Случайности не случайны

Глава седьмая (чачть 1)

Хуже уже не будет. Ага, держи карман шире, Катерина Зарицкая.

Тот странный допрос казалось высосал из меня последние физические и моральные силы. В регистрационный кабинет я вошла в состоянии легкого отупения. Мозг категорически отказывался воспринимать происходящее. Мне подсовывали под нос какие-то бумаги, не особенно внятно бубнящим голосом разъясняя, что я подписываю.

Мои провожатые поторапливали служащих этой конторки, явно простых клерков, потому что они, все как один, изображали узников маски. Интересно лицо не потеет под слоем фарфора, или это какой-то другой материал? Не ясно… Ясно только то, что привилегия свободно дышать воздухом, предоставлялась лишь начальственным лицам.

В том же кабинете, после бумажной волокиты, мне выдали очередную непонятную вещь. Сначала мне даже предоставили право выбирать среди множества чего-то похожего на браслеты и кольца, с полыми сферами. Вещи особенно не отличались друг от друга, унылые и безвкусные, хотя браслетики явно были в ходу. На десяток колечек, три несчастных украшения с мутным кристаллом, явно остатки прежнего изобилия, так сказать.

Но, увы, рыжая пышка не дала мне подумать и схватив первое попавшееся кольцо, нацепила на мой палец. Ну хоть не кристалл, которых почему-то здесь великое множество, хоть какое-то разнообразие.

Оно явно было больше чем нужно, но опять же не без помощи вездесущей рыжей, мне прокололи палец и прижали к сфере. Странная бижутерия на секунду засветилась и оно село на палец как влитое. Попытка стащить новоприобретённое украшение ни к чему не привела. Кольцо оборачивалось вокруг пальца, но не снималось.

В другой ситуации у меня бы уже охватил приступ паники и я бы бежала искать подсолнечное масло, но полностью вымотанная событиями я лишь наблюдала за всем происходящим с каким-то отрешенным спокойствием.

Мне даже не пришло в голову возразить, когда мы покинули здание и уселись в слегка потрёпанную карету без окон. Карету, Карл! Но, увы, мозг молчал, вяло подмечая окружающую обстановку. Внутри имелась пара жестких, узких сидений, а также масляная лампа. Я таких не видела, с тех пор как детстве залезла в кладовую к своей бабке, потрошить содержимое пыльных ящичков на предмет сокровищ.

Я не пришла к адекватному состоянию даже когда седовласая женщина отвесила мне пощечину, едва ли мы успели тронуться с места.

- Безмозглая дрянь, – презрительно бросила она. А потом треснула непонятно откуда взявшимися перчатками и рыжую. – Бетис, тебя это тоже касается. Это твоё упущение.

Бетис притихла, ничего не ответив на рукоприкладство. Хотя явно хотела, судя из усилившейся хватке на моей руке, которая очевидно оставила мне очередную партию синяков.

Чувствовала я себя мягко говоря неважно, поэтому реагировать на столь вопиющее скотское отношение не было ни сил, ни желания. Откуда мне было знать что у меня всё самое «приятное» ещё впереди.

Дотрясло нас до нужного места не сразу, за время дороги я успела даже немного побывать в отключке. Потому как полноценным сном назвать это выпадение из реальности, язык не поворачивался.

Сумерки сгущались, пока нас «полоскали» в здании с фанатами черного плаща, день превратился в вечер, и неумолимо продвигался к ночи. Выгрузились мы у скрипучих, красиво выкованных ворот. Местность была явно не рядом с городом, потому что кроме светящихся окон невдалеке, других источников освещения не было. Будь я в здравом уме, этот факт явно обеспокоил бы меня.

Старуха выудила тяжелую связку ключей и открыла довольно массивный навесной замок, в сумерках было плохо видно, но по звуку явно замок тяжелый. Забор тянущийся в обе стороны, ничем не отличался от ворот, близко посаженные высокие прутья с острыми пиками на концах. Какую площадь охватывала эта чудная изгородь, было не ясно.

К огромному, и ожидаемо, старому дому я доковыляла с трудом. Рассматривать все великолепие моего «пункта назначения» желания не было. Мне больше хотелось прилечь и уснуть. Даже есть не хотелось.

Войдя в дом старуха сразу же ушла по своим делам. А рыжая Бетис потащила меня из светлого холла в сторону темного коридора. Чем дальше она уводила меня тихо распекая на все лады, тем более потрёпанно и бедно выглядела обстановка.

В какой-то момент ряд дверей с выцветшей и облупившейся краской, мимо которых мы шли, начали открываться. И из проёмов выглядывали девушки. Разглядеть их лица я не могла, потому как свет лампы был неярким, а Бетис неслась как угорелая таща меня за собой, и вместе с этим умудрялась гаркать на «любопытные носы». Но это определенно были девушки, они переглядывались и шептались.

Миновав жилые комнаты мы дошли до тупика, который заканчивался узкой дверью. Звякнули ключи и рыжая пихнула меня в проём. Моя головушка решила поздороваться с косяком, поэтому когда я приземлилась на пол в крохотной коморке, в моей голове снова все взорвалось болью.

- Посиди-ка здесь до утра! – бросила рыжая и захлопнула двери.

Понятно, забота о страждущих здесь в особом «почете». Ни тебе воды, ни кровати, ни туалета. Супер. Холод, голод и покой. То что доктор прописал.

Изо рта вырвался очередной истерический смешок и я перевернулась на спину, пытаясь разглядеть в темноте хоть что-то. Но увы, окон здесь не имелось и никакого света не проникало. Полежав немного на холодном и, уверена, очень грязном полу, я поняла что засыпаю, а спать в таких условиях идея явно не безопасная.

Пошарив рукой вокруг, наткнулась на какой-то непонятный хлам, ничего полезного. Но я продолжала искать, и наконец мне под руку попалось что-то мягкое. То ли одеяла, или одежда мне было без разницы. Тряпье пахло старостью и пылью, но это лучше чем ничего.

Соорудив себе что-то похожее на лежбище, я упала на него и сразу же отключилась. Мне ничего не снилось, впервые за много лет в незнакомом и явно опасном месте, мне абсолютно ничего не приснилось.

Утро не было добрым, очевидно потому что и вечер был не лучше. Проснулась я от громкого шороха, шепота, и смешков. Глаза открывались неохотно, подниматься и вовсе не хотелось. Гудящая и тяжелая голова, всё также плохо соображала, хотя всё-таки чуть лучше чем вчера.