Слушайся меня, Дикарь!

10

Едва мы покинули большую комнату, как я поняла, от чего Талиба так странно наморщила лицо. Словно досадовала про себя на какой-то фактор, ставший привычным, но все равно раздражающий. Мысль пришла неожиданно и сразу показалась мне правильной.

—Торм, ты когда в последний раз мылся?

—Что? А, мылся… Да я не помню, это не важно вообще. Кому до этого есть дело?

—Всем! Без исключения. Иди и помойся.

—Вот уж нет. Ты снова забываешься, это моё тело, а не твое. Прошу тебя заткнуться и не высовываться.

—Я вонючка! Я вонючка! Я вонючка!

Пришлось перехватить управление, теперь он говорил мои слова.

—Дрянь какая! Прекрати!

—Я воняю, как сто козлов!

Сказав это, Радогат досадливо крякнул, останавливаясь прямо по середине коридора.

—Да не воняю я, с чего ты взяла? Давай спросим любого человека, который нам попадется.

—Ага, ты же знаешь, что тебя тут боятся, ты же просто дикарь. И наверняка соврут, скажут, что чище тебя только младенцы. Живо мыться, пока я тебя не опозорила!

—Вот откуда ты такая взялась? Жил привычной жизнью, забот не знал. Дрался, пил, веселился, не забывая управлять замком. Что изменится, если я помоюсь?

—С тобой станет приятно стоять рядом. Думаешь, той же Саламее нравится, что ее лапает вонючий мужик, от которого разит перегаром? Да еще и грязными руками?

—Я торм! Попробовала бы она высказать недовольство!

—Она красивая девочка, имей совесть! Она заслуживает к себе хорошего отношения, хотя ее папаша и полный мудак. Лучше бы он спорил на свою руку! Иди мыться, я не отстану.

—Упрямая. Только это ничего не поменяет. Я сразу пойду к кузнецам, а там чад и жара.

Но Радогат изменил направление движения. По пути он наткнулся на женщину, несущую куда—то корзину, прикрытую тряпкой.

—Бамга, принеси мне чистую одежду. Надо помыться мне, а то грязь уже отваливается.

—Слушаюсь, все будет.

Хорошо быть повелителем. Все готовы броситься выполнять распоряжения. И даже выполнят, это не наши чиновники, которые могут забить на исполнение наказов, просто отрапортовав, что всё в порядке. Тут за такое можно головы лишиться.

Вскоре Радогат в голом виде стоял под душем, на него лились потоки довольно холодной воды, а он намыливался чем-то не особо приятно пахнущим. Но это нечто всё равно являлось аналогом мыла.

—Эй, ты подсматриваешь?

—Я же просто тень в твоем разуме, я вижу и чувствую только то, что видишь и чувствуешь ты. И намерена беречь тело, в котором случайно очутилась. А у вас есть баня?

—Я не знаю, что такое баня, но я могу посидеть там, где горячие камни. Лить на них воду, чтобы было много пара. И там могут размять твое тело обученные люди. Ты это имела в виду?

—Да, только у нас еще и вениками парятся, я тебя потом научу. Бьют ими по телу.

—Не знаю, стоит ли мне разрешать себя бить. Ты предлагаешь глупость, совершенно не подумав. Хотя, женщины не привыкли думать. Вы предназначены для того, чтобы мужчинам было комфортно жить. Я давно вышел из того возраста, когда покорно побои сносил.

Дикий! Женщины—это почти рабы что ли?

—Это не побои, это—для пользы тела. Попробуешь, понравится ведь. Такое в моем мире почти всем нравится.

—Бред какой-то, кому понравится, когда его станут бить? Ты точно ничего не придумываешь, не шутишь?

—Ты просто не пробовал, торм.

—Я достаточно умный и взрослый мужчина, чтобы понять, что не всё требуется испытывать на своей шкуре.

Радогат уже вышел из душа, вытерся огромной тряпкой, обрядился в чистую одежду. Бамга, притащив всё необходимое, куда—то испарилась. Не полагалось ей лицезреть голого торма.

В кузнице я подивилась, на сколько точно Радогат уловил суть идеи о кольчуге. И как грамотно и лаконично он поставил задачу двум кузнецам. Вот что значит—мужик и воин.

—И не болтайте, это тайна пока.

 Кузнецы дружно кивнули, вид у них сделался деловой и озабоченный. Видимо, они уже прикидывали, как будут изготавливать неведомую кольчугу. Если справятся, то подобных доспех станет плюсиком для воинов данного замка. Что им еще предложить, если они вынуждены готовиться к войне? Подумаю, конечно, но у нас ведь повсюду порох и огнестрельное оружие.

—Радогат, а если пустить слух, что у тебя появился советник, который может не присутствовать с тобой рядом? Ну, ты можешь говорить с ним, а он сидит в пяти километрах от тебя и все равно слышит? Как бы, колдовство такое. И сам может с тобой советник поговорить так, что другие не услышат?

—Дельная мысль, надо с Бобом обсудить. А то ведь приходится все равно с тобой разговаривать. С казначеем ты не передумала беседовать? Хочу глянуть, на что ты способна, скорее всего, просто бахвалишься, мало в чем понимая.

Ага, пытается все же указать мне моё место. Промолчу, порой конфликт—не лучшее решение.

—Буду, только дай распоряжение, чтобы он принес цифры. Что куда тратит, что откуда получает.

—Да я ведь никогда особо не смотрел все это.

—А теперь посмотришь, не бойся, Дикий, я во всем этом хорошо разбираюсь, меня этому учили. Наверняка найдутся нестыковки. Ты как закупаешь оружие, еду, вещи?

—Есть поставщики постоянные. Они и снабжают.

—Теперь всё это будет проходить через тендеры.

Вот, новшество, которое следует тут внедрить! Да, тут есть где развернуться, тут есть, как себя показать во всей красе. Мы еще научимся с ним летать в космос и расщеплять атом. Или не научимся, но лишь потому, что рано им на такое замахиваться.

—Через чего? Говори понятнее! И не много ли инициативы сразу? Я пока вообще не решил, слушаться ли тебя.

—У тебя нет выбора, Радогат. Извини, но лучше нам не ссориться, потому что это приведет просто к серьезному конфликту.

Торм молчал, поэтому я решила продолжить про организацию торгов.

—Будете объявлять, что вам требуется, пусть все желающие предлагают это. Приносят образцы, если это возможно, собираются в зале и предлагают цену. Кто предложит цену ниже—тот и становится поставщиком своей продукции.