Случайный хозяин для невольницы

Глава 7

— Подъем, — скомандовал Хельм, вытряхивая меня из уютного сна, — если хочешь идти со мной, то вставай прямо сейчас, иначе…

Что там иначе — было неважно, потому что я уже вскочила на ноги. Привычка подниматься, едва услышишь грозное слово, намертво въелась под кожу. Бабка очень не любила, когда я долго спала, поэтому поднимала меня ни свет ни заря и отправляла делать дела, а сама снова заваливалась спать. Если я не откликалась на первый призыв, она брала воду и выливала ее мне на голову. Или приносила снега. Или рвала крапиву и засовывала ее мне под одеяло. Все зависело от погоды, времени года и ее настроения… Да уж, повезло с родственниками. Почему я об этом раньше не задумывалась?

— Уже идем? — спросила, сонно потирая лицо и пытаясь понять, где я, кто я, и что вообще происходит.

—Ты вскакиваешь, как настоящий солдат, — уважительно произнес джинн, — молодец.

Я только зевнула в ответ. Встать — не проблема, проблема — проснуться.

— Дай мне три минуты, — попросила я.

— Жду тебя внизу. Дверь просто захлопнешь, — джинн покинул комнату, чтобы не смущать меня своим присутствием, за что я была крайне благодарна.

Умылась, освежилась, расчесала и заплела волосы в тугую косу и отправилась следом за хозяином. Впереди меня ждал первый рабочий день в лагере.

— Как спалось? — спросил он, когда я вышла на крыльцо и поежилась.

Утренняя прохлада забиралась под подол, скользила по рукам, легкой дрожью поднималась по шее. По привычке я вдохнула поглубже, думая взбодриться свежим воздухом, но вместо этого снова почувствовала горечь и нотки разочарования, будто лакомство увели. В Дестине не было свежего воздуха, к которому я привыкла, живя в деревне, затерянной на краю леса.

— Нормально, — дернула плечами. Джинн тут же подозрительно на меня уставился, поэтому пришлось пояснять, — заснуть долго не могла.

— Почему?

— Думала, в окно смотрела.

А еще слушала…

Хельм этой ночью во сне разговаривал. Что-то про службу, про делары, которые надо непременно продолжить чинить, про Лифара, про какие-то несмолкающие барабаны, про кастрюли. Говорил неразборчиво, я лишь улавливала обрывки фраз, но сердце замирало от самого голоса. А еще мне хотелось услышать из его уст свое имя, но его так и не прозвучало, и от этого было почему-то немного обидно.

— Чего надумала? — он кивнул в сторону, приглашая, наконец, отправиться на работу, а не стоять на крыльце и разводить пустые беседы.

— Ничего конкретного. Просто размышляла о своей жизни.

— И как? — продолжал докапываться он.

— Знаешь… неплохо.

При этих словах он расплылся в довольной улыбке:

— Я же говорил. Все наладится, Киара…

Почему так жмет в груди, когда он произносит мое имя?

— Хельм! — раздался громкий оклик.

Нас нагоняли трое мужчин весьма сомнительной внешности. Грязные, растрепанные, в рванине, заляпанной чем-то черным. У одного оторван рукав и весь бок пропитался кровью, у второго рассечена щека, третий чуть хромал, но все они выглядели на удивление довольными, переговаривались, смеялись, будто шли с увеселительной прогулки.

Хельм встретил их мрачным недовольным взглядом:

— Где были?

— Чистили северные пещеры, там опять обосновался целый выводок туманников, — ответил один из них.

Я его узнала. Тот самый любопытный тип, что приходил вначале и рассматривал меня как интересную козявку. В этот раз на меня глазели все трое. Хитрые темные глаза впивались без тени смущения:

— Значит, надоело прятать свою пленницу в темном углу?

— Она не пленница, — прохладно отозвался джинн, — Знакомьтесь. Это Киара — моя временная… помощница, а это Али, Лаир и Бука. Тоже джинны.

После этих слов я сама начала удивленно на них таращиться. Тут к одному еле привыкла, и на тебе — еще трое нарисовались.

Несмотря на свой плачевный вид, все они были как на подбор, будто их лепил искусный мастер, знающий толк в идеальных пропорциях. Высокие, крепкие, по-звериному сильные. Эта сила угадывалась в каждом жесте, в каждом повороте головы, в мелочах. Наверное, поэтому я внезапно почувствовала себя особенно маленькой и слабой. Кивнула им в знак приветствия и как-то потихоньку, сама того не ожидая отползла за спину к «своему» джинну.

Если он это и заметил, то ничего не сказал.

— Опять на кухню? — глумливо поинтересовался Лаир, и вся троица рассмеялась.

Хельм недовольно цыкнул:

— Издеваешься?

— Мы бы с удовольствием помогли, но сам понимаешь — служба, — подхватил Али, — мечом надо махать, зачистки проводить.

По-моему, им нравилось бесить моего хозяина. Но делали они это не со зла, по-приятельски. Никакой неприязни и злости в этой четверке я не чувствовала.

— Ладно, ладно, веселитесь, — проворчал Хельм, — сегодня последний день на этой поганой кухне, а завтра я вернусь и устрою вам такой марш-бросок, что будете молить о пощаде. А то расслабились, от рук отбились…

— Джинны! — прогремел еще один голос. Мы все как по команде подскочили и обернулись. К нам шел Овеон. — Что за сборы с утра пораньше?

— Возвращаемся с зачистки, — бодро отрапортовал Бука.

— А ваш командир? — пронзительный взгляд в сторону Хельма.

— Командир идет на кухню, — мрачно отозвался тот.

— А девушка? — взгляд стремительно перескочил на меня, и я невольно вытянулась по струнке.

— Она со мной. Будет помогать.

— Нашел на кого скинуть свою работу? — тут же прохладно осведомился командующий лагерем.

— Нет. Я сама напросилась! — сказала и испугалась собственной прыти, но потом взяла себя в руки и достойно произнесла. — Я хочу быть полезной.

— Что ж, похвальное решение, — холодный взгляд чуть потеплел, — еще бы не опаздывали к началу смены, цены бы вам не было.

После этих слов Овеон отправился дальше по своим делам.

— Встретимся позже, — бросил парням Хельм и, подхватив меня под руку, потащил прочь, — бежим! Иначе Розвел будет весь день лютовать и придираться.