Случайный K-pop айдол

Глава 1

Катя сидела в душном офисе с лицом человека, который давно сдался, но почему-то всё ещё дышал. На экране компьютера — юридическое заключение на 48 страниц, пятое за сутки. Шрифт начинал плыть перед глазами, абзацы сползали вниз, как сыр с перегретой пиццы. Каждое слово — как удар по голове кодексом. Под глазами — фиолетовые круги цвета утреннего эспрессо, который давно испарился из чашки, как и её мечты о чём-то человеческом: море, тишина, возможность проснуться не от будильника, а от запаха ветра.

Рядом стоял пластиковый контейнер с остатками гречки, политой кетчупом «для настроения». Липкая вилка, бумажные салфетки, антисептик, который пах больничным детством. Стол у Катиного рабочего места выглядел как мемориал потерянной жизни: три зарядки, чек на 21 000 рублей за химчистку пальто (которое она так и не забрала), блокнот с надписью «Ты справишься», в котором вместо вдохновляющих мыслей были только списки:
— Письмо юристам
— Ответ клиенту
— Найти смысл в жизни

— Катя, можно на минутку? — заглянула начальница, идеально уложенная, в пудровом жакете, бодрая, как человек, который, по слухам, спит по 9 часов и ест лосося с киноа. У неё даже духи пахли не цветами, а стабильностью.

Катя чуть вздрогнула, как кот, застигнутый за кражей. Она медленно повернулась.

— Если только на одну, — мрачно буркнула она, не отрываясь от экрана. В голове стучало глухо и монотонно: отпуск... сон... манго... пофиг...

Начальница исчезла так же быстро, как появилась, оставив после себя аромат дорогих намерений и ощущение, что ты снова что-то недоделал.

Катя уставилась в документ, но в голове уже давно всё зависло. Она чувствовала себя не человеком, а приложением к клавиатуре. Из-за монитора выглянула её коллега Света и прошептала:

— У тебя лицо как у человека, который забыл, зачем живёт.

— Я не забыла, — буркнула Катя. — Просто не успела вспомнить.

Света кивнула с сочувствием, схватила кофейный стаканчик и исчезла, как тень усталости.

Катя снова уставилась в экран, где юридическая казуистика говорила с ней на языке, который когда-то был ей родным, а теперь казался чужим. Слова казались пустыми. Как и она сама.

И вдруг мелькнула мысль:
А что если просто встать и уйти? Сесть в самолёт. Улететь в страну, где тебя никто не знает. Где нет начальства, дедлайнов, пробок, российских ГОСТов и мыслей про налогообложение самозанятых?

Мысль была настолько неожиданной и сладкой, что Катя даже прикрыла глаза, как от слишком яркого света.

А потом — вернулась к работе. Потому что кто, если не она?

Но в этот момент жизнь уже решала за неё, тихо, за её спиной.