Слушайся меня, Дикарь!

85-86

Я убедила Радогата, что надо привлекать в город ученых, которым интересно что—то изобретать, выдумывать. Для этого всего лишь следовало дать им жилье и возможность экспериментировать. Ну и доступ к книгам организовать, для этого сейчас в городе строили библиотеку, куда могли прийти люди для изучения всяких разных научных трудов, книг о путешествиях, наставлений по траволечению и других разных полезных фолиантов.

На счет этого мы поспорили, ну как без ссоры хорошей? Как только я подала идею, что надо сделать доступ к интересным книгам открытым,  торм нашел кучу возражений. Он вообще не любил принимать мои идеи, это я заметила. Но ведь я порой хорошее предлагала. Да, глупые задумки тоже имелись, и, после критики со стороны Радогата, я это понимала. Но в случае с библиотекой я сумела победить.

—Всех желающих значит? А не жирно будет? Этак и враги смогут найти знания, которых у них нет.

—Тут можно положиться на Ханимуда. Явных лазутчиков он сумеет выявить и обезвредить. Я ведь не подбиваю тебя всех в замок пускать. Я же предложила построить отдельную библиотеку, с картотекой и работниками специальными. Завести каталог, выдавать под роспись, следить, чтобы не воровали книги.

—Ну и зачем это надо? Мои ученые и так могут все это получить, изучить, прочитать. Я не совсем понимаю, с чего мне делать доступ к книгам открытым для всех желающих.

—А чего ты боишься? Мне кажется, что часть прибывших сюда ради знаний вообще тут и останутся. Знания—сила!

—Ты это уже говорила, я запомнил. Только вот я могу доказать любому книжику, что сила именно за тем, кто может двинуть в лоб хорошенько. Предлагаешь  делиться знаниями с другими? А если они их потом против меня повернут?

—Ты же ничего не боишься, так?

—Да, так, но давать шансы врагам не хочу.

—Какие шансы? Что опасного в книгах о путешествиях и о травах? О математике и астрономии? Я же не призываю выкладывать в общий доступ абсолютно всё. Создай комиссию, ученые и колдуны, пусть они отберут то, что попадёт под запрет и останется в замке, для внутреннего пользования. Остальное пусть читают все желающие. У вас нет техники, позволяющей копировать, переписывать не давай втихаря и всё. Что запомнили—то и используют. Пусть учат наизусть книгу, если очень надо.

—Наизусть целую книгу? Как это возможно? Да и кому надо такой ерундой заниматься?

—Поверь, есть отличные методики для тренировки памяти. И есть люди с фотографической памятью. Фотографическая—это когда запоминаешь сразу целую страницу. Вопрос в тренировке. В моём мире есть люди, которые могут не дышать больше пяти минут или замедлять сердцебиение, способные пройти по канату через пропасть, согнуть железный лом, есть умельцы, поедающие железо, есть такие которые всю жизнь не спят и так далее. Часть этих способностей возникли сами по себе, но часть—результат тренировок.

—У нас тоже некоторые так могут.

—То с помощью колдовства, а не через тренировки.

—Так результат все равно один! Какая разница, с помощью чего этот результат достигнут?

Надо признать, что тут торм был частично прав. Стоит одному колдуну состряпать заклинание для памяти, и он запомнит целую книгу. Только вот в открытом доступе будет не всё!

—В общем, я настаиваю на строительстве библиотеки. И, кстати сказать, именно библиотеке лучше присвоить имя Эрда.

—Его имя присвоено школе, хватит этого. Не вижу я в твоей идее особой пользы, Настя. Лучше бы для воинов придумала что—нибудь. Перед войной ты старалась, вспоминала, а сейчас у тебя на уме библиотеки и субботники, то есть сущие глупости.

—Так ученые и станут придумывать. Думаешь, порох и нас изобрели крестьяне? Вообще в нашем мире великие державы владеют передовыми технологиями. Как бы тебе пояснить… Они изобретают что-то и потом продают другим странам. У них лучшее оборудование, у них целые коллективы ученых пытаются решить ту или иную проблему. Делать какое-то сложное оборудование или вооружение не каждая страна может, это требует как хороших мозгов, так и больших знаний. А еще техники определенного уровня. Остальные просто покупают нужное, потому что не могут у себя это производить.

—К пороху, как я понимаю, надо еще много чего, чтобы это на войне использовалось. Я понимаю, к чему ты клонишь, но мне точно не дожить до твоей технологии.

—Прояви терпение. Ты же не думаешь, что после тебя все развалится? Надо дать первоначальный толчок к развитию! У нас тоже были цари—реформаторы.

—Все равно мне затея не нравится. Глупость очередная. Это ты просто от безделья, Настя. Мне кажется, что у тебя все чаще в голове появляются идеи, которые тут не требуются.

—Извини, я не могу ничего толкового предложить для войны, что на ум пришло, то ты уже взял на вооружение. У нас сейчас воюют с танками, бомбами и самолетами. Я тебе про эту технику уже рассказывала, для общего развития, такое тут просто пока недоступно.

—Ох, Настя, толкаешь ты меня на авантюры.

86.

В итоге нужные распоряжения Радогат дал людям, значит, поразмыслив, с моей идеей согласился. И вскоре здание уже строилось. У торма вопросы решались быстро, без бюрократических согласований. Три дня на обсуждения, три дня на раскачку и наём работников и всё! Стройка началась, все завертелось.

Научная библиотека имени Радогата—Просветителя! Звучит солидно, только совершенно не реально. Дикий хотел остаться именно диким. Нравилось ему так жить, чтобы и выпить, и подраться. При этом торм успевал вершить государственные дела, разрешать споры, наказывать провинившихся. Умный мужик, следовало признать.

Еще я пыталась бороться с загулами Радогата.

—Тебе не кажется, что пора уже с пьянками своими заканчивать? Ты же не в замке гуляешь, тебе непременно надо в город выйти. А люди смотрят и делают выводы.

—И какие они делают выводы?

—Что их торм только и знает, что предается развлечениям.

—Да мне наплевать, что там они бормочут в своих мастерских и огородах. Мы победили Варатола и у меня сейчас авторитет! Я в глазах простых людей покоритель Ласады, великий воин, прославившийся в битве с Одноруким, остановивший его вторжение, обративший врага в бегство. Мной принято восхищаться. А ты полагаешь, что какая—то пьянка может разрушить мой авторитет? Ты сейчас смотришь с точки зрения своего мира, где люди, мне кажется, умные, но слабые духом и телом. У вас пытаются решить дело деньгами почти всегда или подлостями. Поэтому не надо со мной про мои пирушки разговоры вести.