Случайный брак или Телепортация не туда

Глава 2. Западня

Это был кошмар наяву. Всегда боялась однажды проснуться в гробу, но чтоб еще и в чужом теле, это уже перебор даже для сценаристов триллера. Мне с трудом удавалось избегать расспросов от множества друзей старушки. Пришлось сослаться на плохое самочувствие и выпроводить основную часть гостей. Священника я выгнала первым, пока он не взялся за экзорцизм. Кто его знает, вдруг сработает, и меня изгонят. Страшно подумать, что произойдет после.

— Спасибо, что пришли на мои похороны. Хорошей дороги, — примерно так я вынуждена была прощаться с людьми. Даже самой от этого было смешно, но смеяться я не спешила.

Никак не получалось выставить вон активную подругу мертвой Анны Петровны, она отказывалась покидать дом и желала присматривать за мной. Также никак не реагировал на завершение похорон молодой мужчина, что пристально наблюдал за мной в углу. Помнится, он был единственным, кто не запаниковал, когда я внезапно восстала.

— Аннушка, я всех провожу, иди отдохни, моя дорогая, — и сердобольная подруга, к тому же соседка, отвела меня в спальню.

Дом был ухоженным, но старым. Где именно я находилась, до сих пор было сложно сказать. Все, что удалось узнать — это частный дом за городом. Распознать поселок из окна было невозможно, но вряд ли это был престижный район. Скорее всего какая-то деревенька.

Спальня напомнила мне те времена, когда мы ходили в школе в музей культуры. Там выставляли убранства, которые использовали славяне в обычной жизни. Вышитые наволочки, покрывала, картины и вязанные крючком салфетки, это лишь малая часть интерьера, что отдавала стариной. Печь! Вот что ввело меня в настоящий ступор! Даже деревянный бревенчатый дом и сшитые из кусков ткани половики не могли сравниться с побеленной гладкой печью. И да, она была не одна. Вторая печь стояла на кухне и представляла собой более массивное приспособление с чугунными варочными кольцами, что снимались под размер емкости. То бишь размер отверстия, через которое жар и огонь грели кастрюли, регулировался этими кольцами. Вместе они составляли круглую варочную панель без открытого огня.

Когда-то, во времена фальклорной практики, я путешествовала по глубинкам страны, и моему отряду часто приходилось ночевать в подобных местах, поэтому с печью я была знакома. Однако одно дело практика, и совсем другое продолжительное пребывание в подобных условиях. Это ж наверняка во дворе колодец. В лучшем случае. А может быть всего один на деревню, что еще печальнее. Рукомойник над травой с примитивным механизмом, тазик для принятия ванн, курятник за домом, чердак с древностями и разложенными для просушки фруктами, погреб с закатками и корнеплодами — все это так и запестрело перед моими глазами когда я увидела печь.

— Эй, филолог!

Я обернулась по привычке, но никого не заметила. На кухне я была одна. Сама не заметила, как легко нашла нужное место. Наверняка память тела сработала.

— На столе! — и снова чей-то голос.

Ни души вокруг, я специально проверила, и даже выглянула. Оказывается, я вышла из главной хаты и теперь находилась в отдельно построенной кухне. Помнится, в деревнях кухня всегда находится в отдельном здании, так было и здесь. Однако кто-то умный построил небольшой застекленный коридор из хаты в кухню, чтобы зимой не пришлось идти через улицу.

— Да в миску загляни, нерадивая! — раздраженно проинструктировал женский голос. И тут я его узнала.

***

— Девушка, заходите, погадаю. Вижу, вы находитесь на распутье, — дружелюбно улыбаясь, зазывала к себе в павильон ярко разодетая женщина с рыжими кудрями. Браслеты, амулеты и прочая атрибутика гадалки присутствовала.

— Спасибо, но я тороплюсь, — я ответно улыбнулась, и прошла мимо.

Всегда испытывала неловкость, когда приходилось отказываться от настойчивых продавцов. А гадалки те же торговцы, только продают свои услуги.

— Вижу, на работу устраиваться идете, — хитро прикрыв один глаз, произнесла женщина. Она сидела в дверях собственной лавки прямо на пороге и пила кофе из маленькой резной чашки.

— А как вы догадались? — я шустро вернулась к ясновидящей, заинтересованная в ее услугах, ведь через два часа меня действительно ждало собеседование на должность преподавателя в университете.

— Я много чего могу рассказать о тебе, красавица, — сладко пропела женщина, поднялась и пригласила меня войти. — Будешь всех богов благодарить, за то, что поставили меня на твоем пути.

Она красиво говорила. В помещении сильно пахло травами и пространство было задымлено благовониями. Карты красиво ложились на стол, предсказания радовали душу, а взгляд начинал сам собой плыть. И вот я уже рассказываю о своих родителях, которых оставила в другом городе, о новой съемной квартире, своем филологическом образовании и будущей должности преподавателя в престижном университете. Я даже рассказала сколько у меня средств на сберегательном счете, и как я в детстве несколько раз брала у мамы деньги и тайно покупала на них мороженное.

Ясновидящая слушала меня, изредка перебивая, однако ее больше всего интересовало, будет ли меня кто-то искать, и знает ли кто-то, что я была на рынке в то утро. Получив отрицательный ответ на оба вопроса, женщина широко улыбнулась и щелкнула пальцами прямо перед моим лицом. С этого момента я ничего не помню. Очнулась уже в гробу в богами забытом месте.
***

Стоило услышать знакомый голос, как внутри поднялась волна негодования. Я со всей старушечьей прытью, что заключалась в шаркающем шаге с тросточкой, ринулась к столу, на котором действительно стояла эмалированная миска с водой.

— Ну здравствуй, будущий профессор филологических наук, — насмешливо поддело отражение на поверхности воды.

По всем законам физики там должно было быть мое лицо, но по каким-то непонятным причинам там оказался лик рыжей ясновидящей. Она смотрела на меня прищурившись и ликовала. Наверняка мое пребывание в теле Анны Петровны было делом ее рук.