Слушайся меня, Дикарь!

35

Радогат задумчиво прошелся по залу. Мне хотелось высказаться, что я и сделала.

—Как они вычислили почти всех? Это ведь не просто, согласен? А Симгар с Ханимудом не являются простачками и дилетантами в своем деле. Но мы потеряли почти всех агентов.

Я постепенно приучила себя, что следует пока признать ранд своим и не дистанцироваться от всех. Поэтому все чаще употребляла слово «мы». Сейчас это и мои проблемы тоже.

—Я его просто уничтожу! Хватит терпеть! Варатол возомнил себя могущественным, но зубы обломает свои.

Снова гулкий удар кулаком по многострадальному столу. Посуда подпрыгнула, жалобно звякнув. Хорошо, что плотники сделали стол массивным.

—За тебя будут воевать охотно? Ты платишь своей армии? У нас есть выражение: народ, не желающий кормить свою армию, будет кормить чужую.

—Не умничай, ладно? У меня есть наемники, у меня есть обученные ополченцы. И простой люд знает, что лучше им при Варатоле никак не станет, не тот это правитель, при которым простолюдинам хорошо живется. Они станут защищать своё. Я знал, что война неминуема, рано или поздно этот опасный сосед нападет. И готовлюсь к этому не первую неделю, даже не первый месяц.

—Он разорит всё, что сможет. Попутно, не отвлекаясь от цели.

—Маргов выкормыш!

Марги—это бесы, если перевести на мой язык понятий. И Радогат опять грохнул по столу кулаком. Нервный какой, чего бесится?

—Я уже готов признать, что не стоило ждать. Я уже почти уверен, что стоило самому напасть. Вероломства мне не хватило, Талиба в этом права, именно она постоянно твердила, что змеёныша требуется уничтожить в его гнезде. Правда, именно так говорил и Симгар.

Радогат метнул табуретку в стену, та удара не выдержала и развалилась, произведя немалый грохот.

—А если найдут предателя, который сдал всех агентов, то я самолично его придушу!

—Успокойся, хватит беситься. Тебе никто и слова не скажет, все уберут, мебель поставят новую. Но можно ведь вести себя спокойнее, проявить выдержку. Ты что какой нервный? Про войну скорую ты знал. То, что будут потери—тоже знал. И сейчас самое время просто сосредоточиться.

—Заткнись! Не указывай мне, как себя вести. Ты что, не ругаешься, не скандалишь никогда?

—Что ты сказал?

—Заткнись! Я именно это сказал тебе, женщина.

—Как ты меня назвал?

—Как слышала, так и назвал. Ты забываешься! Ты лезешь в мою жизнь! Ты мешаешь мне быть самим собой! Ты еще мне трахать Саламею запрети, или выгони петь серенады под окнами жены.

—Да легко, дикарь ты неотесанный! Ты просто буйный тип, не желающий держать свои эмоции под контролем. Ты смешной, когда бешеный. Твоя дикость никому не нужна и мешает трезво мыслить. Психуешь, как подросток, которому не дали!

—Это ты мне мешаешь трезво мыслить, уяснила? Это ты залезла мне в башку и пытаешься выпендриваться! Это ты задаешь странные вопросы моим проверенным друзьям! В гробу я видел твои советы и твои пожелания, вот так!

—А я в гробу видела твое заносчивое отношение к женщинам, понял? Что ты для них делаешь? Ты только пользуешься, только получаешь! С чего ты решил, что всех женщин надо считать вторым сортом и даже презирать? Чем они тебя так обидели, что они тебе плохого сделали?

—Мне положено, я—торм! Мне просто обязаны все подчиняться. Ты не в курсе, но население растет, к нам приходят из других рандов, селятся, начинают хозяйствовать. Потому что я справедливый! И я не дам тебя власти над собой, не дождешься!

—Иди ты к маргам! Мне она и не нужна, власть эта, —я уже орала, взбеленившись. — Веди себя достойно, вот что я тебе скажу. Будь настоящим мужиком, а не болваном с замашками пещерного человека. Твоя вспыльчивость тебя же самого до добра не доведет. Ты теряешь возможность четко мыслить, когда злой. Можешь, если хочешь. Повышать голос на слуг, а на меня не смей, понял? Я не согласна быть бесправной и зашуганной женщиной. Я—личность! Поэтому я требую, я настаиваю, что ты обязан считать меня человеком в полном смысле этого слова. Мы поссоримся, знай это. И никому от этого легче не будет!

Про пещерного человека Радогат вряд ли знал, но все равно догадается по смыслу, что ведет себя просто паршиво.

—Ты мне никто, ты—просто пробралась неведомым способом ко мне в голову и мешаешь жить! Почему я голос, звучавший в голове, должен считать полноценным чеовеком?

—Осёл, я тебе жить помогаю. Думаешь, немытым и одетым в тряпье потасканное, ты нравишься Саламее? Да она просто тебя терпит, не имея права голоса! Ты даже не замечаешь, как тебя осуждают твои же слуги, убирая то, что ты разгромил в припадке ярости. Нравится быть диким? Так беги в лес, вой там на луну и бегай голым. Нечего тогда целым рандом управлять!

—Не смей меня осуждать? Ты—никто! Ты просто сидишь в мое голове, пытаешься давать указания. А ты поживи реально! И посмотрим, как ты станешь мыться каждый день и натираться кремами. Поглядел бы я на тебя, когда ты в зубы получишь от мужа, которого принялась поучать!

—На хрен мне такой муж? Я бы одна жила. Чем терпеть ублюдка, лучше уж одной! Раздевайся! Живо все с себя снимай!