Случайная жена ректора. Мое драконье (не)счастье

Глава 18

Темно-серые глаза напротив полыхнули торжеством. Ректор не шевелился, наверняка, чтобы не спугнуть меня, медленно приближающуюся к нему. Я оттягивала этот момент, как могла. С обреченностью приговоренного я еле-еле переставляла ноги, делая длительные паузы между шагами. Но все-таки меня и дракона разделяло не то расстояние, которое отложило бы поцелуй на хоть сколько-нибудь значимое время.

Последний шаг, и я практически уперлась носом в широкую грудь, покрытую смуглой загорелой кожей. Невольно втянула ноздрями ее древесно-цитрусовый аромат. Мои начавшие подрагивать ладони легли чуть ниже мужских плеч. Еще секунда на то, чтобы решиться, вдох-выдох, и вот оно. Поднявшись на носочки, я потянулась губами к застывшим в неподвижности мужским. Осторожное, едва ощутимое касание, и я уже собиралась отстраниться, как муж смял мои губы поцелуем. Не тем, который дарят друг другу родственники или просто хорошо знакомые люди, а настоящим. Огненным, страстным, жадным и сметающим все на своем пути.

Руки Соррена опустились на мою талию и сжались, в его груди вибрировал рык. Муж наступал, удерживая меня на месте и не давая шанса на отступление. Первые мгновения я боролась: пихала, отталкивала, мычала даже. Но разве можно сдвинуть с места скалу? Скорее она подомнет под себя, заставит прогнуться, приняв обстоятельства.

А через какое-то время уже непонятно было, кто из нас двоих владеет инициативой. Я вцепилась в волосы ректора, царапала крепкую шею и даже пару раз прикусила его за губу. Другого способа выплеснуть все свои эмоции не нашлось. Я рычала, я нападала, я начала в конце концов лупить дракона по груди. Изо рта вырвались рыдания, а из глаз брызнули слезы. Внезапная истерика накрыла с головой. Я кричала дракону какие-то гадости, сыпала проклятьями и угрозами, билась в его руках и никак не могла остановиться. Слишком много всего, слишком резко, слишком сильно. Неподъемно для одинокой растерянной девушки.

Ректор стойко терпел мой припадок. Позволял себя бить и даже не морщился. Наверняка узнал о себе много нового. Прижимал легонько рукой за талию – чтобы не упала, и приговаривал низким успокаивающим голосом:

– Все, девочка, тише-тише.

Я выплескивала из себя все, что накопилось. Страх, неуверенность, отчаяние, густая черная обида, безнадега и беспросветность. Ну а Соррен оказался тем, кому не повезло сорвать мой стоп-кран. Но, надо отдать ему должное, держался лорд более чем достойно. А когда я выдохлась и начала просто трястись и икать, дракон прижался своим лбом к моему, удерживая ладонью меня за затылок, и прошептал в зареванное покрасневшее лицо:

– Все хорошо, Сири, уже все хорошо.

А я вся сжалась в комок от осознания, что и с кем только что творила, и простонала горько:

– Вы теперь точно меня тут бросите…

– Ты, Сирена. После всего, что между нами произошло, – муж мягко усмехнулся, – можешь обращаться ко мне на «ты» и звать просто Дамиан.

– А вы, то есть ты меня здесь не оставишь?

– Верну тебя в академию в целости и сохранности, обещаю. Веришь мне?

– Нет, – призналась честно, но покидать уютные и теплые объятия не спешила. – Но какой у меня выбор?

Вместо ответа ректор вытащил из сюртука белоснежный платок и собственноручно принялся промакивать мне слезы. Аккуратно, будто я была фарфоровой статуэткой и могла от любого мало-мальски резкого движения дать трещину. Как только привел меня в относительный порядок, Соррен взял за руку и переплел наши пальцы.

– Готова? – дракон вгляделся в мое лицо, подмечая каждую деталь. Я утвердительно кивнула и даже попыталась улыбнуться. Вышло наверняка виновато и жалко. – Но знаешь, если еще понадобится какая поддержка, обращайся, – подмигнул он мне и повел за собой.

Он помогал обходить мне препятствия, помогал перешагивать через повалившиеся бревна. Рассказывал о себе и своей учебе в академии. Оказывается, наш ректор закончил ее с отличием. Дамиан пытался втянуть в разговор и меня, интересовался детством, юностью, но мне нечего было рассказать. Законов их мира я не знала, как и особенностей быта, даже придумать ничего не могла, чтобы не выдать своего иномирного происхождения. Поэтому я отмалчивалась, а дракону приходилось отдуваться за двоих.

За собственный срыв жег стыд. Я даже невольно прониклась к Соррену благодарностью и долей симпатии. Мало того, что он несколько раз спас меня от смертельной опасности, выводит из этой дыры, так еще нежно и деликатно правился с самой натуральной женской истерикой. А это испытание не для слабонервных, скажу я вам. Испытывать добрые чувства к похитителю я вовсе не хотела, но и ненавидеть как прежде дракона уже не получалось. Тем более, он сделал для меня кое-что еще, окончательно покорившее девичье сердце.

Как только спустя несколько часов пешего хода мы выбрались на довольно просторную полянку, Соррен оставил меня с краю, приказав не двигаться, сам же переместился в центр. А через каких-то пару мгновений вместо ректора передо мной сидел дракон. Самый настоящий! С крыльями, чешуей, которая отливала на солнце антрацитовым блеском, рогами и костяными наростами вдоль позвоночника. Могучий зверь, само средоточие магии был самым невероятным и эпическим зрелищем, что я когда-либо видела.

– Полетели? – прозвучало голосом мужа у меня в голове.