Слово колдуна

Глава 5. Путник или человек? (Часть 1)

Ехали мы медленно. И если мой жеребец вёл себя прилично, то Аника то и дело порывалась сойти с дороги в поросль, чтобы немного полакомиться. Она не часто покидала деревню в последнее время, поэтому воспринимала сам факт путешествия с недоверием, ленцой и робкой надеждой, что седоки одумаются до того, как солнце будет в зените. Я её понимала, и это подстёгивало меня то и дело стыдливо понукать себя, приосаниться и с гордо поднятой головой смотреть вперёд — на однообразный путь из леса с одной стороны, деревьев с другой да грязи вокруг. Тучи, которые, казалось, должны были разразиться дождём сразу после рассвета, продолжали хмурить небо, будто отпущенные на волю серые кобылицы самой Хель: грозные, неуправляемые и свободные.

Признаться, к полудню мы даже не достигли и полпути до Колигара. Зато моя поясница постоянно напоминала, что дома у Льёта была замечательная медвежья шкура. В первые часы после происшествий, особенно ночью всё кажется важным, ответственным и серьёзным, даже фатальным. После совета я была полна решимости, в полудрёме после ужина воображала, как мы мчимся на конях (в моих фантазиях было почему-то два Гелуса, а несолидная кобылка вовсе не фигурировала), по нашим лицам бьёт ветер и хлещет ледяной дождь, в небе парит чёрной смертоносной тенью крикливый Коли, а где-то вдалеке обваливаются на дорогу камни Старой Гряды. Когда же мы бы вернулись из героического похода, то о нас бы сам Гримнир сложил песню.

Действительность оказалась куда спокойнее. Ветер не желал опускаться, оставляя неколебимыми чуткие верхушки деревьев, пернатый же разместился с видом восточного князя на спине моего коня, использовав в качестве удобного насеста полы моей же одежды. Он ещё и недовольно возмущался, стоило мне слишком наклониться вперёд. Льёт, наоборот, больше походил на настоящего путника с богатым опытом: он в седле держался обычно — всегда в одном, полурасслабленном положении, одной рукой перетягивая поводья, если лошадка слишком беспечно сворачивала в лес. Конечно, здесь безопасно. Чаща у Клюфанданеса может похвастать медведями и волками, разными мелкими тварями, но особо злой и крупной нежити и нечисти тут нет. Разве что зимой варги заглядывают. Лук за спиной всегда наготове, можно не бояться.

Когда воздух стал влажным от близости ручья, Льёт съехал с дороги. До колигарского перекрёстка у озёр было далеко, а других поворотов в нашем маршруте не предвиделось. Я решила, что он попросту забыл набрать воды в флягу, поэтому направила Гелуса следом. Вскоре под копытами застучала галька, и показался сам ручей. Он брал своё начало в горах, и уходил в море, делая небольшой крюк и раздваиваясь. На вилке как раз находился излюбленными нами с детства грот. По ту сторону бегущей воды начинался Проклятый лес. По телу против воли прошёл озноб. Сама подписалась, у Гряды придётся ехать через него, недолго, но всё же.

Только вот гончар не останавливался, направив кобылу прямо по мелководью.

— Погоди! Ты куда? — я натянула поводья, останавливая Гелуса и заставляя его развернуться. — Отходить от дороги небезопасно. Мы должны добраться до пути на Кьярд и потом только свернуть, ты же сам вчера говорил.

Братец не ответил и не замедлился, словно бы мои слова не имели никакого значения, как и моё нахождение рядом. Коли оттолкнулся и взмыл в воздух, заставив меня пригнуться от неожиданности.

— Да что с тобой не так? — мне хотелось кинуть в наглую рыжую голову что-нибудь потяжелее. Гальки тут много, может?.. Но терпение никогда не было моей сильной стороной, и, похлопав коня по холке, я нагнала и даже перегнала Льёта, пришлось осадить жеребца. Тот фыркнул, откровенно намекая, что мне пора бы определиться, чего я хочу. Теперь отвертеться от ответа другу не удастся.

— Нечисть к воде не подходит, а для водной нежити течение слишком быстрое. Идти по камням довольно сносно, путь же будет втрое короче. Если боишься, можешь остаться в чаще и дождаться, когда я вернусь. Мы прибудем обратно вместе, и я никому не скажу.

Его голос раздражал спокойствием и снисхождением. Когда он перестал верить в меня? Неужели правда считает неспособной девчонкой? На язык наворачивались слова, что не калека мне указ, но я сдержалась, стиснув зубы. Это было бы низко, и я так ведь на самом деле не думаю. Никогда не считала Льёта увечным, порой вовсе забывала про его ногу.

— Мы обещали Вегарду, что вдвоём доедем до монастыря и узнаем, в чём дело. Своё слово я держу.

Между нами повисла напряжённая тишина. Присмиревшие лошади жались как можно ближе к потоку, то и дело кидая настороженный взгляд в сторону леса и возвышающийся из-за него скал. Ворон поднялся так высоко, что было видно, как потоки ветра ломают его крылья, сбивают, однако Коли не поддавался. Он был глазами Льёта — смотрел путь.

Накаркала. Видите ли, хотелось мне приключений, как в сагах. Насколько помню, ручей резко забирал в сторону, и с римской дороги до него было трудно добраться. Проще говоря, единственный проход меж двух частей Старой Гряды был по дну ущелья. Ручей же спускался откуда-то севернее и выше, где круглый год белел снег. Там точно не пройти конному, да и пешему. Если только мы свернём где-то у подножия, но и в этом случае дороги до ущелья, хотя бы тропинки, нет. Дикие места, где лютуют каменные духи и вполне материальные скоге, куда люди по доброй воле не сунутся. Если не считать дракона выдумкой, то становилось совсем уж странно.

Пока вела беседу с внутренним голосом о возможных особенностях пропитания драконов в условиях перенасыщения тварями и недостатком человечины, я не заметила, как камни под ногами коней стали крупнее и неустойчивей. Теперь Аника то и дело громко всхрапывала и пятилась, хитрый Гелус же приотстал, чтобы наступать за сестрой след в след. Гончар спрыгнул в воду, поправил седло, перекинул удобнее сумку и развернулся ко мне. В руке он сжимал посох, не думая на него опираться.