Слово короля. Слезы попаданки

Глава 2. Юля.

Правда это или нет, но факт остается фактом: все учебные заведения в любой реальности, в любом мире, в любом городе строятся вокруг студенческих столовых. Где еще броуновское движение из адептов упорядочивается ради мясных деликатесов? К тому же именно в этом помещении юные умы постигали первые житейские мудрости: ловко влезать без очереди, посылать и выталкивать тех, кто влез без очереди, умело пользоваться вилкой, даже если пища — суп.

В Мороке все было устроено похоже, если не обращать внимания, что еду накладывали прирученные зомби. Гуляя взглядом по линии раздачи, я выбирала исключительно те блюда, что поднимали в крови сахар, соответственно, и мое настроение.

— Маверик! — воскликнула какая-то девица с длинными, светло-русыми косичками. — Поступила, проклятая дрянь?

— Палмер, противная ты лицемерка, — заверещала моя соседка.

Внешне обе девушки были схожи. Одинаковый разрез глаз, одинаковая линия бровей, обе имели пухлые губы. Но Тамила была жгучей брюнеткой с серыми глазами, а некая Палмер бледным альбиносом.

— Ее зовут Мадина Палмер, — пояснила Тамила. — Помнишь, я упоминала, что у меня есть родственница, которую я не выношу?

Получается, та самая, которую она пыталась «заказать» у Бугимена? Если весь сыр-бор из-за нее, то я не против.

Судя по форме в лиловую полоску, девушка училась на факультете соблазнителей. Она направилась к нам и закружилась вокруг Тамилы, едва не опрокинула ее поднос.

— Я ведь предупреждала, чтобы ты выбирала другое место, — зашипела Мадина. — Не хочу, чтобы ты меня позорила.

— Тебя забыла спросить. Между прочим, опасайся. Я поступила на ядоварение, а не на какой-то бесполезный факультет.

— У тебя ни одно зелье не выходит.

— А у тебя только и выходит юбку задирать, — закончила Тамила.

— Ах ты...

Я хотела сделать шаг в сторону, чтобы не мешать девчонкам в их разборках, но подорвавшаяся Мадина взмахнула руками. Мой поднос взлетел, и все, что я так старательно собирала, включая напитки, свалилось на нее.

Начинаю думать, что мое проклятие состоит не в имени, а в идиотских и неловких ситуациях.

На блондинку было жалко смотреть, красный сок растекся по ее волосам, окрашивая пряди в цвет оттенков на форме, на ушах живописно висела лапша, а на груди расположились печеньки.

В воздухе стало тихо. Доносившиеся звуки, привычный гам, разговоры стихли. Сотни глаз воззрились на нашу троицу. Мне и обливаться ничем не надо было, мое лицо тоже заливалось краской. Но это смущение.

— Тварина! Ты что наделала? — набросилась на меня соперница Тамилы. — Кто это? Что за дура?

— Подружка моя, — радостно улыбнулась соседка. — Б... Б... Бездна, Юлия, — она повернулась ко мне, — можно тебя по-другому называть? Так до утра можно заикаться.

— Болванка, бактерия, бичиха, — сразу подключилась выдумывать мне прозвища Палмер.

Если она полагала, что я буду молча сносить оскорбления, то не на ту напала. Я не овечка, молчать не буду. Подхватив упавший поднос, я пригрозила настучать той по затылку, а сверху еще чем-нибудь облить для сочетания и вкусового эффекта.

Рядом прошагали преподаватели. Я замерла, испугавшись, что нас могут наказать, но ни ректор, ни деканы, ни другие никак не отреагировали.

— Вам конец, — отозвалась Мадина, проведя ладонью по горлу. — Я этого так не оставлю.

— А что сделаешь? Зацелуешь? — помахала ей вслед брюнетка. — Фу, ненавижу слюни.

Но когда ее оппонентка убежала, она сурово поведала, какая настоящая опасность нам грозит.

— Вообще, это отвратительно, — при этом вещала она очень веселым тоном. — Мадина на третьем курсе и глава группировки Чародеек. Туда уже не вступить, а они хоть и не способны на какие-то боевые действия, но подгадить могут. Подговорят кого-то из своих парней.

— Стой, ты о чем? — не доходило до меня. — Какие группировки?

— Бездна, ты реально из какой дыры-то приехала? Совсем ничего про Морок не слышала?

— Очень мало, — пожала я плечами. — У меня и проклятие не то чтобы очень мешает в жизни.

— Ладно, не дрейфь, — похлопала она меня по плечу. — Ты хоть не размазня. С этих пор обзавелась таким количеством врагов и недоброжелателей, что сразу вижу — ты хороший человек.

Спорное утверждение, но нет желания возмущаться.

— В Мороке стайные законы, — продолжила менторским тоном пояснять адептка Маверик. — Сбиваются в кучу и кошмарят тех, кто ни в какую банду не вписался.

— А профессора? — подалась я вперед. — Они не пресекают?

— Что они должны пресекать? Защищать не будут. Ты не в сказке. Правила и обучение суровые, слабаков не держат. Нам с нежитью бороться.

Я начинала осознавать, какую натуральную свинью подложил мне Мерлин и король, чтобы оба провалились. Про банды ни одним словом не обмолвились, потому что я наверняка бы отказалась. И кого из нас надо называть на букву Б?

— Какие стаи, Тамила? Давай больше фактов, — попросила я, наклоняясь вперед.

— Хм, ну, про Чародеек я тебе сказала. Там Мадина, они соблазнительницы, — постучала она пальцем по губам. — Есть еще Башмаки, это отбитые боевики. Там кто-то Аарон заведует. Налетчики — вампиры. Они куда опаснее предыдущих, все менталисты. И берут к себе исключительно своих. Волки, соответственно, — она кивнула на компанию массивных ребят, которые в данный момент издевались над уже хорошо знакомым мне Эндрю.

Издевались, шпыняли и громко хохотали, а парень стойко терпел, молчал, и, вероятно, мечтал попасть в их ряды.

— Его никогда не возьмут, — прочитала Тамила мои мысли. — Он вроде обращаться не может из-за своего проклятия. Никаких перспектив. Вылетит в первый же год.

— Еще кто-нибудь есть? — я озиралась по сторонам.

Теперь движение не выглядело броуновским. Наоборот, я яснее видела ужасающую картину с внутренними преступлениями и попустительством от старшего персонала.

Первокурсники, кто пока выбирал, к кому примкнуть, и мы в их числе, сгруппировались за двумя столами. Были и те, кто сразу начал заискивать перед более взрослыми адептами. Кого-то уже выбрали на роль изгоев.