Служанка эльфийского императора, или Отверженная истинная

Глава 13. Седой эльф...

В спальню императора влетела, как на крыльях. У меня было стойкое ощущение, что я победила, хотя это казалось реальной глупостью. Победила кого или что? Я фактически рабыня, которую презирает и почему-то ненавидит величайший из эльфийских завоевателей. Что в этом может быть победного? Но странные чувства не оставляли.

Поэтому я принялась за работу с некоторым удовлетворением и действительно очень скоро втянулась. Собственно, в спальне Кайриэля царил идеальный порядок. Всё, что мне оставалось, так это протереть пыль, вымыть пол и поправить невидимые складочки на шторах и постели.

Закончила буквально за полчаса и, позволив себе немножко отдохнуть, уставилась в окно.

Отсюда просматривался вид на окрестности. Вдалеке виднелся город в голубоватой дымке знойного дня.

Мой город.

Который прямо сейчас казался каким-то чужим. Наверное потому, что в нем уже не существовало свободы.

А во что превратилась моя жизнь? Почему остаётся стойкое ощущение, что в происходящем что-то серьезно не так? Встреча с двойником Кари и вообще с родственниками моего дорогого друга оставляла странное ощущение, как будто он снова рядом, хоть и отчасти. Однако при этом я четко осознавала, что между нами непроходимая пропасть.

Странное ощущение.

Как будто Кари ожил, но до него всё равно было не дотянуться, и от этого сердце сжималось тоской, а потом наполнялось непонятной надеждой.

Отмахнулась.

Глупости всё это…

Отдохнуть достаточно долго не удалось. Уже через несколько минут ко мне заглянула та же эльфийка, которая с утра раздавала распоряжения. Она сухо объявила, что император снова ждет меня.

Возникшее внутри напряжение оказалось весьма тяжелым.

Эльфийский правитель пугал меня в первую очередь тем, что я никак не могла разгадать его мотивов.

Сорвалась с места, чувствуя, что испытания только начинаются…

***

Кайриэль смотрел хмуро. Снова.

— Начинай уборку здесь, — потребовал он, — и чтобы не пропустила ни одной пылинки!

Я поклонилась и принялась за работу.

Трудиться под его пристальным взглядом было крайне неуютно, но я старалась просто не воспринимать этого. Потом втянулась. Работа была привычной. Ведь за собственным домом ухаживала в основном только я, даже когда им заправляли тетка и ее семейка. А когда вернулся отец, и родственнички благополучно смылись, прихватив, правда, часть нашего имущества с собой, я и вовсе взяла управление хозяйством в свои руки. К тому же, я была счастлива, что больше не увижу опротивевшие лица нахлебников и приживал, хотя они напоследок и нанесли нам определенный ущерб.

Кабинет был довольно большим. Я старательно перетирала каждую пядь поверхности, каждую полочку, стряхивала пыль с каждой книжки, поэтому смогла привести в порядок только треть кабинета больше, чем за два часа. В какой-то момент встала на ноги и из-за боли в спине слегка выгнулась назад, однако тут же почувствовала кожей чужой взгляд и замерла.

По воздуху разлилось странное ощущение, тяжелое, вязкое, будто мысли императора, который сверлил мне спину взглядом, были крайне негативными. Вот бы повернуться и спросить, в чем дело, но, боюсь, это будет мой самый последний вопрос в жизни.

— Ваше Величество, — послышался шум за дверьми, — императрица желает аудиенции.

Я вздрогнула, обернулась и, увидев, как нахмурился император, поспешила отойти в угол. Что мне делать? Уходить из кабинета или оставаться? Приказа уходить не было, но и оставаться как-то неправильно. Кайриэль, кажется, уже забыл о моём существовании. Он поднялся со стула, и в этот момент дверь кабинета открылась. Вошла молодая женщина ослепительной красоты. Её платье, сотканное, казалось, из лучей света, идеально подчёркивало изящную фигуру. Императрица была невысокого роста блондинкой с завитыми локонами, и аккуратные острые ушки мило торчали из-под волос. На голове поблёскивала серебряная тиара с драгоценными камнями, на шее болталось несколько медальонов. Тонюсенькая талия была перехвачена поясом, который тоже блестел от обилия украшений. Прямо-таки живая куколка, которой можно любоваться вечно.

А вот на лице застыло какое-то холодное и странное выражение. Разве так встречают своего супруга? К собственному удивлению, я не заметила в ней ни уважения, ни почтения, ни страха по отношению к императору, хотя его боялось полмира.

Эльфийка заговорила первой. Но речи её я, естественно, не поняла. Тон голоса звучал где-то возмущённо, где-то требовательно, и император ответил на это тоже довольно жёстко. О, небо! Неужели они ссорятся? А я тут каким боком? Подумала, что мне всё-таки стоит аккуратно слинять, но как только начала бочком пробираться к двери, Кайриэль остановил меня.

- Стой на месте! — выкрикнул строго. – Приказа уходить не было…

Я замерла, дыхание перехватило, и императрица тут же повернула ко мне лицо. Нахмурилась, синие бездонные глаза странно вспыхнули. Кажется, к сонму моих недоброжелателей прибавился ещё один...

- Эта служанка будет работать здесь ровно столько, сколько я захочу! - отчеканил император на местном языке, видимо для того, чтобы я тоже его поняла.

- Как скажете, - приглушенно процедила императрица, но в голосе её отчетливо слышалась только одна неприкрытая злость…

***

В течении последующих недель императрицу Вирту я больше не видела, хотя ее исполненный ярости взгляд иногда приходил ко мне во сне.

Что это, интуиция, предупреждающая о возможных неприятностях? Надеюсь, что нет…

Моё служение правителю эльфов вошло в определенную колею. Я вставала рано утром, приводила себя в порядок, спешила на кухню, приносила ему завтрак, подавала напиток правильной температуры и молчаливо относила опустевший поднос обратно. Кайриэль, кстати, больше ни разу не прицепился ко мне по этому поводу. Он бесстрастно пил, ел, работал и на меня особенно не смотрел.

Я даже удивлялась, что он прекратил открыто проявлять неприязнь, хотя это не могло не радовать. Император как будто перестал меня замечать, хотя я до сих пор испытывала огромное напряжение, находясь с ним в непосредственной близости.