Случайная невеста. Проверка на истинность

Глава 4. Неизбежное знакомство

На пороге появляется женщина лет пятидесяти, в роскошном платье приглушенно-желтого тона. Сперва она вопросительно смотрит на Рейнара, а потом переводит взгляд на меня. Осматривает с ног до головы, остановившись на рваных джинсах, свитере оверсайз и разноцветных прядках в волосах. Потом опять смотрит на Рейнара:

— Эгберт сказал, что ты обрел истинную! Я должна ее видеть! Немедленно!

— Вот, пожалуйста, — пожимает плечами тот.

Снова полный недоумения взгляд в мою сторону.

— Это… она? Твоя истинная?

— Да, мама, это она, — отвечает тот без особой охоты. Кажется, он не ожидал так скоро представить меня матери.

— Иномирянка?! — в глазах женщины искренний шок.

— Да, мама.

— Рейнар, мальчик мой, — сокрушенно произносит она, складывая руки на груди, будто собралась умолять. — Это ведь шутка, да? Ты решил меня разыграть? Или нет, это Эгберт придумал так пошутить!

— Ты же знаешь, что над тобой я не стану так жестоко шутить, — отмахивается Рейнар. — А у Эгберта вообще нет чувства юмора.

В глазах женщины недоверие, близкое к отчаянию.

— Но она же… не первой свежести! Ей уже лет двадцать пять!

— Вообще-то двадцать четыре, — не выдерживаю я.

— И одета как оборванка, — продолжает женщина, оставив мое замечание без внимания. — Рейнар, ты уверен, что это не ошибка? Покажи свой знак!

Последнее явно адресовано мне, но я не спешу повиноваться. Уж очень требовательная дама, не люблю таких.

Дракон, похоже, и сам не рад появлению матери. Он вздыхает и сжимает пальцами переносицу, будто у него начинается мигрень от ее пронзительного голоса.

— Знак не врет. Дана — моя истинная.

Смотрю на происходящее с нарастающим чувством нереальности. «Мать драконов» пришла знакомиться с будущей невесткой. И, судя по ее реакции, она явно не в восторге от выбора сыночка. Еще и всяких гадостей наговорила обо мне, толком не познакомившись.

Женщина, подавив вздох, нервно стискивает руки и обходит меня кругом, оглядывая, как диковинную зверушку.

— Рейнар, ну посмотри на нее! Она худая. Ты уверен, что она сможет родить тебе сильных наследников?

— Ну так, может быть, я пойду? — пользуясь семейными разборками, я отступаю к дверям. — Где там у вас портал, который перенесет меня обратно?

— Стоять, — так резко и властно произносит Рейнар, что у меня опять ноги прирастают к полу. — С тобой позже поговорим.

Раскрываю рот, чтобы рассказать все как есть и, возможно, заручиться поддержкой женщины, которой я как невестка не очень-то и нравлюсь. Но тут она выдает такое, отчего у меня разом меняются все планы.

— Не думала, что такая неприятность постигнет мою семью, — негромко бросает женщина в сторону. — О боги, даже имя — как собачья кличка!

Кажется, она готова расплакаться от горя, что ее сыну досталась такая истинная.

А меня накрывает возмущением. Имя мне выбрала мама. Я была случайным ребенком, совершенно незапланированным. Я и отца-то никогда не видела. Но мама решила, что раз меня ей дали боги — значит, нужно оставить и вырастить. И значение моего имени во многом определило мой характер.

Дана — значит «данная». Подаренная, ниспосланная свыше.

Мама говорила, что я должна чувствовать эту связь, знать, что я не просто так появилась на свет. Что у меня есть предназначение, и я обязана его найти.

Возможно, именно поэтому я всегда стремилась к чему-то большему. Я не могла довольствоваться малым, мне постоянно нужно было движение, новые цели, новые горизонты.

В школе я была активисткой, участвовала во всех мероприятиях, занималась спортом, училась на отлично. Я как будто пыталась оправдать эту «данность», доказать, что я достойна этого дара жизни.

Учителя говорили, что у меня талант, что я способна на многое. И я верила им. Верила, что я действительно особенная.

Потом был институт, первая любовь, разочарования, взлеты и падения. Но даже в самые трудные моменты я помнила о своем имени, о том, что я — Дана. Это давало мне силы двигаться дальше, преодолевать препятствия и не сдаваться. Искать себя, искать свое место в этом мире.

В конце концов, мое имя — память о маме и о ее напутствиях.

И вот теперь какая-то расфуфыренная тетка имеет наглость высказываться насчет моего имени?!

Чувствую, как кровь приливает к щекам. Не от смущения, а от злости. Да как она смеет так говорить обо мне? Да, я не такая, как она, но это не значит, что я хуже.

— Знаете что, — огрызаюсь я, — ваш сыночек сам меня выбрал. И если он считает меня достойной, то ваше мнение меня мало волнует.

— Рейнар! — взвизгивает та.

Но сын бросает на нее один-единственный взгляд, после которого она умолкает, разворачивается и уходит, хлопнув дверью.

— Ну и семейка у вас, — не могу сдержаться. — Промышляете похищениями, скандалите друг с другом. Еще и снобы какие!