Случайная жена. Истинный выбор

Глава 17.3

Я молча склонила голову, повторяя за Шорсксеррой. Преподавательница удовлетворённо улыбнулась. Чувство было такое, будто я прошла какую-то проверку, потому что больше она на меня внимания не обращала. Зато взгляды других студентов стали ещё более враждебными, чем раньше. Меня это вполне устраивало, так что я приготовилась внимать всему, чему эта странная дайнеке готова меня учить.

Жаль, но больше ничего интересного до конца занятия не было. Нас расставили попарно в случайном порядке, и просили перекрашивать волосы друг другу. Я поступила как всегда, когда пыталась заставить свою магию делать что-нибудь для меня новое: сосредоточилась, и представила, что получилось, позволяя рукам двигаться, как получится.

Блондинка напротив меня стала сначала синеволосой, потом позеленела, и остановилась на ярко-розовом цвете. Я хотела сделать ей синие волосы, но преподавателя удовлетворил и такой результат, она начислила мне три балла, и ещё пять — моей напарнице, потому что снимала чары с нас обеих она, я не поняла, как.

Все вели себя предельно спокойно, позволяя только злые взгляды. Как она так выдрессировала несколько десятков драконов, я не знала, и немного завидовала. В гильдии мне не удавалось влиять так даже на свою тройку, не говоря уже об остальных. Первый умел, но он как выяснилось был аристократом, хоть и бастардом.

Зато как только Эрреана вышла, стало намного интереснее. Шорсксерра подошёл ко мне вплотную, и попытался схватить за волосы. Не успел: я ударила его в солнечное сплетение, заставив сложиться пополам. И спокойно заметила:

— Давить ростом и весом можно на того, кто тебя боится. Ты ошибся целью.

— А зря ты его не боишься, Новенькая Шакси, — лениво произнёс смазливый брюнет, прислонившийся к стене недалеко от нас. Рядом с ним стояли двое с весьма увесистыми кулаками. Я испытала острое чувство ностальгии. Грогс тоже любил подобные развлечения, и точно также сломался на мне.

— Зря, — подтвердил Шорсксерра, кивнув тем двоим. Сам он с трудом восстановил дыхание, и по лицу побежали сероватые чешуйки. Интересно, кто-нибудь из них имеет выход на черный рынок, или они предпочитают кулаки?

Я позволила себя схватить. И едва заметно покачала головой Локлин, когда та попыталась броситься мне на защиту. Эти горе-нападающие о ней вообще забыли, и рисковали серьёзно об этом пожалеть. Вряд ли они будут получать то самое «крупное нарушение» ради новенькой, которая просто немного потопталась по самолюбию одного из них. Скорее пытались показать мне моё место.

Потому я ждала, что будет дальше, спокойно глядя на Шорсксерру, как на зачинщика всего этого. Поинтересовалась только:

— И всегда у вас так встречают новичков?

Голос мой был совершенно равнодушным, и двое громил сильнее стиснули мои руки. Но я даже не поморщилась. После Ясме эти… драконьи дети меня не то, что не пугали, даже впечатлить не смогли.

— Настолько наглых? Всегда, — снова ответил брюнет у стены. Медленно от неё оторвался, и подошёл ко мне. Я сделала вывод, что ошиблась. Лицом этой группы может и был Шорсксерра, а вот мозгами был этот парень. Ну, насколько у них вообще были мозги.

— Ты едва появилась, и уже ведёшь себя так, словно что-то из себя представляешь, — продолжил тот парень. — Почему?

Я легко рассмеялась. И продолжила нарываться:

— Потому что я не драконёнок, который пришёл учиться и пытается показать, какой он грозный другим драконятам. Я прошла достаточно реальных боёв, где рисковала умереть, чтобы вы меня не впечатляли. Ну, злые дети, которые хотят казаться взрослыми. И что? Боюсь-боюсь. Сомневаюсь, что кто-то из вас видел, как от живого дракона остаётся одна только кожа, потому что его плоть только что сожрала хищная тень. Или как плоть плавится, точно воск, с мерзким шипением, превращая живого разумного в лужу гноя.