Служанка Драконьего Короля

Глава 3

Ирина с ужасом осознала, что не может не только шевелиться, но даже дышать. И в то же время она не задыхалась, словно ставший твердым воздух каким-то образом сам снабжал ее легкие кислородом. Так что смерть от удушья ей вроде бы пока не угрожала, что было уже хорошо. Однако Ирина сильно сомневалась, что твердый воздух сможет утолить ее голод и жажду, а пить ей уже хотелось. Но хуже всего была, конечно, вынужденная неподвижность. Это Ирину ужасно пугало, и она понимала, что скорее всего, раньше сойдет с ума, чем умрет от нехватки воды и пищи.

А потом она увидела снижающегося с неба дракона.

«Ну вот, — подумала Ирина, — я же говорила! Драконы, горгульи и все такое… Странно, что так быстро. И непонятно, что это на самом деле — просто глюк или уже и впрямь санитары?»

По правде говоря, она бы сейчас обрадовалась даже санитарам. Лишь бы ее вытащили из этого невидимого «янтаря». А потом — пусть лечат! Вдруг и правда вылечат?

И тут — о чудо! — она увидела и самого санитара. Одетый в белый халат, он сидел верхом на драконе, который как раз опустился между деревьями в десятке метров от Ирины. Дракон был совсем не таким, как она привыкла видеть в кино и на картинках. Он был больше похож не на ящера, а на змею — во всяком случае голова была точно змеиной, только очень большой. Крылья были не перепончатыми, а скорее, птичьими, серповидной формы, как у стрижей, только чешуйчатыми, кожистыми, как и все длинное темное тело, имеющее явный зеленоватый оттенок. Хвост оказался тоже стрижиным — раздвоенным. Длиной же эта «птичка» от головы до кончиков хвоста была не особо огромной — метров пять максимум. «И хорошо, — подумала Ирина, — а то бы не смогла здесь приземлиться».

Между тем санитар в белом халате легко спрыгнул с драконьей спины, где обнаружилось самое настоящее седло со свисающими стременами, и направился к Ирине. Это был приятной наружности мужчина лет тридцати пяти с коротко подстриженными темными волосами и внимательным, ничуть не удивленным взглядом глубоко сидящих карих глаз. Еще Ирина отметила, что белый халат выглядел так, словно его шили на заказ, а не выдали симпатичному санитару на хозяйственном складе. Или это был не санитар, а непосредственно врач? Может быть, даже главный? Впрочем, логика подсказала Ирине, что главврачи вряд ли сами летают на драконах — у них для этого имеется водитель.

— Вы кто? — остановился в паре шагов от Ирины врач.

«Мог бы сначала и поздороваться», — подумала она, но вслух, разумеется, не сказала — не из опасения обидеть, просто не могла этого сделать физически. Ее невежливый собеседник это быстро понял — похоже, ситуация была для него не в диковинку. Но чтобы убедиться в том окончательно, он распахнул полу халата, достал из висящих на поясе ножен что-то вроде длинного с узким лезвием кинжала и медленно протянул его вперед, острым кончиком прямо к Ирине.

«В принципе, тоже выход, — мысленно вздохнула она. — Чем мучиться-то…»

Но кончик кинжала замер в полуметре от нее — проникнуть дальше мешало то, в чем увязла Ирина. Санитар… или врач… или кем он там был на самом деле, удовлетворенно кивнул, убрал оружие в ножны и сказал, глядя на Ирину:

— Вы в охотничьей ловушке, сударыня. Интересно, что вы делали в этой глуши?

«Вы не поверите, сударь, — хотелось ответить ей. — Искала учительницу по биологии. Это у меня хобби такое — учителей в лесу искать. Что вас еще интересует?»

Кареглазого санитара, похоже, больше не интересовало ничего. К тому же он, конечно, понимал, что разговаривать его собеседница не может, потому кивнул и проговорил уже более серьезным тоном:

— Сейчас я вам помочь не могу, открыть ловушку может только хозяин, но к счастью, я догадываюсь, кто это может быть. Неподалеку проживает мой знакомец — скажем так, деловой партнер, господин Орти. Я отправлюсь к нему и сообщу о случившемся. Потерпите еще немного.

Сказав это, санитар развернулся, подошел к дракону, ловко его оседлал и уже через пару мгновений взмыл в небо.

Ирина чувствовала себя, мягко говоря, обалдевшей. Она на какое-то время даже забыла, в каком сейчас находится положении — возможно, потому, что слегка уже привыкла быть «застывшей в янтаре». А вот сходить с ума ей прежде не доводилось. И тут на тебе — самое весомое тому подтверждение! Огнедышащее. Или змееподобные драконы не способны к пирокинезу? Впрочем, не суть. Главное, теперь точно понятно: она и впрямь сошла с ума. Санитар ее уже осмотрел и отправился за подмогой. За «деловым партнером».

«Ха-ха! — подумала Ирина. — Знаем мы этих партнеров. Сейчас набегут, налетят, схватят, свяжут…»

И тут в ее голове вспыхнула новая мысль: «Стоп! А не потому ли я не могу шевельнуться, что меня уже связали? И ни в каком я не в лесу, а уже в палате… Орала, небось, материлась, вот санитар и побежал за помощью. За господином Орти… За тем, кто орет еще громче. Да нет, глупости какие-то…»

Все же она не была уверена, что с ума сходят именно так. Во всяком случае, читала или слышала где-то, что сумасшедшие никогда себя таковыми не считают. А она как раз считает. Неувязочка…

И поскольку Ирина любила мыслить логически, она в своем сумасшествии все-таки засомневалась. Скажем так, сделала допущение, что с ума пока еще не сошла. Но что тогда с ней? Где она? Как здесь очутилась? Оставалось дождаться этого, кареглазого в белом халате. И хозяина злополучной ловушки — господина Орти. А потом…

Вот тут Ирина призадумалась: а стоит ли ей рассказывать, кто она такая и откуда? Может, и впрямь стоит сначала притвориться слегка сумасшедшей? Пусть не буквально сошедшей с ума, но как минимум потерявшей память. А дальше видно будет.

Вскоре ее вновь охватил страх. Никто к ней не летел, шевелиться она по-прежнему не могла, пить хотелось все сильнее… Ирина уже всерьез стала подумывать, что дракон и незнакомец в белом халате ей просто привиделись. А что? Вполне возможно — шок от испуга и вызванные этим галлюцинации. Ну или все-таки сумасшествие. И она сейчас накрепко связана. Это теперь даже казалось ей предпочтительней — оставался небольшой шанс, что рассудок хотя бы немного прояснится, и ее развяжут. И напоят… Ирине стало так жалко себя, что она бы, наверное, заплакала, вот только даже слезам было некуда вытекать.