Слово павшего

Глава 3

Наши люди в булочную на такси не ездят!

К/ф «Бриллиантовая рука»

Не мир, а сборная солянка какая-то, ей-ей... Имена русские, духи – скандинавские, Хранители – шарики, а в деревенской избе есть утюг. Да-да, на широком деревянном подоконнике среди цветов скромно притулился железный утюг а-ля привет из девяностых годов. У моих родителей, помню, тоже такой был.

Я вопросительно взглянула на Марфу, а та, словно ничего не замечая, уже суетилась по хозяйству. К столу, стоящему посреди комнаты, придвинула еще одну табуретку, что-то пошептала над самоваром, отчего вода в нем красноречиво забурлила, из печи достала блюдо с пирожками. И на меня внимание обратила лишь тогда, когда разлила по кружкам чай.

– Что-то не так?

– Вот, – я кивнула на утюг. – Откуда?..

Целительница посмотрела в указанном направлении и вздохнула:

– Опять забыла убрать... А сама не догадываешься?

– Ну, – я вытерла ноги о плетеный половичок, разулась и уселась на табурет. – Очевидно вы связаны с моим миром, – я критически оглядела свои руки и, встав, отправилась к стоявшей в дальнем углу бочке с водой. – Или вам его подарил кто-то, прибывший оттуда.

Хозяйка терема подождала, пока я приведу себя в порядок после дороги и вернусь к столу, а потом задумчиво ответила:

– Когда-то, когда я была обычным человеком, меня, как и тебя, судьба свела с Яти. Мне только исполнилось семнадцать лет, я собиралась на выпускной, гладила платье и... Легкий укус – и я вместе с утюгом оказалась здесь. И стала второй спасительницей мира.

– И от кого вы спасали? – я с аппетитом взялась за пирожки.

– От вас, – Марфа рассеяно посмотрела в окно.

Я подавилась непрожеванным куском и сдавленно прохрипела:

– В смысле?..

– Чтобы изгнать вас, пришлось открыть портал во внешние миры, и через него просочилась страшная зараза. Люди заболевали мгновенно, и через сутки-вторые в страшных мучениях умирали. Целители оказались бессильны, и Хранители нашли помощь в тех мирах, откуда пришла болезнь. Мы с тобой из одного мира, Касси, только ты там родилась лет на десять позже меня.

– Погодите, – я уставилась на дно опустевшей кружки. – Но как же тогда... Если там прошло, допустим, десять лет, а здесь – полтора тысячелетия... Не понимаю...

– Необычные законы местного времени, только и всего, – Марфа пожала плечами и налила мне еще чаю.

– А если вы стали второй спасительницей, то кто же первый? – продолжала допытываться я.

– Не поверишь, – морщинистое лицо целительницы осветила едва заметная улыбка. – Наш Господь-бог. И верят местные жители в него так же, как и в наших мирах. Иконы только не рисуют и церкви не строят... Но верят и поминают.

– А-а-а...

– Согласна.

Дальше мы пили чай молча. Моя собеседница, судя по мечтательному взгляду, вспоминала свою жизнь в прежнем мире, а я от нечего делать разглядывала обстановку. Большая комната на первом этаже разделена на две занавеской. В первой, где мы пили чай, находились, кроме стола и печки, две лавки, застеленные лоскутными одеялами, и резные полочки, уставленные посудой. А во второй, видимо, хозяйская спальня и лестница наверх.

Вечерело. Заходящее солнце, робко заглядывая в распахнутое настежь окно, скользило по стенам и полу, оставляя золотисто-красные следы. Тише щебетали птицы, чье гнездо я приметила на липе. И незаметно подходил к концу первый суматошный день моего пребывания в новом мире. В новом ли?.. Вздохнув, я посмотрела в окно. Странно, но я уже чувствовала себя здесь как дома, а ведь времени прошло – всего ничего. Может, так оно и должно быть?..

– Ложись-ка ты спать, – Марфа, кряхтя, встала, чтобы постелить на лавке постель. – Завтра разбужу тебя рано, в дорогу лучше отправляться с первыми лучами солнца.

– Почему? – я послушно допила чай.

– Примета спасителей, – целительница взбила подушку. – Чем раньше приступишь к своим обязанностям, тем раньше закончишь начатое дело.

– Бред, – проворчала я, прикуривая от печного уголька и выбираясь из терема, дабы не смущать хозяйку вредным дымом.

Сев на ступеньку, я задумчиво посмотрела на бескрайние зеленые равнины, окутанные мягким сумраком подступающей ночи, и прислушалась к звонкому голоску речки. Лес, из которого я выбиралась, остался позади, а впереди – бесконечное море сладкого летнего разнотравья.

Повинуясь минутному порыву, я закатала джинсы до колен, спустилась с крыльца и с удовольствием прогулялась босиком по влажной от вечерней росы траве. Хорошо иметь домик в деревне... Особенно когда до смерти надоели городская суета и сорокаградусные морозы. Мама всегда учила меня видеть в происходящем лишь хорошие стороны, и, похоже, одну я найти умудрилась.

Я подняла глаза к небу и невольно вздрогнула. На секунду показалось, будто среди фиолетово-голубых полос облаков мелькнул красноватый силуэт далекого города. Города с точеными башенками и шумными фонтанами, спрятанного за высокой стеной. Города, который столько раз мне снился дома, что я давно со счета сбилась. Или – показалось?..