Служанка для дракона, или Так мы не договаривались!

Глава 12

Заседание Королевского Совета закончилось, оставив после себя привычное послевкусие изощренной лжи. Ральфар ненавидел дворец. Ненавидел его воздух, пропитанный интригами, его выцветшие гобелены, видевшие больше предательств, чем героических деяний, и молчаливые портреты прошлых королей. Единицы из них ушли из жизни от естественных причин.

Он шел, отмеряя шаги с жесткой точностью метронома, и каждый удар его подкованных каблуков о мрамор отдавался в галерее раскатистым эхом. Оставалось лишь молиться, чтобы на пути не оказался посланник от ее высочества. Но на такую удачу он не надеялся. Кариса не упустит шанса затащить его на аудиенцию. Но сейчас это кривляние будет стоить ему бóльших трудов, чем обычно.

Плевать на Карису. Пока она нужна, он будет терпеть. Но все мысли снова и снова возвращались к упрямой девчонке с глазами цвета грозового неба. К дерзкой поломойке, которая посмела бросить ему вызов, не имея за душой ничего, кроме собственной гордыни. Маленькая дрянь, от которой буквально искрило упрямством и внутренним жаром. Он почувствовал это, едва она вошла тогда со своим подносом. Она не стремилась завоевать расположение, как любая другая, но манила, как огонь манит ночного мотылька. То, что нужно… Именно то. Эта спесь буквально разливалась в воздухе редкой заморской специей, и драконий нос улавливал ее безошибочно. И кровь в жилах разгонялась сильнее, жаром ударяя в виски. Фердинанд тоже это чувствовал, значит… вернее выбора не придумать. Ральфар не хотел ставить метку, но гнев, который буквально застил глаза, решил за него. Что ж… это не самый плохой вариант. Может, это даже лучше. Поломойка теперь никуда не денется. К тому же, у нее смазливое личико, и она недурно сложена. Добавить лоску, и…

Из-за угла, бесшумно, как тень, выскользнул паж в ливрее принцессы Карисы. Мальчишка поклонился так низко, что едва не коснулся пола носом, и пролепетал, не смея поднять глаз:

— Сир, ее высочество просит вас уделить ей несколько минут. Она ожидает в своих покоях.

В груди заскребло, но Кариса была сейчас кстати. Никто другой здесь не поможет. В груди полыхнуло раздражение, но лицо осталось непроницаемой маской. Ральфар лишь коротко кивнул. Еще одна пытка. Еще одна партия в игре, от которой его тошнило. Но он был игроком, и ставки оказались слишком высоки, чтобы позволить себе роскошь открытого презрения.

Покои принцессы встретили приторным дурманом лилий и жасмина. Все здесь кричало о богатстве и дурном вкусе: тяжелый бархат портьер, золото на резной мебели, шелка и подушки, разбросанные с нарочитой небрежностью. Сама Кариса, похожая на изящную фарфоровую статуэтку, поднялась ему навстречу. Ангельское лицо, глаза цвета сапфиров и улыбка, с пеленок отравленная ядом приторной дворцовой любезности.

— Ральфар, — она протянула руку для поцелуя.

Он склонился, едва коснувшись губами ее прохладных пальцев. Его драконья сущность рычала внутри, требуя испепелить эту змею, но человек в нем держал контроль.

— Я боялась, что ты не придешь. Ты избегаешь меня? Я редко тебя вижу.

Ее щеки зарозовели, как в лихорадке, дыхание участилось.

— Ваше высочество, — Ральфар подчеркнуто отстранился, выпрямился. — Я не прощу себе, если скомпрометирую вас. Вы не должны приглашать меня в покои. Мы не имеем права так рисковать. Мы должны набраться терпения. Мы… оба.

Она прищурилась, и в ее глазах мелькнула хищная искра:

— Оба?

Ральфар многозначительно прикрыл глаза:

— Разве может быть иначе, ваше высочество?

Кариса с сожалением выдохнула:

— Мне уже донесли, что на совете опять ничего не решили… — Она неспешно пошла по комнате, будто отстраняясь от соблазна, и шелк ее платья зашелестел, как змея по песку. — Уль Дэс ни за что не разожмет пасть по собственной воле. Он уже видит себя регентом.

Ральфар кивнул.

Кариса приблизилась, аромат ее духов окутал липким удушающим облаком. Она провела пальцем по груди Ральфара, по жесткой ткани вышитого мундира.

— Пусть я принцесса по крови, но я всего лишь женщина. Мой голос тонет в голосах мужчин. Мне нужна опора — достойный принц-консорт, способный разделить со мной бремя власти… Консорт, способный держать Совет в кулаке.

Она сделала еще один шаг, почти прижимаясь к нему. Ее руки поползли вверх, к его шее. Это был предел. Ральфар перехватил ее запястья. Его прикосновение было мягким, но внутри все горело от ярости.

— Ваше высочество, — его голос стал тише, интимнее. — Один неосторожный взгляд, один неверный жест… и ваша репутация будет уничтожена. Вы не можете позволить себе ни малейшей ошибки. А я считаю своим долгом ограждать вас от них.

Она замерла, вглядываясь в его лицо, пытаясь прочесть там то, чего никогда не было. И, конечно, увидела то, что хотела.

— Даже ценой твоих страданий?

Ральфар изобразил на лице муку:

— Это ничтожная плата за ваше спокойствие. Нужно лишь немного терпения. Смею надеяться, что развязка близка.

Кариса встрепенулась, как лань. С лица слетела томность.

— О чем ты говоришь?

Ральфар поймал ее руку и снова поднес к губам:

— Вы мне доверяете, ваше высочество?

Она порывисто подалась вперед:

— Не обижай меня.

Он удовлетворенно кивнул.

— Кажется, через два месяца его старшая дочь празднует рождение.

Кариса нахмурилась с недоумением:

— К чему ты клонишь?

— Изъявите желание посетить этот праздник. Это вынудит уль Дэса организовать более пышное и многолюдное торжество.

Она пристально уставилась в лицо Ральфара:

— Зачем?

Он вновь коснулся кончиком губ ее белых пальцев:

— Позвольте оставить это в секрете, ваше высочество, чтобы ни один злой язык не посмел обвинить вас в коварных замыслах. Это моя головная боль. Нам важен результат. Так не омрачайте свою царственную голову дурными мыслями. Оставьте грязную работу мне.