Случайная невеста

Глава 44

Оля

– Оленька, доченька! – мама крепко обнимает. – Это правда ты? – трогает мои тонированные локоны, оглядывает со всех сторон. – Красавица моя.

– Ну ладно, мам. Хватит уже… – теряюсь от её внимания, словно старшеклассница, которую привели на линейку родители.

– Не могу не согласиться. Оля просто удивительная девушка, – раздается за моей спиной голос Тео. По его бархатным ноткам я понимаю, что он улыбается.

– Ой, здравствуйте! Проходите, что же мы в дверях, – мама отступает, пропуская нас в номер. Переводит взгляд с меня на Тео.

– Мария Леонтьевна, моя мама. А это Теодор Итомин. Мой… Я работала у него… гм… – сбиваюсь от попытки упаковать наши отношения в одно предложение.

– Можно просто Тео, – он выдает самую милую улыбку из виденных мной. – Оля действительно пришла устраиваться ко мне на работу. Но потом ваша дочь меня очаровала, – Тео тянется к моей руке нежно сжимает, а я замечаю гордую улыбку мамы. – Понимаю, что это очень неожиданно. Но у меня серьезные планы. Поэтому я рад познакомится с Вами и узнать больше о своей любимой девушке.
– Очень приятно, – мама тянет руку, Тео подхватывает её и галантно целует.

Подхалим! С удивлением отмечаю профессионализм Тео в покорении женских сердце.

Ещё несколько общих фраз, и разговор заходит о Косте. Обстановка в комнате меняется. Мама смотрит задумчиво и молчит.
– Оленька, тебе надо поговорить с ним как можно скорее, – признается. – Мне он ничего не скажет, а у Оли с братом особенная связь, – поясняет для Тео. – Иногда мне кажется, что мои дети телепаты.

Выходим из номера. Мама проводит нас до палаты Кости. Чувствую волнение, но и огромную радость от встречи.
– Подожди немного, я зайду первая, – оборачиваюсь к Тео. Линия его губ становится жестче, но он кивает. Обнимает на секунду и отступает от двери.

Стучусь и вхожу.

Брат сидит на высокой кровати, что-то листает в телефоне, хмурится. Его ноги до пояса укрыты пледом. Поднимает голову, и я встречаюсь с такими же голубыми глазами, как у меня. Молча подхожу к его постели, разглядываю. Костя застывает. Его брови приподнимаются.

– Ну хоть что-то этим швейцарцам не под силу, – начинаю наш привычный обмен шутливыми замечаниями. – Твое гнездо на голове им не удалось исправить.

– А твое гнездо, я вижу, кто-то одолел.

Кивает на мои непослушные раньше пряди. Да, Милана изменила меня. Но только не для моего брата.
– Он богат, – смотрит на мои руки. Ох, кажется, я неосознанно кручу браслет Теодора. – Меня последнее время окружает только золотая молодежь, – горько кривятся его губы.

– Костя. Ты… Милана очень дорожит тобой. Ты разве не хочешь быть с ней?

– Хочу. Очень.

– Тогда почему не используешь все шансы? Почему не встаёшь на ноги? – его глаза прищуриваются. Ага! Значит Костя всё-таки саботирует реабилитацию.

– Оль, не надо. Я так решил, – прикрывает глаза. Его лицо спокойное, но я чувствую огромное напряжение и скрытую боль. – А ты, похоже, по уши влюбилась, – добавляет будничным голосом. – Познакомишь нас?

– А… Как ты?

– Да ты скоро дверь прожжешь влюбленным взглядом. И когда только успела?

– А сам?

– Мда… Один-один. Ладно, зови уже своего мажора.

– Он не мажор! Тео всего добился сам. Он очень ответственный, упорный и настоящий мастер своего дела.

– Ну-ну, и чем же занимается твой толстосум?

– Он парфюмер… – закатывает глаза. А я не узнаю в этом грустном и циничном парне своего брата.

– Костя! Да что с тобой? – подхожу к нему, вглядываясь в его лицо. Глаза пекут от подступающих слез. Аккуратно обнимаю. Костя замирает, но услышав мои неровное дыхание, расслабляется, гладит меня по голове, как в детстве.

– Прости, маленькая. Мне просто сейчас хреново, как никогда. А за тебя я очень рад. И прическа тебе идет. Зови его. Хочу узнать, кому учительницы младших классов отдают свои сердечки.

– Кость, пообещай, что ты… – брат отрицательно качает головой.

Он не будет больше разговаривать со мной о своих проблемах – понимаю я.

Возможно, Теодору повезёт больше.

Выглядываю в коридор. Тео что-то увлеченно рассказывает маме, показывая на горные вершины за окном. Оборачивается, прищуривается, видя мои покрасневшие глаза. Выдавливаю из себя улыбку и подзываю его. Мне очень хочется, чтобы два дорогих для меня мужчины подружились.

***

– Оля! Зачем ты с ним связалась? – кричит на меня Костя через две с половиной минуты. От бессилия комкает края пледа и стучит кулаками по кровати.

Это он ещё сдерживался. Ругаться ему хотелось с первой секунды, как он увидел Тео.

– Да ты хоть знаешь, сколько у него было девушек! А как он с ними обращался? Немедленно отойди от него!

Я сильнее прижимаюсь к Теодору и прячу лицо на его груди. Слезы снова готовы сорваться с моих ресниц.
– Ну да, я умею быть бесчувственной глыбой камня, – спокойно отвечает Теодор, – но не с Олей. Нас очень многое связывает. Мы доверяем друг другу. И я никому не позволю обижать её, даже себе.

– Да что вас связывает? Вы знакомы без году неделя! Оля, скажи, что ты с ним из-за денег. Ты же для меня старалась, да? Я пойму. Но теперь это не нужно. Реабилитация оплачена благотворительным фондом. А долги я сам отдам со временем.

– Как ты можешь так думать обо мне? Ты…

– Тчч… – Теодор подводит меня к двери и мягко выталкивает. – Принеси нам кофе, малыш. Все будет хорошо, – целует меня в нос.

– Тео, ты же ничего…

– Ну что ты! Иди-иди. Мы просто поговорим. И успокой Марию Леонтьевну.

Вижу застывшую у окна бледную маму.

– Я уже хотела зайти, – оправдывается, заламывая руки. Неприятие насилия – это у меня от мамули. – Что там у вас случилось? Костя так кричал…

– Маленький семейный конфликт. Ничего, разберутся, – подхватываю её под локоть. Рядом с испуганной мамой мне приходится взять себя в руки.

Я всё ещё в шоке от того, как Костя среагировал на Тео. Но брат сейчас и правда не в себе. И Милана, скорее всего, жаловалась на бывшего. Да я и сама считала его жестоким тираном, пока не узнала лучше.