Две недели спустя.
От лица Кости.
Воскресное майское утро было не очень приветливым. С самой ночи шел проливной дождь, а порывистый холодный ветер никого не щадил. Чёрт! Даже сама стихия была против меня.
Жестяная банка из—под пива упала на пол. Взъерошил рукой спутанные волосы, проигнорировав недовольный взгляд Мутного вместе с его лекциями и нравоучениями. Друг молча встал со своего кресла и ушёл с балкона в комнату, пока я медленно, но верно занимался самобичеванием. Сейчас, мне было абсолютно плевать. На всё и на всех. Даже на то, что я уже неделю не принимал ванную и вонял как старые носки пенсионера, забытые хозяином под кроватью.
Мутный ограничил до минимума моё употреблением алкогольных напитков. Хватило того, что я заблевал персидский ковер его матушки в гостиной, и раздавил ногой два горшка с геранью. Сегодня он позволил мне выпить только две бутылки пива из своих запасов, а элитный алкоголь запер в шкафу на ключ.
Плевать. Ни алкоголь, ни сигареты мне больше не помогали. Тяжело было бороться с чувством вины и стыда. Испанского, мать его, стыда!
Возможно, сейчас мои слова прозвучат банально, но когда я впервые взглянул на Васю что-то внутри меня зашевелилось, хотя по началу я решил, что это наружу просится мой не переваренный завтрак. Я слишком азартен, как мой отец,который часто в тайне от мамы играет в покер. Я принял вызов Ларисы, желая поставить эту выскочку на место. Меня трясло от желания сдавить пальцами её шею и задушить. Какого хрена она вообще полезла к Васе?! Я ведь и так собирался рассказать ей об этом дурацком споре! Потом. Я бы обязательно рассказал ей правду! Как — нибудь... Но я струсил. Размяк перед ней, как зефир, и струсил! Ведь чем ближе она подпускала меня к себе, тем сильнее я начинал привязываться к ней. Я хотел стать частью её жизни. Отвоевать своё место в её мыслях.
Потёр лицо руками, рыча нецензурную брань себе под нос. На глаза попалась допитая мною бутылка конька. К горлу мгновенно подкатила тошнота. Все подростки— потенциальные алкоголики. Срань Господня! Никогда бы не подумал, то буду цитировать свою родную маму! Она ненавидела алкоголь. И чтобы лишний раз не заставлять её переживать, я свалил на дачу к Мутному. Подальше от родительского контроля и глаз. К счастью для меня предки свалили во Вьетнам (хрен его знает зачем, но я не особо вдавался в подробности), так что у меня была своеобразная свобода. На некоторое время.
Глупо конечно сбегать от реальности. Нужно возвращаться в город, снова идти в школу и… Просто жить дальше, зная, что Вася меня ненавидит.
Последнюю ночь которую я спал (или вернее будет сказать, просто отключился от переизбытка алкоголя в организме) я видел в своём сне Васю.
Она казалось такой реальной. Улыбчивой, милой, похожую на маленькую фарфоровую куклу с большими шоколадными глазами. Она лежала на кровати в своей комнате, одетая в просторную белую рубашку и обтягивающие трусики-боксеры. Ногами болтали в воздухе, от чего её рубашка то и дело задиралась, открывая мне вид на её соблазнительную попку. Она рисовала что-то в своём любимом блокноте, лежа на животе. Волосы были чуть растрепанны, тело расслабленно, а на лице задумчивая улыбка. Словно, она владела тайной, доступной, только ей одной.
Я хотел подойти поближе к ней. Сесть на кровать, обнять до хруста костей и просить прощения до тех пор, пока у меня не пересохнет в горле. Только я сделал шаг, в сторону Васи, как входная дверь открылась и на пороге оказался Баранкин.
Я не ненавидел этого парня, скорее, я просто на дух не переносил. Ведь знал, что он пробивает про меня и моих друзей информацию, через своего двоюродного брата. Хотел знать чем я дышу, и какие у меня намерения к его подруге. То, что Вася и Лёшик были друзьями, не могло не бесить меня. Я закипал как алюминиевый чайник всякий раз, когда он находился рядом с ней. Этот парень лез не в своё дело, аргументируя тем, что хочет лишь защитить своего лучшего друга. Пф, ага, так я ему и поверил! Просто он бесился и ревновал Васю ко мне. Вот и вся причина.
Баранкин улыбнулся, делая осторожные шаги по направлению к кровати. Вася улыбнулась ему. Призывно и даже не много пошловато. Я отшатнулся, сейчас она совсем была не похожа на себя.
Парень забрал с её рук альбом, и с напущенной серьезностью стал рассматривать её рисунок. Вася, смеясь, пыталась вернуть себе блокнот, но он не поддался и отбросил его в сторону. Повалил её на спину, притворно зарычав, стал кусать открытые участки кожи на шее. Визжа, Вася начала вырываться из крепких объятий парня, но у неё это не вышло. Она хотела находиться в этих объятиях, а все её сопротивление, часть игры, которая их обоих заводила.
Они целовалась, и страсть буквально пылала вокруг них. А я просто стоял и наблюдал за ними. Вася улыбалась ему, целуя в ответ. Рядом с ним, она казалось такой счастливой и спокойной.
Я проснулся в тот момент, когда Лешик разорвал рубашку на груди Васи. Из губ девушки вырвался стон. Слишком яркий свет бивший из окна меня ослепил. Я вынырнул из этого странного сна, с ужасной головной болью и тошнотой. Рвало меня не только от расстройства кишечника, но и от сна что пришлось видеть этой ночью. После этого я попросил Сеню присматривать за Васей на расстоянии, да так, чтобы это не было заметно. Каждый день видел её на фотографиях (своеобразный отсчет Сени) в компании Лешика и Маши. Иногда она возвращалась домой одна, полностью погрузившись в свои мысли, а за ней, тенью, шёл Баранкин, явно ожидая того, что я вынырну из ближайших кустов, в надежде поговорить с Васей.
Может я сам себе это всё придумал и на самом деле, Лёшик не испытывает к Васи ничего, кроме дружбы? Возможно. Но каждый раз видя фотографии, где Вася и Лёшик идут вместе, почти рука об руку, я вспоминал этот сон, в который наглый кудрявый говнюк целовался с моей девушкой! А она позволяла ему это и плавилась в его руках!
Отредактировано: 15.12.2018