отлетела прочь. Я захрипела, судорожно глотая воздух, и вдруг поняла, что мне чего-то не хватает. Кроме воздуха, который был жизненно необходим, не хватало ещё чего-то. И это что-то...

Магия! Я перестала чувствовать её!

– Не трепыхайся, – встряхнул меня Лутас. – Всё равно ничего сделать не сможешь.

Они надели на меня антимагические браслеты. Гады из шуршева болота! И где только их нашли? Точнее, как осмелились? Ведь их использование под запретом! Если бы я могла донести... Мечтай! Им все равно за это ничего не будет. Твоё слово против целой школы. Но чувство беспомощности пугало. Никогда раньше я не чувствовала себя такой опустошенной. Горло саднило, будто я долгое время мучилась жаждой, туман в голове никак не хотел растворяться, но теперь ко всему этому ещё начал примешиваться страх. Я понимала, что Алира сделает все, чтобы наказать меня, перейдёт любые границы.

Меня вели на казнь.

Без магии. Без поддержки хотя бы знакомых. Да что там, пусть бы меня поддерживали незнакомые! Но никому не было дела до студентки-магички и её наказания.

Наказание... Нет, это неправильное слово. Это расправа над неугодным. Запрещённый приём, использовать который попросту нельзя! Но ради меня они уже дважды нарушили закон! Нарушат...

В обеденной зале убрали столы, превратив это место в обитель грядущего позора. Алира стояла на своём обычном месте, на возвышении, и смотрела, как меня ведут к ней. Торжествовала. Конечно, ведь, наконец, у нее появился повод, чтобы оправдаться перед всеми за моё наказание. Немного же человеку нужно для счастья. Всего-то, чтобы боль и отчаяние испытывал кто-то другой.

Лутас толкнул меня, и я упала на колени, больно ударившись о пол коленями. Юбка задралась, так что между ледяными каменными плитами и кожей не осталось преграды. И это меня сейчас волнует? Саднящая кожа на коленках?

– Студентка Пасталь! Решением руководства школы ты признана виновной во множественных нарушениях правил, а также попрании основных принципов и лишении нас возможности подняться над остальными учёными заведениями! – говорила Алира громко, не пряча злую усмешку. – Восемь ударов железной плетью. И радуйся, что за твою непокорность я не увеличила их число!

Моя магия, моя сила, как мне тебя сейчас не хватает! Я бы могла заморозить кожу, чтобы не чувствовать боли. Или покрыть её тонким водным слоем, чтобы кнут не смог до неё дотронуться. Но Алира знала, что я смогу это сделать. Знала и лишила такой возможности!

– Тебе будет больно.

Рядом со мной возник брат. Я вздрогнула. Рамир, словно змей, прошипел всего одну фразу, но она ударила меня в самое сердце. Я, наверное, не до конца оставила надежду, что мы с ним ещё можем стать друзьями.

– Студент Пасталь, отойдите, – проговорил Лутас. – Сейчас начнётся.

Последняя торжествующая улыбка, и брат отошёл в сторону.

Довольная Алира раскрыла шкатулку, в которой хранилась железная плеть. Вся магия нашего мира должна была взбунтоваться против этой вещи, но... Её создали, чтобы наказывать магов. Увидеть бы того, кому пришла эта идея, и плюнуть в лицо, ударить, уничтожить. Но он давно мёртв. Его счастье.

Железная плеть – всего лишь название. На самом деле она состоят из самой чистой магии. Девять нитей, пропитанных болью и страданиями, искрящимися от еле сдерживаемых сил. Эта вещь любила доставлять боль, нуждалась в ней. Я знала, что ничто не поможет мне. Как только плеть коснётся моей кожи, я обречена. Магия проникнет под кожу, высасывая из меня жизнь. И тогда боль от удара покажется мелочью. Вся жестокость, что есть в людях, сосредоточена в этом маленьком куске магии и металла.

Я закрыла глаза, чтобы не видеть их ухмылок. Смотрители, студенты – все наслаждались происходящим. Здесь ни у кого не было друзей. Каждый сам за себя. И они радовались, что сейчас не заняли это место, что я оказалась брошенной в Разлом.

Треск ткани оглушил. Простая рубашка разлетелась в клочья. Не зря они дали её мне, все же портить форму им не хотелось. А без этого зрелищного момента радость была бы не полной.

Я осталась практически обнажённой под сотнями взглядов. Главное, не плакать, не показывать, что я слабая и боюсь боли.

Шаги за спиной подсказали, что Лутас уже готов.

– Начинай! – холодно произнесла Алира.

Я сжалась, готовясь принять первый удар...

Но это было в тысячу раз хуже, чем я могла себе представить. Адская боль, словно с меня живьём сдирали кожу! Я чувствовала, как чужая магия скользит по телу, вгрызается в него, чтобы пробраться глубже.

– Раз, – улыбка в голосе, и я рада, что не вижу её лица.

Стиснуть зубы и терпеть.

Нет!