Случайный брак

Глава 11. Нет разводам

Тимур

Меня ведет от ее близости.

С огромным, прямо-таки звериным удовольствием прижимаю Ксению к стене, вдавливаюсь в нее телом. Провожу губами по ее шее, дурею от нежного девичьего аромата. Он цветочный, даже какой-то медовый.

Снова направляю губы к ее волшебному ротику. Целую уголки ее сладких губ, хочу снова засунуть в нее язык, и чтобы было так же чувственно, как полминуты назад.

Я даже не ожидал, что мне будет так приятно ее целовать.

Толком не соображаю, что делаю, а пальцы уже вытаскивают ее футболку из джинсов, забираются под мягкую ткань. Трогаю ее живот, тяну руку выше…

И тут Ксения хватает меня за запястье, шепчет:

— Не надо, Тимур. Пожалуйста, не надо…

Ее слова действуют на меня как палка дрессировщика на добермана.

Как не надо? Кому не надо? Мне, например, надо, и даже очень!

Все же заставляю себя отстраниться, вглядываюсь в полупьяное, чуть испуганное выражение на ее лице.

— Что не так? — спрашиваю хрипло.

— Зачем ты так резко? — спрашивает она.

Я резко? Да это я вообще очень мягко себя повел. Вот схвати я ее в охапку, потащи в спальню, швырни на кровать — тогда бы было резко. А так…

— Ты же сама начала, — напоминаю ей.

Ее лицо тут же делается виноватым, но это ровным счетом никак мне не помогает, поскольку рук она ко мне не тянет, губы в трубочку не складывает, новых поцелуев не просит. А могла бы!

— Ксения, я половозрелый мужчина, — жестом показываю ей на свой торс и то, что ниже. — Не надо меня заводить, если не хочешь продолжения. Я же не железный…

Ксения ведет взглядом по моей фигуре, останавливается на выпирающей ширинке, краснеет, тут же смотрит мне в глаза.

— Я же ничего не делала, просто хотела поцеловать в щечку, а потом ты сам…

Отчасти она права, конечно.

Но дело в том, что некоторым девушкам в принципе ничего не нужно делать для того, чтобы распалить мужчину до предела. Ксения как раз из этой категории.

Я сейчас так ее хочу, что у меня начинает плавиться мозг.

— Ты в принципе против спонтанного секса, или я не нравлюсь? — спрашиваю напрямик.

Ксения от моего вопроса краснеет еще больше и вдруг выдает:

— Тимур, мне признаться надо…

Эх, интуиция подсказывает, что мне ее признание точно не понравится.

— Признавайся, — киваю.

— Понимаешь, — начинает она смущенно. — Я была только с одним мужчиной, и то недолго. С отцом моего ребенка… Я вообще впервые занялась сексом только два месяца назад, поэтому у меня в этом плане практически нет опыта. Я не собиралась тебя соблазнять, этого вообще не было в мыслях. И да, я, наверное, против спонтанного секса, потому что это ведь очень серьезно — вступить в связь с другим человеком. А мы ведь собираемся разводиться…

Ее речь знатно охлаждает мой пыл.

Вот это да.

Не думал, что у нее в жизни был всего один мужик.

К кому я полез целоваться, вообще?

Забыл, сколько ей лет, что ли? Она ж желторотый птенец, взгляды на жизнь соответствующие. А я тут с обвинениями в стимуляции моего к ней полового влечения.

Нет, я, конечно, мог бы сейчас убедить ее в том, что она придает сексу слишком большое значение. Потом зацеловать до одури и взять. Для меня секс — способ получить удовольствие, не больше. Но для нее это не так. Если сейчас настою на своем, что это будет, как не использование с моей стороны? Она и без того морально травмирована, еще и беременная.

Я ж не скот.

— Я понял, Ксюш, приставать не буду, не волнуйся.

И все-таки мне очень жаль, что я не скот. Сейчас бы уже вовсю ее тискал…

Зато Ксения после моих слов заметно успокаивается.

— Спасибо тебе за понимание, Тимур, ты очень хороший.

Киваю ей и спешу уйти из кухни во избежание соблазнов. Хочется рычать от неудовлетворенности.

Хороший я, мать вашу так… В гробу я видал такую хорошесть.

Однако далеко от кухни уйти не могу, передвигаю кресло в гостиной так, чтобы было видно дверь кухни, усаживаюсь в него.

Охраняю, что ли?

Веду языком по губам, вспоминаю вкус ротика Ксюши. Ананасовый… Она его уже ела? Не зря купил. Хотя и не предполагал, что попробую его таким вот способом — с ее нежных губ.

***

Новый год решаем отметить в гостиной.

У меня там электрический камин, пушистый ковер, даже турецкий столик и подушки имеются, можно сидеть прямо на них.

Устраиваемся с Ксенией возле камина.

Ставлю на столик бутылку шампанского.

— Я не пью, — тут же заявляет она.

— Это детское, безалкогольное, — сразу поясняю. — Теперь мы с тобой пьем исключительно его.

— Газировка, что ли? — улыбается она.

Киваю. После вчерашнего я предпочитаю быть трезвым.

Приземляю пятую точку на подушку рядом с Ксенией. Разливаю шипучку в хрустальные бокалы.

Пододвигаю к себе тарелку, на которой красуется горка пюре, салат и куриная ножка. Поддеваю вилкой оливье, кладу в рот. Блюдо знакомое с детства и в то же время другое. Как-то вкуснее, что ли?

— Хороший салат, — хвалю Ксению.

Она тут же снова мне улыбается, хитро сообщает:

— Есть секретик. Я добавляю в заправку немного маринада из горошка, сразу получается вкуснее.

Смотрю на нее с усмешкой.

Отрезаю кусок курицы, кладу в рот, а она буквально тает. Очень вкусно!

Ксения, пожалуй, единственная из всех моих девушек, кто сподобился самостоятельно приготовить праздничный стол. Причем очень достойно. И главное — лет ей чуть.

— Ты где научилась так готовить? — спрашиваю ее.

— Я все делаю по дому. Иначе как бы мы жили? У меня в родном городе остались четыре младшие сестренки, а мама все время работает. Ну я и научилась делать все-все…

Вот это семейка.

— А папа твой где? — спрашиваю с прищуром.

— На севере, — Ксения пожимает плечами.

— То есть родители тебе с ребенком не помогут, правильно понимаю? — задаю ей неудобный вопрос.