Случайный свидетель

3. Похороны

В отделении полиции было малолюдно. К участковому Наталья не пошла, уже беседовала с ним, и поняла, что это бесполезно. Она обратилась к дежурному.

— Я по поводу женщины, что упала с балкона, вчера, на Р-кой, — сказала Наталья, — хочу сделать заявление. У меня есть все основания предполагать, что её толкнул муж.

— Вы кто? — поднял на неё глаза дежурный.

— Прохоренко Наталья Петровна.

— Кто вы покойной?

— Подруга.

— Подождите.

Дежурный снял трубку, и передал:

— Тут гражданка хочет заявить об убийстве на Р-кой... вчера... да. Там женщина разбилась. Упала с балкона. Гражданка Прохоренко утверждает, что это убийство! — он посмотрел на Наталью, и прикрыл трубку рукой, — доказательства у вас есть?

— Какие доказательства? — развела руками Наталья, — но он...

— Доказательств нет, есть основания... Понял. Так точно.

Положив трубку, дежурный словно извиняясь, сказал:

— Состава преступления на месте происшествия обнаружено не было.

— Но вы обязаны принять заявление! — чуть не заплакала Наталья.

— Садитесь, пишите. Я зарегистрирую, ответ вам поступит в письменном виде. — Он просунул ей под стеклом лист бумаги.

— Безобразие! — Наталья вытащила из сумочки готовое заявление, — вот, регистрируйте. Я буду звонить каждый день, так и знайте. А если не поможет, дойду до Бастрыкина!

— Ох, баюс, баюс! — раздался издевательский голос за стенкой, и взрыв хохота.

— Не обращайте внимания, — дежурный взял заявление. — Ребята отдыхают.

В крематорий, кроме Виталия, Натальи и Лидии, приехали женщины с работы Лизы, и были шокированы церемонией прощания.

Похоже, что вдовец не вложил ни копейки. Став полновластным наследником жены он хоронил её за муниципальный счёт!

Гроб был самый дешёвый, зал самый худший — тёмный, маленький и старый, он находился сбоку от основного — мраморного, с высокими потолками, где провожали под музыку и был ведущий.

Здесь же, обстановка напоминала заброшенный сельский клуб. Какие-то поломанные сиденья в зале ожидания, грязь, полумрак.

Носильщики затрапезного вида поставили гроб на постамент, и ждали, пока все по очереди простятся.

Увидев подругу вблизи, Наталья заплакала — Виталий сэкономил на всём, в том числе и на макияже, который отдельно оплачивается в морге. На лице Лизы был толстый слой тонального крема. Наталья достала из сумки венчик и положив его на лоб подруги, поцеловала.

Подняв глаза, она заметила незнакомого мужчину в пальто песочного цвета. Он стоял немного в стороне от всех и пристально смотрел на неё.

После того, как Виталий последним подошёл и клюнул жену в венчик, Наталья с Лидией накрыли её покрывалом и насыпали сверху крестообразно земли, принесённой из храма.

Они хотели прочитать литию, но им не позволили, сказав, что прощание окончено. А отпевание не заказано.

Выйдя на свежий воздух, Наталья сделала вдох. Было скользко, и они с Лидией шли медленно, поддерживая друг друга.

Виталий куда-то испарился, вероятно, чтобы не отчитываться перед коллегами жены, которые уверяли, что перевели ему пожертвования, которые удалось собрать на предприятии — пятьдесят пять тысяч.

— Вы Наталья? — услышала она сзади голос, и повернувшись, увидела незнакомца в пальто.

— Да, — кивнула она, — а вы кто? Я вас не знаю.

— Я Суров, Илья Васильевич, — следователь по уголовным делам.

Наталья остановилась.

— Вы... вы возьметесь за расследование? — обрадовалась она. — Лиза не заслужила такого конца! И она не падала!

— Я тоже так считаю, — ответил Илья Васильевич.

Поскользнувшись, он сделал колесо руками, но ему удалось удержаться на ногах.

— Осторожнее, скользко, — предупредила Наталья, и непроизвольно крепче сжала руку Лидии.

— У меня здесь машина, — кивнул на парковку следователь, — я вас отвезу, и поговорим.

— Удостоверение покажите! — попросила недоверчивая Лидия.

Мужчина достал удостоверение.

— Я бы сразу показал, просто хотел избежать лишних кривотолков, — он кивнул на коллег покойной, которые тоже шли на парковку, но заметив, как он предъявил удостоверение Лидии и Наталье, теперь остановились и открыли рты.

Лидия села на заднее сиденье, Наталья вперёд. Первое время молчали. Наталья всё ещё находилась под тяжёлым впечатлением от похорон подруги. Очевидно понимая это, следователь её не торопил. Наконец, выехали на трассу, и Наталья подала голос:

— Я знаю Лизу, сколько себя помню. Мы подруги... она была полна планов — хотела пойти учиться и даже подумывала уехать к бывшему мужу. Он живёт в Америке.

— Интере-е-есно, — барабаня пальцами по рулю, протянул Суров. — какие-то исключающие друг друга вещи, вы не находите? Или она хотела в Америке образование получить?

— У этих, как вы говорите, исключающих друг друга стремлений одна причина.

— Вот как? Какая же? — он бросил на Наталью мимолётный взгляд.

— Ей не хотелось идти домой. Там был Виталий. И она была готова идти, куда угодно, хоть на студенческую скамью, лишь бы реже бывать дома.

— Могла бы развестись, — пожал плечами следователь.

— Так она и собиралась! Возможно, и заявление подала, я не знаю, — Наталья с надеждой посмотрела на Сурова: — у Виталия есть мотив. Со смертью жены он наследует и квартиру и дачу Лизы!

— Почему вы не думаете, что она могла оступиться? Потянулась за котом, не удержалась и... я видел фотографии, всё выглядит именно так.

— Скажите, а можно запросить съемку с камер? Они же, наверное, были где-то? Что-то снимали?

— Теоретически да, — кивнул следователь, — но на практике... можно попробовать устроить поквартирный опрос. Может быть, нам повезёт, и кто-то что-то видел. Но, если честно, шансов мало.

— Значит, Лизу сожгут, а этот гад будет радоваться жизни? Где справедливость?

Следователь молчал. Он высадил женщин во дворе дома Натальи, и обещал позвонить, если удастся что-то выяснить.