Случайная няня для наследницы

3.1

На пороге моей скромной квартирки маячил курьер. Казалось, он всем своим видом извинялся за вторжение, на лице прямо-таки читалось виноватое выражение.

– Аделина Аркадьевна Лебедева? – уточнил парень, глядя на меня с какой-то надеждой.

– Она самая, – буркнула я, нахмурившись. Ничего не заказывала, никаких доставок не ждала – факт.

– Это вам, – он протянул огромный бумажный пакет с кричащим логотипом дорогущего бутика. Я около таких только мимо хожу, цены там – космос, но слышала, конечно.

– Вы уверены, что не ошиблись? – Я даже не потянулась к пакету.

– Секундочку, – Он достал планшет, забегал пальцем по экрану. – Улица Морозова, дом двенадцать, квартира четыреста сорок два? Аделина Аркадьевна Лебедева?

– Да, все верно, – подтвердила я, еще и кивнула, как будто моего "да" было недостаточно.

– Тогда это точно вам, – Он выдавил какую-то неловкую улыбку и вручил мне пакет. – Хорошего вечера! – Парень уже собирался сбежать по лестнице, когда меня осенило. Надо ж узнать, кто этот щедрый аноним.

– А кто отправитель? – крикнула я ему вслед.

– Озан Демирель, – бросил парень, и этого хватило, чтобы я с грохотом захлопнула дверь, моментально взбесившись.

Я в ступоре уставилась на этот проклятый пакет, будто он был заразным. Ну, конечно, кто же еще? Этот самодур решил таким образом загладить вину или просто поиздеваться? Точно с катушек слетел!

Схватив пакет, я со злостью содрала упаковочную наклейку. Внутри лежало платье. Черное, элегантное, из какой-то нереально дорогой ткани. И, черт возьми, красивое. Но больше всего меня взбесила записка, прикрепленная к платью, с его дурацким почерком: "Надеюсь, это будет более уместно". Моему гневу не было предела. Да как он смеет?! Решил, что купит мое уважение и молчание? Да никогда в жизни!

В мгновение ока я втиснулась в джинсы и свитер, схватила этот злополучный пакет и вылетела из квартиры. Надо немедленно вернуть этот "подарок" и высказать все, что о нем думаю. К счастью, до офиса его компании было рукой подать.

Добравшись до здания, я решительно вошла внутрь, проигнорировав удивленный взгляд охранника. Знала, что Озан еще там – допоздна торчит над своими бумажками. Подлетев к его кабинету, я без стука распахнула дверь и ворвалась внутрь, словно ураган. Он сидел за столом, что-то сосредоточенно читал. Увидев меня, отложил бумаги и вопросительно вскинул бровь.

– Аделина? Что-то случилось? – спросил он своим обычным ледяным тоном.

– Вот, – я швырнула пакет ему на стол. – Заберите свой подарочек обратно. Я не продаюсь, и ваши извинения мне не нужны. Просто оставьте меня в покое.

Развернувшись, я выбежала из кабинета, оставив его в полном замешательстве. Не успела я дойти до лифта, как меня схватили за руку и резко дернули назад, так что я чуть не потеряла равновесие. Озан был в ярости. Нет, он был в бешенстве, словно ему хвост прищемили.

– Да как ты смеешь так себя вести?! – прорычал он, сжимая мое запястье так, что перед глазами поплыли темные пятна. – Я пытался как лучше, а ты…

– Как лучше?! – взвизгнула я, вырывая руку. – Ты унизил меня, а потом решил, что купишь мое прощение платьем?! Я тебе не кукла, которой можно заткнуть рот подарком.

– Я не хотел тебя унижать, – процедил он сквозь зубы, стараясь говорить тише. – Я просто… просто хотел, чтобы ты выглядела подобающе.

– Подобающе для кого? Для тебя? – парировала я. – Знаешь что, Озан? Я буду выглядеть так, как я хочу. И если тебе это не нравится, можешь уволить меня. Но плясать под твою дудку я не собираюсь.

Он замолчал, прожигая меня взглядом. Настоящая битва взглядов. Наши лица были так близко, что, если бы я покачнулась, почувствовала бы вкус его губ. И я покачнулась. Или это он? Непонятно, потому что меня накрыла такая волна чувств, что можно было сойти с ума. Поцелуй, обжигающий и дурманящий, заставил забыть, кто я и где.

Его губы, властные и требовательные, накрыли мои. Я попыталась отстраниться, возмущение и гордость еще боролись во мне, но его руки крепко держали меня за талию, не давая сбежать. И что-то внутри меня сломалось. Все мои принципы, вся моя злость – все рассыпалось в прах под напором этого поцелуя. Я ответила. Яростно, жадно, отчаянно. Будто доказывая что-то ему и, в первую очередь, себе самой.

Мы оторвались друг от друга, тяжело дыша. В глазах Озана плескалось такое же замешательство, как и в моих. Тишина давила, казалось, слышно, как стучат наши сердца. Я не знала, что сказать, что сделать. Все, что произошло, было неправильно. Нельзя было так просто забыть все его выходки, поддаться минутному порыву. Но было уже поздно. Поцелуй случился.

Я отступила на шаг, чувствуя себя совершенно потерянной.

– Мне пора, – прошептала я, стараясь не смотреть ему в глаза. Развернулась и быстро направилась к лестнице, опасаясь, что, если замешкаюсь у лифта, все может повториться. Озан остался стоять в коридоре, словно громом пораженный. Я бежала вниз, стараясь не думать, что я натворила и что же будет завтра. Я вообще старалась не думать ни о чем.

Выйдя из здания, я вдохнула свежий ночной воздух и поежилась. Вечер явно перестал быть томным. В голове роились мысли, но ни одна из них не складывалась в стройную картину. Одно я знала точно: завтрашний день будет очень сложным.