Сложно быть Мэри Сью

32 глава. К будущему приёму

— Красный или фиолетовый? — Девушка с бараньими рожками и длинным хвостом подбежала, держа в руках деревянную подложку под листы.

Красный и фиолетовый. Я посмотрела на две корзинки, стоящие передо мной. Цветы в обоих внешне напоминали сирень, только в одной они были фиолетовыми, а в другой — красными. С одной стороны, сюда к интерьеру подходило что-то более пёстрое, с другой, не хотелось бы выглядеть агрессивными. То есть, конечно, мы не мирные ребята, но так в открытую об этом заявлять... Как минимум странно.

— Фиолетовые, — выбрала я, на что девушка-демон удивлённо посмотрела на меня. — Да, я знаю, но я выбираю их.

Помощница что-то пометила на листке и поклонилась, после чего ушла в гущу событий. Тут и там мельтешили гоблины и черти, переносившие цветы, гобелены и ковры. Они работали так, словно поставили перед собой цель выдраить и украсить всё до завтра, хотя приём будет проводиться через три дня. Впрочем, было бы неловко начать встречать гостей в грязном замке. Невольно я оценила предстоящий объём работ. Зал был огромен. Высокие окна по правую и левую стороны пропускали яркое солнце. Здесь всегда было тепло и светло из-за особенно жаркого климата. Основой композиции в зале служил трон на пьедестале, и его гоблины тоже старательно драили. По сторонам от него располагались длинные лестницы, ведущие на второй этаж. Я до сих пор не могла привыкнуть к такому размаху.

— Как проходит подготовка? — Сбоку от меня встала Мэй. Она выглядела, как всегда, бодрой и весёлой, а её кудрявые блондинистые волосы были заплетены сегодня в косичку, из которой выбивались непослушные пряди.

— Ей не понравились фиолетовые цветы. — ответила я. — Пусть тогда сама подбирает всё, не знаю. Чего ко мне пристала? Мне так сказала Риса.

— Карга старая, — сразу нахмурилась Мэй. — И ты её слушаешь?

— И у стен есть уши, Мэй. — Я пошла по лестнице на второй этаж, а подруга последовала за мной. — Хотя я и понимаю твои чувства.

— Ничегошеньки ты не понимаешь, — сложила руки на груди Мэй, после чего осеклась и смущённо продолжила. — Я не в том смысле. Твоя семья хотя бы знает, где ты и что с тобой. Ты переписываешься с братом. Моя же считает меня сбежавшей с любовником в закат.

— Хватит, я поняла.

Большой зал сменился длинным коридором, стены которого были увешаны портретами прежних правителей. Мне казалось, что во времена войны всё разграбили, но, видимо, к ценностям никто так и не решился притронуться. Или картины просто спрятали в своё время. Я уже привыкла к этим безжизненным лицам. В конце коридора сколько лет висел портрет родителей Вивиан. Точнее говоря, я не знаю, родители ли они ей. Когда впервые увидела их лица, меня пробрало до мурашек. Лицо королевы слабо отличалось от того, которое я видела по утрам в зеркале. С другой стороны, Риса была уверена в том, что прежняя принцесса мертва. Мне она это, конечно, не удосужилась сказать.

В глубине души я понимала Мэй с её злостью. Однако из-за неопределённого статуса Вивиан тяжело сказать, должна ли она грустить. Её не совсем украли.

— Вив, — коротко обратилась ко мне Мэй, а я уже начала отвыкать от этого имени. Теперь меня редко им называли. — Я боюсь. Ходят всякие слухи. Работники говорят, будет война.

Я напряглась. Мэй и Крис сейчас работают моими стражниками. Если начнётся война, они будут обязаны вступить в неё во имя королевства Тира. Но кто из них пойдёт против Родины? Против семьи?

— Не будет, ты что, — соврала я, и мы свернули по коридору вправо. — Я пригласила королевский род, Адамсов. Помнишь того мужчину строгого? Он часто сюда приезжает. Он с твоей Родины. Ещё пару родов тут и там. Мы при всех заключим мир с другими странами и будем жить спокойно.

Мэй всё чаще смотрела на меня с недоверием. И я её понимала. С недавнего времени я начала участвовать в совете официально как будущая королева. Верхушка давно обработана Рисой, и она жаждет войны. Гоблины, демоны, тёмные маги, оборотни, — все хотят мести. И хотя я обещаю Мэй мира, никто его не получит. Оставалось только с ужасом ждать коронации, осознавая, что единственные друзья отвернуться от меня как только поймут, как жестоко им врали.

— Я всё сделаю, чтобы её не было, — с уверенностью во взгляде сказала я, и Мэй даже улыбнулась. — Там и моя семья.

Я скрылась за дверью комнаты и облегчённо выдохнула. Только расслабилась, как увидела Рису, стоящую у стола. В руках старуха держала очередное письмо.

— Принцесса, — радушно раскрыла свои руки вин. — А я Вас уже заждалась.

Я устало вздохнула и прошла до стола, сев за него. В зеркале передо мной отразилось то, как Риса положила письмо прямо передо мной и улыбнулась.

— Уже через три дня будет коронация. Вам воздадут почести, — скрипуче рассмеялась демон. — Милая принцесса станет королевой, и мы воспрянем, чтобы...

— Откуда письмо?

Риса отвлеклась от монолога и положила морщинистые руки на мои плечи. В отражении я видела её жадный блеск в её глазах.

— От вашей прежней семьи, — ответила демон, понизив тон. — Мне начинает казаться, что эти прекрасные люди пишут вам слишком часто. Они ещё и надеяться остаться тут после коронации? Вам не кажется, что они чересчур — извините за дурной тон, — Обнаглели?

— Нет, — выдержав беспечность в голосе, улыбнулась я отражению Рисы. — Они же моя семья.

Демон устало вздохнула и убрала свои руки.

— Тогда ничего не поделаешь, — особенно раздражённо произнесла Риса. — Тогда я пойду проверю как работают ваши стражники. Несмотря на все их успехи, я очень волнуюсь за свою дорогую воспитанницу. Впервые в истории такие молодые люди охраняют покой будущей королевы.

"Зато преданные", — пронеслось у меня в голове, но я промолчала. Риса вышла из комнаты, и я наконец-то смогла до конца расслабиться. Перед ней приходилось играть паиньку, чтобы сохранять видимость хоть какой-то власти над собой. Если Риса заподозрит, что я могу распоряжаться своей жизнью сама... Думаю, тогда моим планам придёт амбец.