Случайная жена генерала драконов

Глава 8

Тимрат поднимает корзинку с Мари одной рукой, словно она весит не больше перышка, а другой хватает меня за запястье. Его пальцы обжигают кожу - он такой непривычно горячий.
Странно, но раньше, когда он меня держал, я не ощущала такого жара.

- Отпустите! - Пытаюсь вырваться, но его хватка только крепчает.

- Ты сбежишь, - говорит он просто, как будто констатирует факт. - А я не позволю.

- Куда вы меня тащите?!

- Домой.

Я спотыкаюсь о длинный подол платья, но Тимрат даже не замедляет шаг. Темный плащ за его спиной развевается так, словно в любой момент может превратиться в крылья.

Я сразу вспоминаю его верхом на серебристом змее.

И что, он командует теми самыми драконами в небе и на земле? Что-то вроде дрессировщика?

Главный дом встречает нас массивными деревянными дверьми с резными драконьими головами вместо ручек. Они неожиданно разевают пасть, оживая, и остаться здесь уже не кажется мне такой уж хорошей идеей.

- Я не… - Я притормаживаю.

- Тихо, - бросает он через плечо громогласно. - Или разбудишь ребенка.

А сам не орет, нет? Не осознает, как громко общается?

И что, Мари уже заснула? Я удивленно смотрю в корзинку и вижу, что это так.

Малышка, к счастью, спокойно спит, посасывая кулачок, и не обращает внимания на наши громкие разборки. Но я-то не сплю и отлично понимаю, что ситуация выходит из-под контроля.

Что-то я погорячилась, когда согласилась остаться.

Тимрат не дал мне подумать, как быть, все решает сам. И это создает ощущение, что я полностью теряю контроль над своей жизнью.

Двери с теми самыми драконьими мордами распахиваются перед нами сами, будто чувствуют приближение хозяина. А вот на меня они натурально огрызаются, когда я прохожу мимо

Только волшебного дома тут и не хватало для полного счастья! Еще чуть-чуть, и я начну тихо посмеиваться. У меня всегда такая реакция на сильные стрессовые ситуации.

Помню, когда Никита сначала привел меня на аборт, уговарил: “Ты нам всю жизнь испортишь, если родишь. Нам нужно сначала встать на ноги”, а потом узнал, что операция прошла с последствиями и заявил: “Родители сказали, что ты теперь не женщина больше. Давай расстанемся”, я смеялась. Так громко, что он спросил, не сошла ли я с ума.

А я сошла. Сошла с ума от боли предательства. От ощущения самой большой ошибки в моей жизни. От чувства, что была такой слепой и глухой, раз была с таким человеком.

И сейчас я уже была готова начать тихо посмеиваться. Особенно, когда мы входим в зал с высокими сводами, украшенными фресками сражений драконов и чудовищ, фигуры на которых двигаются.

Тимрат смеривает меня взглядом, но ничего не говорит. Я же продолжаю осматриваться.

На стенах висят причудливые штуковины. По острым краям, по протертым ручкам и по странным креплениям я интуитивно понимаю, что это оружие. В некоторых из них светятся вставки из камней явно магического происхождения.

Кажется, я уже начинаю смиряться с волшебством.

Я не вижу здесь показной выставки оружия. Все расположено так, чтобы взять на ходу, и это меня немного пугает. Что, если какая-то из этих штук будет применена против меня?

Когда мы заворачиваем в коридор, толстые ковры под ногами приглушают наши шаги. Кажется, я теперь в жилой зоне личных комнат.

Тимрат останавливается у одной из них и толкает дверь, оббитую странной сетью металла и камней.

- Ты будешь жить здесь. - Он, наконец, отпускает мою руку, но угроза из взгляда не уходит.

Я заглядываю с порога внутрь. Вижу край одноместной кровати, резной шкаф, стул с фигурными набалдашниками, металлический таз на столе и керамический кувшин.

У меня создается ощущение, что если я зайду внутрь, то за мной закроется тысяча замков. Навсегда.

- Зачем же мне комнату отводить? Я же ненадолго.

Тимрат резко поворачивается ко мне, и в его глазах вспыхивает что-то опасное. Он наклоняется ближе, и его дыхание обжигает щеку.

- Ты. Очень. Наглая. - Говорит так громко, что я сжимаю плечи.

Я замираю. Сердце колотится так громко, что, кажется, он его, должно быть, слышит.

Умеет он подавлять, скажу я вам. Спорить не очень хочется. Ощущение, что чуть не по его - голову открутит. Или завалит на плечо, отнесет в свои покои и та-а-аам…

Стоп! О чем это я? Занесло немного.

- Позаботься о ребенке. Я пока разберусь, кто ты на самом деле.

- Я в плену?

Взгляд Тимрата однозначно говорит “да”, а вслух он говорит с кривой ухмылкой:

- Нет, конечно.

И в этот момент Мари просыпается и начинает плакать.

Тимрат морщится, будто звук причиняет ему физическую боль. Внутри меня звенят тревожные звоночки. Судя по всему, генерал никогда не имел дел с детьми и его раздражает даже их плач.

Мари, как же ты здесь будешь? Я еще ни одного доброго человека не встретила.

- Ну вот. - Я показываю на малышку. - Нам срочно нужна кормилица.

Быстрее найдут кормилицу - быстрее получу свободу. Быстрее получу свободу - быстрее разберусь в мире и найду путь обратно.

- Вот и займись делом. Деньги у Эрни, я его предупрежу, - бросает он и, развернувшись, уходит, оставив меня одну со своей дочкой на руках.

Я смотрю на Мари, потом на захлопывающуюся за Тимратом дверь. Вот я влипла!
Что делать?

Бежать? Сейчас же, пока он не вернулся. Но...

Мари всхлипывает, и ее крошечные пальцы вдруг сжимают мой палец - так крепко, будто знает, что я собираюсь ее бросить.

Нет, я так не могу.

Ну и кто такой этот Эрни?