Случайный малыш для Миллиардера

=56=

Ночью я быстро уснула, попросту выбилась из сил, поэтому мигом отключилась. А утром рано проснулась и больше не сумела сомкнуть глаза, окунулась в тяжелые размышления. Меня смущало и напрягало поведение Каримова.

Чего он добивался? Явно ничего такого, что я бы одобрила.

Мои губы до сих пор горели от его поцелуя. Ощущения казались настолько свежими, живыми и реальными, словно Рустам поцеловал меня пару секунд назад. Память так и подбрасывала яркие вспышки вчерашнего дня. Кадр за кадром.

Вот мы заходим в пафосный ресторан. Вот оказываемся в бургерной. Каримов сперва выглядит напряженным, а после расслабляется. Вот парк развлечений. Мы катаемся на колесе обозрения. Едим попкорн, мороженое, сладкую вату. А дальше прогулка по речке. Накренившаяся лодка. Рустам вытягивает меня из воды и запечатывает мой рот своим. Целует дико и властно, будто открыто заявляет права на собственность.

Меня никто не целовал так. Я никогда не чувствовала ничего похожего.

За все время у меня был только один парень. Денис. Я впервые поцеловалась именно с ним. Только это было очень неприятно. Он лишь обслюнявил мои губы, пробудил внутри рефлекторную брезгливость. После такого мерзкого опыта я не могла больше верить романтичным фильмам и книгам про любовь. Там поцелуй описывался будто нечто прекрасное, а в реальности меня ожидало жестокое разочарование. Я не могла поверить, будто кому-то такая гадость нравится. После поцелуя Дениса захотелось тщательно вымыть рот мылом. Тогда я и решила, что не создана для всех этих утех. Холодная. Безразличная. Так я бы и дальше думала. Но прошлый вечер все переменил.

Ох, с Каримовым вообще все и всегда оказывалось иначе, чем получалось предположить.

Я почувствовала очень многое, когда его губы накрыли мой пораженно открытый рот и язык проскользнул внутрь. Отвращения там явно не было. Наоборот…

Я забылась, отдалась моменту, очнулась, когда стало слишком поздно.

Меня тянуло, влекло с эту темноту с неудержимой силой, но я понимала, что ничего хорошего из этого всего не выйдет.

Только принял ли мой отказ Каримов? Или просто сделал вид? Интуиция подсказывала, что такие мужчины легко не сдаются и не спешат отступать от захватнических намерений.

Я завтракала в одиночестве, потому как Рустам уехал на работу еще раньше. Позже потянулся привычный день в заточении. Роскошный особняк проснулся, здесь закипела жизнь.

– Будь осторожнее, девочка, – заметила Паулина.

– Простите? – нахмурилась я, не понимая, о чем идет речь.

– Любовь сильных мира сего – тяжкое испытание. Поверь, я знаю, испытала на своем опыте.

– Паулина Валдисовна, да что вы такое говорите? Какая еще любовь?

– Такая, которая может тебя вознести, а может и уничтожить, причем с одинаковой быстротой и легкостью.

– Вы что-то путаете, – я нервно рассмеялась. – Или шутите так?

– Я предупреждаю тебя. Ты хорошая и светлая девочка, но выжить в мире богатства и не испачкаться нельзя. Я не советую возлагать большие надежды на Каримова. Он из тех, кто добивается своего и моментально охладевает.

– Прекратите, Паулина Валдисовна. Я никаких надежд на Рустама не возлагаю.

– Видишь? – она улыбнулась. – Он уже просто Рустам. Скоро ты увлечешься и совсем потеряешь чувство реальности.

– Ничего я не потеряю, – заявила твердо. – И я совсем не увлечена.

– Да? – выгнула идеально оформленную бровь. – Зато он тобой увечен. И очень сильно. Горит. Это чувствуется. Особенно со стороны. Но сильное пламя быстро потухает.

Разве настоящий огонь не будет пылать вечно?

Меня потянуло оспорить ее утверждение, но я не проронила ни слова, не видела в этом смысла. Пусть думает что пожелает. Я не собираюсь уступать ухаживаниям Каримова.