Служанка Его Сиятельства

6. Торжественный прием 

Несколько часов Эни старалась никому не попадаться на глаза. И первое время ей это удавалось. Она сбегала в кабинет, отнесла бумаги, забежала к себе, схватила три книги, которые ей так любезно преподнесли в этом замке, и вернулась к Дие. Но баронесса лишь пробежала взглядом по страницам, тяжело вздохнула и отметила, что ни одна из них не представляет собой ничего интересного. «Не беспокой меня больше», - произнесла девушка, громко захлопнув дверь прямо перед носом помощницы управляющей.
Радовало, что больше никто не загружал Эниинг работой. Да и, если бы попытался, она бы не согласилась – слишком много списков, таблиц и записей нужно было составить до приема. Поэтому теперь она тихо сидела в небольшом кабинете возле кухни и разбиралась с целой кипой бумаг.
И вначале эта работа казалась великолепной в сравнении с утомляющим бездельем первых дней. Но теперь, сидя несколько часов в душном кабинете и продолжая перебирать записи Змеры, она поняла, что работа переросла в невыполнимую.
В коридоре были слышны громкие разговоры, беготня и грохот посуды. Поварята не желали помогать, ссылаясь на сильную занятость. Оно и понятно, прием совсем скоро, и каждой гостье необходимо подать изысканное угощение, да еще подумать, что принести им перед сном, какие чудные заказы выполнить утром…
Вот только то, что заказали герцогини, графини и баронессы даже прочитать внятно не получалось. Многие из этих слов Эни видела впервые в жизни, о существовании большинства указанных блюд и не представляла, а сорта вин, которые желали пить гостьи, вообще не могла выговорить.
Ближе к вечеру Эниинг потеряла всякую надежду на то, что справится хоть с каким-то из поручений.
Их хорошо готовили в монастыре, в этом не было никакого сомнения. Но Змера была права: одно дело усадьба барона или небольшие дворянские дома, и совсем другое – герцогский замок. Здесь все было намного сложнее, масштабнее. И единственное, с чем Эни смогла справиться безукоризненно, так это с расписанием хозяина замка и его братьев. Правда, она долго думала, как лучше поступить с Орией – девушкой в мужском костюме, и с шикарной Портой в красном платье, но это еще можно решить во время приема, чего нельзя сказать о напитках и завтраке для гостий.
Эни тяжело выдохнула, делая отметку для книги расходов, и снова пододвинула к себе исписанные вдоль и поперек листы. Она и не заметила, как дверь маленького кабинета, уставленного горами книг, заскрипела, а на пороге появилась Санна. Девушка быстро юркнула в комнату и подошла к столу, словно бежала от чего-то.
- Прием скоро, - сказала она, опершись руками на столешницу и наклонившись вперед.
Эни вздрогнула и удивленно посмотрела на служанку, призраком появившуюся перед ее лицом.
- Что?
- Торжественный прием скоро. Ты доделала?
Эни оторвалась от бумаг и посмотрела в окно. Небо решительно темнело, а последние лучи уходящего солнца сложно было заметить с этой стороны замка. Зато можно услышать, как дождь барабанит по стеклу. И как она только не заметила, что в комнате стало невероятно темно?
- Мне необходимо доделать работу, - ответила Эни.
- Что там у тебя? – спросила Санна, на лице отразился живой интерес, она присела на край стола, взяла один из листков и начала внимательно изучать все записи. – С этим я могу помочь, здесь ничего сложного.
Эни бы не отказалась от помощи, даже больше, помощь ей была ох как необходима. Но доверять той, кто готов был бросить ее на растерзание дикому зверю, не скрывал своего плохого отношения и до этого момента вовсе не желал разговаривать, было, по меньшей мере, странно.
- Боишься? – правильно поняла отсутствие ответа Санна.
- Не понимаю, почему ты решила мне помогать.
- Я не тебе помогаю, а себе, - спокойно ответила служанка, отметив ошеломленный взгляд Эниинг. – Не удивляйся так. Ты сама знаешь, что мне приказали это делать. Это мое наказание. А подводить Лерана или получать от Змеры у меня нет никакого желания. Будь моя воля, я бы к тебе вообще не подошла.
- Не сомневаюсь. Ты только скажи, что я тебе сделала, что надо было так поступить? – быстро спросила Эни и осмотрелась по сторонам, не надеясь на ответ. Кипы бумаг все еще лежали на столе, и их поможет разобрать либо Змера, либо Санна. Сложно было решить, какое из двух зол лучше выбрать.
- Боюсь, ты не сможешь понять, - Санна наигранно улыбнулась. - Тебя учили не обращать внимания на такие вещи.
- А ты попытайся. Что это может быть? Я поселилась в комнату, куда ты хотела поселиться? Неправильно поприветствовала герцога? Не поздоровалась первой? Не пришла познакомиться? Стала помощницей управляющей вместо тебя? Что? Больше я ничего не могу придумать. Так, что из этого заставило тебя толкнуть меня к зверю?
- Твоя «семья» убила моих родных, - безразлично ответила Санна. Ее голос был холоден как лед, спокойствие граничило с безумием, а в глазах читалась неприкрытая ненависть. – Мой отец был секретарем герцога. Не этого. Его отца. А мать помогала мэру. А потом, Эниинг, пришли храмовники из монастыря Аркасина… Моих родных пытали неделю у меня на глазах: сначала отца, а когда он отказался говорить, то мать, потом - сестру. Как ты думаешь, сколько может продержаться человек под пытками? Не знаешь? Странно, я думала, вас должны были этому учить с самого детства. Но если ты не знаешь, то я тебе скажу. Другие и дня не выдерживали. Сестра в этот же день умерла, мать за ней, но отец рассказал, где хранятся все записи, только когда они взялись за последнего члена семьи. Мы прекрасно жили, Эниинг, пока не пришли ваши люди, несущие свет, любовь и доброту, и не уничтожили наш мир. По каждой семье прошлись твои братья и сестры, все здесь испытали невыносимую боль из-за того, что вам нужно было больше земель. Мне кажется, что это веский повод уничтожить каждого из вас, кто встретится на нашем пути. Не так ли? Тебя напугал котенок? А как бы ты кричала от страха, если бы твоих сестер жгли живьем? Но посмотри вокруг. Тебя окружают настоящие люди, те, кто, несмотря на свою скорбь и годы страданий и унижений, готов простить. Ты предашь всех, кто был к тебе здесь добр, без сомнения, но тебе почему-то дали шанс.
Санна отложила лист в сторону и вытерла ладони.
– Сегодня мне нужно всего лишь помочь тебе выполнить поручение Змеры. Это нужно для того, чтобы в замке был порядок и не возникало проблем. А в остальном… - она запнулась, понимая, что сказанного уже более, чем достаточно, и быстро отрезала: - Я заберу бумаги с собой. Верну их в кабинет перед приемом.
Она быстро собрала несколько листов в одну кучу, еще раз просмотрела записи и решительно направилась к выходу в коридор. Эни не знала, как ее остановить, да и стоило ли вообще останавливать. Ощущение было, будто перед ней только что промелькнула собственная тень, темная и ужасающая, хранящая потаенные, мерзкие секреты. Вроде все оставалось таким, как раньше: тот же кабинет, те же заботы, тот же герцог, те же люди. Но в один момент немного исказилось, и от этого стало невыносимо.
Осталось продолжить заниматься своими делами и саму себя уверять, что ничего не произошло. Она, конечно, слышала рассказы о том, как храмовники ведут борьбу с преступниками, знала, что здесь они побывали и попытались искоренить колдовство. Не вышло, как уже стало ясно. Но все в Таршаине сами виноваты – люди живут по установленным законам, и за их нарушение всегда следует наказание. Да и что значит «нужны земли»? Они забирают земли только тех, кто устраивает у себя мор, уничтожает своих людей, обвиняется в колдовстве. Однако, как бы Эни ни старалась себя уговорить, внутри все равно сидело странное и неприятное чувство.
Санна вернулась через два часа. Она беззаботно положила листы на стол, а сверху огромный свиток. Развернув его, Эни увидела нескончаемый список запасов, которые хранятся в замке.
Да они точно к осаде готовились, а не к приезду нескольких девушек. Здесь и крупы, и мясо, и скот, и отдельный погреб с винами, количество сортов которых насчитывало не менее двух сотен. В глаза бросилась фраза «подземный этаж», заставив помощницу управляющей неприятно вздрогнуть в кресле. Эни была уверена, что Санна заметила ее реакцию - уж очень пристально служанка смотрела, ожидая то ли благодарности, то ли смущения от проделанной работы.
- Все понятно? – громко спросила Санна, вырвав Эни из задумчивого изучения свитка.
Как раз в этот момент она дошла до пункта «llutes», о котором никогда не слышала. После приема необходимо будет все несколько раз перепроверить, прежде чем отдавать Змере. Если с Санной воевать еще можно, то старуха ее, точно, в порошок сотрет.
- Да, все понятно, - ответила Эни улыбнувшись.
- Тогда я должна идти в бальный зал. И ты, кстати, тоже. И постарайся не опаздывать, мне не хочется получать за то, что ты где-то там решила задержаться.
Эни осмотрела свой незавидный наряд и пригладила волосы. Не так она представляла себе первый выход в свет. Уж точно о таком не мечтала, ей всегда казалось, что жизнь «как в приюте» закончится вместе с выходом из него, а теперь, мало того, что работой завалена, так еще и чувствует себя словно в монастыре.
- Мне нужно переодеться.
- Тебе? - Санна удивленно подняла бровь, хихикнула и выбежала из кабинета Змеры.
Бальный зал разместился на третьем этаже. Для того чтобы попасть под его шикарные своды, необходимо было подняться по широкой главной лестнице, перила которой были украшены золотом, а резные тумбы в конце – небольшими крыльями. Издалека их можно было принять за простой конус, но, подойдя ближе, взгляд невольно задерживался на великолепной работе старых мастеров, отмечая каждое идеально выведенное перышко.
На лестнице лежал черный палас, надежно прикрепленный к каждой ступени, а вместо окна между вторым и третьим этажом красовался огромный витраж, изображавший падение империи. Он поражал воображение всех невест и свиты, которая прибыла с ними.
Вот только Эни в этот раз не могла полюбоваться монументальным творением – она попала в бальный зал через второй вход: небольшую лестницу на второй этаж и спрятанную за скульптурой дверцу. Но стоило войти в зал, как она замерла на месте, в ужасе оглядев огромное и почти пустое пространство.
Тени двигались по нему в диком танце. Тихая музыка играла без музыкантов. Столы сами выстраивались в ряд. Здесь было тепло без каминов и огня, и, несмотря на отсутствие свечей, все было видно, как днем, а в пятнадцати широких окнах звездами мелькали огоньки.
Она сделала несколько шагов вперед и почувствовала сквозь тонкую кожу подошвы туфель тепло каменного пола. Казалось, еще немного и он обожжет ее ноги. Но не пол, не музыка и не тени были самым странным в этом месте – а мириады звезд на сводах, освещающие зал. А над ними царила темная бездна. И из этой бездны рассеянно били лучи, направленные в сторону столов, уставленных невероятным количеством блюд.
Дыхание Эни участилось. В груди появилась тяжесть. Ноги начали гореть. Мясо на столе приняло вид свинных и бараньих голов.
Герцог смог наколдовать целый звездный потолок, заставил гореть и петь камень, бездну - дарить свет. Об этом человеке страшно было даже думать, не то что быть рядом и жить с ним в одном доме.
Но в это же время, если она попала в преисподнюю, то это самое прекрасное и самое удивительное место, которое ей доводилось видеть в своей жизни.
Рядом раздались шаги. Вздрогнув, Эни повернулась. Страх стал еще сильнее, оттого что к ней приближался колдун. В свете звезд он был еще страшнее и могущественнее. Серебро волос герцога теперь казалось струящейся рекой, его рост словно увеличился, лицо стало острее, а глаза налились черным цветом. Истинный сын тьмы. От такого нужно было бежать без оглядки и как можно дальше, а не желать становиться его женой. Нет, она бы никогда не пошла на такое. Его одежда: камзол, сорочка, штаны – все это было сшито из той же странной материи, как у его братьев, когда Эни впервые увидела их в монастыре. И невозможно было понять, какой цвет он выбрал: то ли черный, то ли синий. Это было чудно, и в свете своей магии он казался чем-то нереальным.
- У нас есть правила, - герцог остановился совсем близко, да так, что Эни могла слышать запах душистой настойки, которой он пользовался. Странный, терпкий, холодный, под стать тону этого человека. Он говорил тихо и спокойно, но от этого становилось еще страшнее. Эни отметила, что Змера и Санна пристально смотрят в ее сторону, но целый зал разделял их. – Не стоит удивляться. Или ты боишься?
У Эни перехватило дыхание. Сейчас он совершенно не был похож на того человека, который зашел в крыло слуг. В этот момент он был самым настоящим магом, убивающим любого, кто станет на его пути.
- Н-нет, я не боюсь, - ответила она, опасаясь, что от страха потеряет сознание.
- Эниинг, - сказал он намного мягче. – Мне необходимо, чтобы ты встречала моих гостей с радостью, внушала им доверие и говорила, что здесь нечего опасаться. Если ты и дальше будешь стоять так, - он недовольно осмотрел ее, - как сейчас, то ничего хорошего из этого приема не выйдет.
- Иди, иди, Натан, - раздался голос за спиной. К ним подошел Эльдевир и похлопал по плечу своего племянника. – Я сам, сам. Скоро претендентки прибудут, их встретить надо, не все же Змере с ними бегать. Да и она не такая приятная для молодых девушек, - он улыбнулся и подмигнул Эни.
Герцог удивленно посмотрел на дядю, но спорить не стал. Вместо этого сразу направился к Змере и братьям, которые уже вошли в зал и подошли к управляющей.
- Ну что, девочка, - Эльдевир подошел ближе. – Нравится тебе зал или нет?
- Очень нравится, - Эни сама удивилась тому, как быстро она смогла успокоиться рядом с этим стариком. Если герцог вызывал трепет и желание скрыться подальше, то его дядя, напротив, был очень мил.
- Вот и хорошо. Вот и покажи, что тебе нравится. Пусть и наши гостьи забудут о своем страхе.
- У вас пол горит, - неожиданно для самой себя произнесла она.
Эльдевир очень странно отреагировал. Сначала он удивленно начал осматриваться по сторонам, а потом, когда понял, что имела в виду помощница управляющей, громко засмеялся и легонько подтолкнул ее вперед.
В этот же момент снова открылись двери зала, и в него одна за другой начали входить невесты со своими свитами.
Первой, как королева, вошла Ванола, этим вечером она блестела и блистала. Такого количества украшений Эни еще не видела ни на одной девушке, хотя она и на торжественный прием попала впервые. Герцогиню сопровождал неизвестный мужчина, судя по виду, то ли ее охранник, то ли какой-то дальний родственник, присланный защищать честь своей подопечной. Но даже он не мог остановить Ванолу, когда та с радостью кинулась в сторону герцога, отмечая, что так рада чести первой войти в этот прекрасный зал.
Однако, судя по ее лицу и восхищенному взгляду голубых глаз, прекрасный зал интересовал ее намного меньше, чем прекрасный герцог Виару. К счастью последнего, Ванолу умело перехватил Леран, сразу начав расспрашивать о ее породистых скакунах.
В отличие от Ванолы зал сильно заинтересовал другую претендентку – Филию. Как только та прошла портал, она застыла на месте, удивленно рассматривая потолок. Ее вид в этот момент был необычайно растерянный и даже немного испуганный. Лишь третья гостья смогла ее немного расшевелить.
В зал вошла невысокая рыжая девушка в сопровождении нескольких охранников. Ее Эни видела впервые. Баронесса Мари Телипе была на голову ниже всех претенденток, зато в три раза шире каждой. Стоило ей войти в зал, как она сразу замерла и осенила себя охранным знаменем. Но, увидев Эниинг, смогла сделать еще несколько шагов от прохода к накрытому столу.
- Вот видишь, ты уже пригодилась, - улыбнулся Эльдевир. – Нравятся тебе наши невесты?
Странно было услышать подобный вопрос от дяди герцога. Ведь Эни не имеет права отвечать на такие вопросы. Нравятся или нет, это должен решать господин, а ее дело хорошо выполнять свою работу и стараться не подвести матушку, которая за нее поручилась.
- Они все очень милы, - уклончиво произнесла Эни.
- Ох, твои бы слова…
В зал вошла Диа со своей свитой, безразлично окинула взглядом помещение и сразу отправилась к Лерану и Ваноле.
Герцог в это время общался с какими-то мужчинами. Было сложно понять, его это гости или спутники одной из невест, настолько незаметно они вошли в зал.
Следующие две претендентки появились вместе. При этом они говорили друг с другом, как старые подруги. Ория – девушка, приехавшая в мужской одежде, - в этот раз была в великолепном зеленом платье из бархата, а рядом с ней шла герцогиня Гета Фразия, шикарная шатенка в синем. Ее сердцевидное лицо подчеркивала высокая прическа, а слегка приподнятый носик позволял думать о добром нраве обладательницы. Но она лишь мельком оглядела зал, скривила личико в пренебрежении и снова вернулась к увлекательному разговору. О чем так страстно общались две девушки, оставалось только гадать, но они явно были интересны друг другу намного больше, чем замок, зал и даже герцог.
Когда Эни казалось, что уже вошли все, портал прошла сияющая Порта. Красный цвет платья она сменила на серебристый, волосы слегка подобрала заколками, а на тонкие запястья надела огромные браслеты. Ее не сопровождала свита, рядом не было охранников, и она не придалась разговору с другими невестами. Она просто вошла в зал, улыбнулась и совсем немного подождала, пока к ней подбежит кто-нибудь из принимающей стороны. Эни думала, что герцог бросится развлечь претендентку, которая выглядела такой великолепной, но такой одинокой Или Леран – Эни уже видела его с Портой, а значит, он знает ее. Но, к удивлению, именно Марк оказался рядом, стоило девушке подойти к столу.
Улыбка Эльдевира пропала, и он перестал следить из угла, где они стояли, за герцогом.Вместо этого он начал пристально наблюдать за своим сыном, нервно потирая руки.
- Что-то не так? – спросила Эни, набравшись храбрости. Ее голос утопал в звуках музыки и гуле других голосов, но дядя герцога ее прекрасно слышал.
- Нет, что ты, все хорошо, - беспокойно ответил старик. – Почему ты так решила?
- Мне кажется, вы недовольны чем-то.
- Нет, милая, это так, мелочи. О, посмотри, Змера уже общается с девушками, значит, скоро и Натан начнет говорить.
И действительно, не прошло и минуты, как герцог обратился ко всем собравшимся, выйдя в центр зала. Эни отметила, что все с интересом смотрят на него, и даже Санна застыла в своем углу, ожидая долгой речи. Все, кроме его дяди – тот вглядывался в сторону, где стоял Марк, но из-за вышедших вперед невест, не мог рассмотреть сына.
- Эни, - шепотом произнес старик, подойдя ближе. – Я хочу дать тебе задание, - он немного подумал, - я хочу попросить тебя об одном одолжении. Мне нужно, чтобы ты пообщалась с некоторыми девушками как служительница монастыря… узнала, что им понравилось, что нет, чем им можно или нужно помочь, чего они хотят или чего они не хотят.
- Но я и так должна буду это сделать, - удивилась Эниинг.
- А, да, хорошо, это хорошо. И, знаешь, начни, пожалуй, с Порты. Мне кажется, что ей будет интересно твое общество.
- Я приветствую вас здесь! – произнес герцог и его слова разлетелись по всему залу. – Я рад, что здесь собрались моя семья и мои верные друзья, - он поднял бокал в сторону мужчин, с которыми разговаривал, - а мою скромную обитель украсили своим присутствием такие великолепные дамы, - Эни заметила, как девушки скромно заулыбались. Вот только ей самой было не до улыбок. Сейчас в центре зала она видела самого настоящего коварного колдуна. Его тон был настолько властным, а голос таким сильным, что становилось страшно от одной мысли пойти против него. И как только святая Канцелярия решилась на это? – Каждая из вас получит драгоценные подарки, - продолжал герцог, - и каждой я лично обещаю, что выполню все просьбы, которые мне поступили от ваших семей. Сейчас же мне хочется, чтобы вы развлекались и отдыхали, а мои помощники постараются сделать для этого все возможное.
Раздались аплодисменты, девушки заулыбались еще сильнее.
- Прошу, прошу, - остановил их герцог. – Я знаю, что говорят обо мне за пределами моих земель. Да и, что говорят в моих собственных землях, тоже знаю. То, что вы увидите и услышите здесь, покажется вам странным, необычным, возможно, даже страшным. Но это знакомство со мной, и от того, примите вы это или нет, зависит ваше место здесь. Место хозяйки, герцогини и полноправной владелицы земель Виару.
В этот момент стены затряслись, потолок начал раскалываться на части и исчезать. Девушки закричали. Слуги попытались их успокоить. Сопровождающие кинулись в разные стороны. Столпотворение стало началом и концом торжественного приема.
- Стой на месте, - спокойно сказал Эльдевир, будто происходящее было самым обычным явлением.
Вот только Эни не могла спокойно стоять и хладнокровно смотреть, как исчезает целая часть замка, а над ее головой расстилается настоящее звездное небо. Да и никто не мог.Ория кинулась к выходу. Филия вцепилась в руку охранника. Гета схватилась за горло, стараясь подавить крик. Диа впервые показала хоть какое-то чувство, кроме своего безразличия - теперь она держалась за руку слуги и, глазами полными слез, смотрела наверх. Даже Порта в страхе прильнула к Марку. А Мари выронила кусок курицы, который жевала на протяжении всей речи герцога. Да и сам герцог куда-то исчез.
А когда вместо потолка образовалась пустота, затихли странный гул в стенах и крик людей в зале, в небе прогремел небывалый фейерверк. Эни видела в своей жизни только маленькие, но этот, казалось, озарял все небо над замком, потухая, вновь зажигаясь и превращаясь в странные фигуры.
Она заворожено смотрела и, сама того не замечая, начала улыбаться, совершенно забыв о гостьях, слугах, друзьях герцога и его семье. А опомнившись, поняла, что Эльдевир куда-то испарился, так же, как Марк и Леран.
***
Лишь свет от десятка свечей и камина разбавлял темноту библиотеки. Но это нисколько не мешало всем собравшимся видеть друг друга. Трое братьев смеялись и бурно обсуждали случившееся в зале. Леран открывал еще одну бутылку вина, Натан сидел на подоконнике, а Марк лег в кресле, подсунув ноги к огню.
- За наш успех! – закричал Леран, разливая вино по бокалам. – Ты видел, что с ними произошло? Аааааа, спасите, ааааа…
- Все, все, все, - не пытаясь сдержать улыбки, Натан подошел к братьям и поднял бокал. – Я заявляю, что сегодня был самый великолепный вечер за всю историю герцогства Виару.
Леран засмеялся и, залпом осушив свой бокал, упал на кресло рядом с Марком.
- Эээ, брат, не только у тебя был такой вечер, - протянул он. – Ну же, Марк, скажи мне, о чем вы говорили с этой… Портой?
Имя невесты Леран протяжно выделил, явно давая понять, что желает знать подробности не столько их разговора, сколько договоренностей. Он сразу отметил Порту - было в этой девушке что-то, что приковывало внимание и заставляло желать ее. Правда, таких он уже встречал, записывая на свой счет все новые победы. И мог ожидать этого же от Натана, но никак не от Марка.
- Когда ты с ней встретишься? Сегодня? Завтра?
- Замолчи, - отмахнулся Марк.
- Ну же, говори. Не стесняйся, здесь все свои. Я уже думал, что никто не сможет обаять нашего братца, - он обратился к Натану. – А тут приехала эта… Порта… и все! Кое-кто больше не может хранить верность своей сбежавшей жене.
- Замолчи! – оттолкнул его Марк.
- Действительно, Леран, не стоило так, - герцог помолчал, недовольно посмотрев на брата, и ловя на себе его удивленный взгляд, но не выдержал и рассмеялся. – Претендентка на мое сердце умудрилась растопить ледяное сердце Марка! Этот треугольник надо отпраздновать!
Марк только вздохнул и бросил в камин смятый лист бумаги. Он и не ожидал ничего другого от этих двоих, им было непонятно, как можно простить и ждать женщину, которая сбежала с наемником, пытавшимся тебя убить. Да что говорить, Марк и сам не понимал, как мог продолжать испытывать эти отравляющие чувства. Ему во всех смыслах воткнули нож в спину, и еще неизвестно, что было больнее.
- Так. Все. Собрались, - Натан сел на шкуру возле камина. – И кто из них ожидал такого?
- Никто, - уверенно ответил Марк. – Все в крике разбегались.
- А эта… – Леран попытался вспомнить имя претендентки, - которая в штанах приехала.
- Ория? – уточнил Марк.
- Да, она самая.
- Сразу - нет, - герцог отмахнулся и налил себе еще вина. – Я только на нее и смотрел вначале. Это кажется, что она здесь всех убить готова, сама под стол полезла.
Леран вспомнил, что Ория, действительно, оставила Гету и бросилась под стол, как только потолок начал расходиться. Впрочем, и герцогиня не стояла спокойно – у нее побледнело лицо, но она хотя бы не скрылась позорно в никчемном укрытии.
- Меня интересует вот что, - продолжил Натан. – А что с воспитанницей?
Увлеченные разговором, они не заметили, как дверь библиотеки открылась, и к свету подошел Эльдевир.
- Она не шелохнулась, - сказал он сурово, оглядев всех троих. Натан и Марк быстро вскочили, с испугом посмотрев на старика. Леран медленно отставил бокал. Обычно старик мало говорил, но еще меньше выказывал свое недовольство. Сейчас же его старые и помутневшие глаза словно по-новому заблестели, лицо в свете камина и свечей казалось намного моложе, сам он выпрямился, а руки перестали дрожать. – Вам это кажется забавным? Вам весело смотреть, как они в страхе разбегаются? Что ты делаешь, Натан?
- Я знаю, чего я добиваюсь, дядя. И не стоит так со мной говорить, - племянник редко шел на конфликт с семьей, но с этими невестами его будто подменили. Он совершенно забыл о правилах, об опасности, а желание выйти из тени стало манией, с которой невозможно было справиться.
– Отец, ты видел, кого они прислали? – встрял Леран. - Баронессы, герцогини, графини… Да от их титулов одно название осталось, ито, если не выйдут за Натана, оно пропадет. Пятые, седьмые, десятые дети по материнской линии, троюродные сестры без реальной власти, внебрачные дочери, отребье, и мы за них должны заплатить? Натан с таким же успехом может жениться на служанке и так же ничего не получить от этого брака. Это плевок нам в лицо, унижение всей нашей семьи. Так что ничего страшного в том, что произошло, я не вижу.
Эльдевир переводил взгляд с сына на племянника, с ужасом пытаясь понять, что стало с этими милыми мальчиками, которых он всеми способами пытался оградить от подобных страстей. Он давал им всем лучшее, что было у него самого, у его брата, показывал все, что знает и умеет. Для чего? Чтобы они баловались, пугая невинных девушек своими фокусами?
- Ничего страшного не видишь, да, - Эльдевир то ли спросил, то ли тихо повторил фразу сына.
- Дядя, я… - попытался встрять герцог.
- Молчи! – Эльдевир впервые за несколько лет повысил голос, и это было дурным знаком. – Посмотрите на себя. Да, посмотрите внимательно. Кем вы стали? Что вы делаете? Ты, Натан, герцог Виару, правитель этих земель, который с таким трудом вернул себе власть. Хотя нет, это я вернул тебе власть! И ты решил, что что-то можешь сделать сам? Ты жаждал искоренить невежество, бороться против клеймения, а сам только что заклеймил всех, кто был в том зале. Да, в них нет той крови, так что теперь? Нет ничего омерзительнее, чем искореняя предрассудки, самому начать питать их. Ты пытался бороться с людским мнением, а вместо этого зародил новое – твое – как единственно правильное. А ты, Леран, мой сын. Ты столько выступал против дикости, навязанной храмовниками, столько обвинял их в предвзятости, столько раз задавался вопросом, почему люди не могут открыть глаза и посмотреть, что происходит на самом деле. И что теперь? Ты стал таким же. Рядом с тобой, в том доме, где ты спишь, ешь, делишь ложе со своими любовницами, прямо здесь живет одна из воспитанниц монастыря. Но теперь уже ты не желаешь видеть в ней человека, лишь рясу - твое клеймо. А за тобой идут другие. Люди готовы ненавидеть, Леран, готовы желать смерти, винить других, любого – это в их природе. Но ответь мне, мой мальчик, кто из вас хуже: тот, кто ненавидит и желает убивать из-за невежества, или тот, кто питает свою ненависть своим превосходством? Вы так упорно боролись со злом, что стали его частью. Так скажите мне, кто из вас больше виновен? Дорвались… В желании сплотить еще больше разобщили. В борьбе с предрассудками создали новые. Сами пошли на это, по доброй воле, как овцы…
- Герцог, мэр прислал сообщение, - раздался в темноте возле входа голос Змеры.
Она медленно вышла вперед, стараясь не смотреть на Эльдевира. И протянула герцогу сложенный вчетверо лист. По окнам замка стучали тяжелые капли дождя, но услышали их, казалось, только сейчас.
Змера зашла вовремя, никому не хотелось продолжать этот разговор: ни старому дяде герцога, ни двум его сыновьям, ни племяннику. Хороший спор мог распалить и заставить действовать. Это же был даже не спор и не ссора, так, высказывание вслух того, о чем они думали. Но иногда, к сожалению, приходится действовать с врагом его же методами.
- Могу ли я сделать замечание? – Змера задала вопрос больше ради приличия, она уже давно могла высказываться перед всеми по любому поводу, но никогда не пользовалась своими привилегиями. Однако пока герцог читал сообщение, а остальные ожидали, управляющая все же решилась обратить внимание на себя. – Господин Марк, баронесса Порта является претенденткой вашего брата. Неуместно…
- Змера? – перебил ее Леран. – Вы ли это? Мне казалось, что вы будете только рады подобному исходу событий. Да и Натан, я уверен, не против. Я прав?
Натан не обратил внимания на высказывание брата. Он продолжал читать сообщение от мэра, вглядываясь в лист так, будто это священная книга, а не простой клочок бумаги.
- Змера, - впервые заговорил Марк, - я признателен, что вы так волнуетесь за меня. Не нужно меня перебивать. Я далеко не так глуп, как вам всем хотелось бы. И понимаю, что ваше замечание никак не связано с тем, что Порта является претенденткой. Скорее, она вам просто не нравится. Мне непонятно почему. Она прекрасная собеседница и просто приятный человек…
- Забудьте о Порте, - неожиданно заговорил герцог. – Она может быть проблемой только в одном случае. Все мои предположения оказались верны. Радует только, что торжественный прием ускорил ожидаемое событие.
Натан оглядел присутствующих, встряхнул лист с сообщением и начал читать. Его голос казался охрипшим от негодования, а пальцы слишком крепко держали непослушную бумагу.
«Герцог, - мэр начал письмо без долгих приветствий, а значит, дело было действительно важным. - Не прошло и часа после вашего торжественного приема, как мои лучники сбили сокола, подлетевшего к стене. Наша удача, острый глаз дозорного заметил свернутый лист, неумело привязанный к птице. И поскольку в нем содержится важная информация, и дело не терпит отлагательств,я решился воспользоваться вашим тайным телеграфом».
Натан бросил короткий взгляд в сторону Эльдевира. Старик устало сел на стул и теперь задумчиво смотрел на пол, ожидая дурных новостей. Поэтому герцог продолжил:«Доброго здравия, - говорилось в письме, которое передал мэр. – Я знала, что здесь будет жутко, а колдун окажется жестоким и нелюдимым, но и помыслить не могла, что он способен одним лишь желанием двигать стены и растворять валуны. Мое сердце впервые кричит, что я должна бежать, но разум знает, что не имею на это права. Я должна говорить все коротко, но то, что я вижу невозможно описать в нескольких словах. Сегодня на торжественном приеме герцог уничтожил потолок, до этого я видела кареты, которые ездят без кучера, и дома, которые светятся ночью. Я смогла увидеть, что стену днем охраняет несколько десятков лучников. За ними, у главных ворот и вдоль стены, стоит стража. Также мне удалось рассмотреть охрану самого замка, и с сожалением хочу заметить, что она в два раза превышает Вашу. По коридорам постоянно ходят слуги, и пока я не застала недовольных. Поэтому прошу повременить и дать мне больше дней.Искренне и навеки Ваша».
Тяжело выдохнув, герцог сложил письмо и аккуратно положил в карман.
- Как вы понимаете, - спокойно сказал он. – Отправитель, а точнее, отправительница, не подписалась. И кроме того, что эта девушка следит и добывает информацию впервые, я пока ничего сказать не могу. Может, кто-то из вас? Дядя?
Эльдевир потер руки, словно они замерзли, и огорченно посмотрел на герцога.
- Их слишком много, Натан. И мы их не знаем. Поэтому я не могу сейчас ничего тебе сказать...
- Я могу, - неожиданно перебил Леран. – Это монашка. Вам не показалось странным, что мы приехали за одной, нам неожиданно подсунули другую, которая, кстати, очень быстро здесь освоилась?
Эльдевир усмехнулся.
- Не глупи, мой мальчик. Это не может быть она.
- Отец, да ты сам посмотри. Таинственная замена, нелепое появление здесь, она наследующий же день начала играть с Монтифером…
- Почему я об этом не знал? – удивился герцог.
- Это не имеет значения, - сказал Марк.
- Имеет, - не унимался Леран. – Но хорошо. Давайте дальше. Мы только сейчас говорили о том, как они все кричали и разбегались. Кто не сделал этого? Ну же? Эниинг.
- Хорошо, допустим – Эльдевир устало потер морщинистый лоб. – Допустим лишь на минуту, что ты прав. Ты, как всегда, слишком спешишь. Очень спешишь, Леран. Но если ты прав, кому она писала? Это только кажется, что письмо без подписи. Но у нас есть адресат. Она пишет мужчине. Не брату, не отцу, а именно мужчине, в которого влюблена. Кому может писать воспитанница, которая провела всю свою жизнь в закрытом монастырском приюте?
- Отец, не будь таким наивным. Она может писать любому барону или герцогу, который там появлялся. Да и вообще, она могла только притвориться воспитанницей.
Натан сел в кресло напротив Марка и налил себе выпить.
- Думай, что говоришь, - серьезно обратился он к своему брату. – Ты хочешь сказать, что Гарита специально подослала ко мне шпиона? После всего, что она сделала?
- Натан, я не говорю, что она сделала это по доброй воле. Ее могли заставить, не подкупить, а заставить. А мы с тобой прекрасно знаем, как они умеют заставлять.
- Мой мальчик, - обратился Эльдевир. – Чем вызвана твоя ненависть к этой девочке?
- Обычной логикой, отец. Я рассматриваю все варианты.
- А мне кажется, что ты боишься ее.
Леран недовольно посмотрел на отца, перевел взгляд на братьев, стараясь найти поддержку.
- Хорошо, - сдался герцог. – Мне неважно, чем продиктовано твое мнение: страхом ли, логикой. Мне важно, что оно есть. И оно вполне оправданно. Поэтому я пойду тебе на уступки и отправлю капитана охраны в монастырь. Он посмотрит, что там происходит, и уже через несколько дней мы все будем знать, прав ты или ошибаешься. Такое решение тебе подходит?
Леран скромно кивнул. Конечно, он бы хотел намного большего. Возможно, пока они разговаривают, Эниинг уже плетет свои сети интриг и заговоров. Главное, чтобы Санна не сплоховала и была постоянно рядом, во всем содействуя помощнице управляющей.
- Остается вопрос с остальными, - продолжил герцог. – Заставьте их написать письмо. Любое. А я съезжу за настоящим посланием к мэру. Марк, раз так получилось, и нам прислали не тех дочерей, то составь список из того, кто есть. Мне нужно знать, кто из них ни на что не способен, а кем все-таки дорожат в семье.
- Боюсь, никем, - категорично ответил Марк. – Часть из них должна узнать, как здесь обстоят дела и стоит ли с тобой начинать отношения, другие – просто на откуп, чтобы у тебя не было претензий.
- Так вот и расскажи мне, кто есть кто.
- А я прослежу за воспитанницей, - неожиданно сказал Эльдевир после длительного молчания.
- Зачем, отец? - возрази Леран. - Санна справится с этой задачей. Или Змера…
- Я так хочу, - его тон ввел всех в замешательство.
Обычно Эльдевир никогда не занимался слугами, а тем более не опускался до слежки за ними. Этим всегда занимались другие с подачи Лерана или Змеры, и они четко выполняли возложенную на них работу. Зачем в этот раз отцу понадобилось лично общаться с воспитанницей монастыря, Леран не понимал. Но у Эльдевира было не так много прихотей, и если он считает нужным тратить свое бесценное время на это, пусть будет так.