Слушайся меня, Дикарь!

16

Пауза затягивалась, я было подумала, что мужчина вовсе закончил разговоры со мной пока.

—Как же тяжело с тобой, —угрюмо пробормотал Радогат. —Ты вообще когда—нибудь уберешься из моей башки?

—Я не знаю, честно. В моем мире на меня упала сосулька. Возможно, я там умерла, возможно, впала в кому. Если умерла, то я к тебе навсегда поселилась. А ежели врачи меня пытаются спасти, то имеется вероятность, что я вернусь в свое тело. Ну, еще есть вариант, что душа, покинув тело, живет год, допустим. А потом просто исчезает. Что вы вообще про души знаете?

—Я в эту муть не особо верю. Уж если я умру, то навсегда. А все эти сказочки, что я могу возродиться, что душа не может умирать—это пусть всякие философы болтают.

—Ты не просто так гуляй, —посоветовала я. —Ты с людьми говори. Вопросы разные обсуждай. Мне так будет проще понять, куда же я попала.

—В башку мою ты попала, зараза этакая. Но я понимаю, что тебе требуется информация. Вдруг ты и впрямь не такая уж глупая бабёнка, окажешься полезной?

—Глупая бабёнка? Это ты сейчас про меня?

—Нет, что ты, - немного торопливо произнес торм. —Просто в основной массе своей женщины глупы. Но есть и исключения. А что ты станешь делать, когда я примусь заниматься сексом?

—Стану подсказывать, как правильно делать, чтобы женщина получила удовольствие.

—Не смей, слышишь?

—Да я пошутила, ладно тебе переживать. Прояви себя неотесанным самцом, который думает только о себе.

—А почему я должен думать о женщине?

—Дурак ты в этом вопросе, вот. Если ей будет хорошо, то она сама постарается доставить тебе максимальное удовольствие.

—Я—торм, они обязаны меня радовать и так.

—Снова дурак, нельзя радовать по приказу, это плохо получается. Ладно, с этим мы еще разберемся. А пока я помолчу, ты же не можешь при всех постоянно с матушкой беседовать. Слухи нехорошие пойдут среди людей, свергнут тебя.

—Меня? Свергнут? Насмешила, Настя.

Вот такие самоуверенные и погибают в результате заговоров. Но теперь буду за мужчиной приглядывать. Свежий взгляд на обстановку, полезное дело зачастую. Поэтому приглашают сторонних аудиторов, поэтому привлекают разных экспертов.

Радогат гулял больше двух часов, заходя в лавки, беседую с разными людьми. Я помалкивала, собирая информацию. Оказалось, что тут нет лошадей! Совсем! Все передвижения осуществлялись только пешим ходом. Но тут имелись и коровы, и овцы, и пчелы. Радогат, кстати, прогуливался не в одиночестве. За ним упрямо следовали двое охранников. Бранды, если я правильно помнила. Их отличали зеленые рубашки с какими—то нашивками. Возможно, это звания воинские так обозначались.

Эти два охранника держались чуть поодаль, не стремясь попадать на глаза. Но все равно показывали, что сопровождают торма.

—Ты настоял на охране или Ханимуд?

—Он, конечно, я же просто использую этих людей, как посыльных. Удобно, они всегда под рукой.

Ну да, но и людям они показывают, что Радогат с охраной. Интересно, тут на правителей совершают покушения? Кстати, не удивлюсь, если какой-нибудь соглядатай тайно шагает поблизости. От Ханимуда можно и такого финта ожидать.

—Еще вопрос. Ближнему кругу ты доверяешь полностью? Не может тебя кто—то предать?

—Это исключено. Слишком многое нас всех связывает. Бои, пирушки, опасности. Мы почти сроднились. Каждый имеет мелкие секреты, но в целом мы открыты друг для друга. Еще раз повторяю—никто из пятерых мне врагом оказаться не может.

—Пятеро? Я узнала троих. Военачальник твой, колдун и главный шпион. А еще двое? Их тут нет?

—Не двое, ты не видела только одного. Четвертая—моя жена. Тебе это удивительно разве?

—Нет, это я просто не подумала. Жена вполне годится на роль соратника. А пятый?

—Его нет в замке, не любит человек жить за каменными стенами. Мудрец, который дал мне воспитание. Акулаб. При чем его мудрость признают все и считают старца неприкосновенным. Он сейчас, как всегда, странствует по свету. Он везде принимается с почетом.

—Даже у Однорукого?

—У всех без исключения. К нему не прилипает грязь совсем, он не имеет врагов.

—Ну а Саламея?

-А что с ней не так? Мне её проспорили, я с ней хорошо обращаюсь. Ты это, прекрати болтать, я же не могу с тобой говорить на улице, где людей полно. Саламея мне нравится, и она служанка хорошая.

Ладно, лично я бы, попав в зависимость к любому человеку, искала бы возможность сбежать или навредить. Во всяком случае, оказавшись невольницей и прислужницей, я бы вряд ли стала любить своего хозяина. Особенно если учесть, что он может запросто за грудь схватить. Хотя, тут другие нравы и обычаи, другой менталитет. Это не стоит забывать, женщины тут имеют вообще мало прав.

Да, тут другие нравы. Попробовал бы наш президент прогуляться по любому городу в сопровождении лишь двух человек. Правда, за счет телевидения его лицо знакомо каждому. А тут торма могли не все узнавать. Да, настоящее средневековье. Я знакомилась с городом и пыталась понять, чем могу оказаться полезна Радогату. Можно просто сидеть у него в голове, словно ты на экскурсии, но мне хотелось свершений! Хотелось двинуть этот народ вперед! Пусть впоследствии Радогата вспоминают не как Дикого, а как Великого.

Зададим всем тут жару!