от лица Кости.
Если бы меня спросили, какой твой самый лучший день в жизни, Костылев? Я бы не думаю ответил, что сегодняшний день, определенно, самый лучший из всех.
Признаюсь, затупил я не по-детски, когда решил представить Васю как свою девушку. А что ещё мне оставалось делать? Я всегда туго соображал во время стрессовых ситуаций, а когда увидел собственную маму на пороге кухни, так и окончательно отключил мозг. Я хотел ей признаться Васи в своих чувствах, но не так. Давно хотел уже рассказать, что чувствую по отношению к этой милой, забавной, злющей и красивой девушке. Но не мог. Потому что был трусом. И тряпкой. Никогда никого не боялся, а вот сейчас боюсь. Её потерять боюсь. А узнав правду, она никогда меня не простит.
На моё удивление, мама довольно спокойно отреагировала на эту новость, может, она и была шокирована, но вида не подала. Ведь прежде,я никогда не знакомил своих "подружек" с семьёй; не видел просто в этом смысла.
Мама порезала мой любимой мясной пирог, заварила чай, а после атаковала девушку, в хорошем смысле этого слова, разными вопросами, на которые Вася достаточно легко и спокойно отвечала. Я знал, что Вася не особо многословна, когда рядом с ней был малознакомый человек, но похоже, что аура доброжелательности моей матушки смогла её успокоить. Я был лишь наблюдателем и слушателем их беседы, и не совался в их разговор без надобности.
— Скажите Василиса, а давно Вы с моим сыном встречаетесь? — спросила мама, внимательно осматривая девушку.
От этого вопроса я и сам признаться впал в ступор. Молодец Костылев, наломал дров и теперь сидишь, глазенками своими лупаешь! Думай, думай, думай!
— Мы встречаемся совсем не много. И пожалуйста, зовите меня Васей, мне так привычнее.
Едва заметный румянец украсил щеки девушки, а после, я почувствовал как её маленькая ножка пнула меня под столом.
— Мам ну хватит мучить мою девушку вопросами! Я сам тебе потом всё расскажу.
— От тебя дождешься, как же, — мама недовольно взглянула на меня, сделав небольшой глоток из своей чашки. — Знаете Вася, Костя до ужаса скрытный у меня. Из него всю информацию буквально через жилы надо тянуть!
— Мам! — недовольно проворчал я.
— Не могу с вами не согласиться, — ответила Вася, стараясь спрятать улыбку, — но он очень способный. Правда языки ему не очень хорошо даются.
— Языки? — переспросила мама.
Ой попал!
— Ну, меня попросили помочь Кости с английским языком, у него э-э-э-э есть некоторые проблемы.
— Серьезно? — а вот теперь ошарашенный взгляд Любовь Владимировны был направлен на меня.
Я покачал головой и тихо, едва слышно прошептал "Подыграй".
— Это у него от отца. Он уже пять лет учит немецкий язык и всё никак не выучит.
Я кивнул, одними губами говоря «Спасибо». Хотя прекрасно знал, какой допрос в пристрастиями меня ждёт впереди.
Девушка тихо хихикнула в кулак, но вся идиллия была разрушена телефоном Васи, который так не кстати дал о себе знать. Она извинилась и вышла из кухни, отвечая на звонок.
— Константин, а теперь будь так добр объясни что здесь происходит? — прошипела мама, смерив меня гневным взглядом.
— Обещаю, я всё расскажу мам. Только не выдавай меня! — я уже был готов умолять, но в кухню вернулась Вася. Какая —то она была расстроенная. Голову опустила, от чего волосы скрыли от меня её миловидное личико. Такие красивые у неё волосы, на вид казались такими колючими и забавно топорщились в разные стороны.
— Что—то случилось Вася? — спросила мама обеспокоенно, взглянув на девушку.
— Мне нужно вернуться домой. Папе срочно понадобилась моя помощь.
Я злобно фыркнул про себя. Прекрасно ведь знал, что никакая помощь ему ненужна. У Игоря Валентиновича маниакальная опека над дочерью, а ещё, он не слишком— то почивает меня. Скорее наоборот: ищет удобного случая, чтобы свернуть мне шею. Но будь я на его месте, пожалуй поступал бы также.
— Уже почти стемнело. Может стоит вызвать тебе такси?
— Не нужно, я тебя провожу до дома, — встал со стола, со злости задвигая стул.
— Нет, не надо, наслаждайся ужином с мамой, а я на автобусе доберусь, — она спрятала мобильник в карман растянувшегося свитера. Обычно, я любил когда девушки одевались более открыто, но стиль Васи мне нравился куда больше.
— Я же сказал что провожу, значит провожу! — недовольно цыкнул и направился в прихожую. Накинул черную ветровку, обулся, схватил ключи и кошелек со стеклянного столика. Вася пришла под ручку с моей мамой, держа в руках пластиковый контейнер с пирогом. В это была вся сущность Любовь Владимировны, ни за что бы она не позволила Васе покинуть нашу квартиру, без чего—нибудь съестного.
— Вася, вы приходите в гости в любое время. Я всегда буду рада вас видеть. Чаю попьем, посплетничаем, а то с моими мальчиками особо не болтаешь.
— Обязательно приду Любовь Владимировна. Я была рада с вами познакомится.
— И я тоже была рада, — мама слегка погладила Васю по волосам, после взглянула на меня. — Проводи девочку домой в целости и сохранности милый. И забеги пожалуйста по дороге в магазин, купи чай с бергамотом.
— Хорошо, — я едва заметно кивнул, терпеливо ожидая, когда девушка обует свои цветастые кеды.
Вася напоследок сказала моей маме тихое «до свиданья», и мы вместе вышли за пределы квартиры.
Отредактировано: 15.12.2018