Служанка колдуна. Часть 2

Глава 3(3)

Он поцеловал мою руку и отпустил, чтобы выйти в коридор.

— Илона! Ило-о-она!

Ах, вот как звали работницу постоялого двора. 

“Да, господин”, — прозвучало издалека. 

Каблуки по полу застучали, дверь открылась. Худенькая, темноволосая девчушка убрала руки за спину и опустила взгляд. Снова. А я прикладывала ладони к горящим щекам и умоляла предков не дать ей подумать, для чего колдун заперся тут со мной. Выглядела я взволнованной. Карфакс был жутко довольным. “Целовались, поди…” 

— Илона, мы собираемся в город. Юную леди нужно одеть. Знаешь хорошую лавку, где подмастерья портного в курсе, с какого конца принято за иглу браться? 

— Да, господин! — служанка расцвела. Вопросы и задания означали, что увольнение отменяется. — У госпожи Ирмины красивые платья, к ней полстолицы ходит. Даже леди в очередь записываются как простые смертные. Рогволда-портного очень уважают. У него сам король одевался. 

— Если король, то будет дорого, — выпалила я и оглянулась на колдуна. — Может, лучше к Ирмине?

Да, мы договорились, но я же носить платье для королевы не смогу! И куда его деть после столицы? На огород в нём не выйдешь. Наряжаться вечером и сидеть возле клавесина?

Укор читался во взгляде Роланда Мюррея. Он постучал пальцами по крышке сундука, на котором сидел, и откашлялся. Да, сейчас будет очередное внушение нерадивой ученице. 

— Мери, привычку выбирать для себя всё самое лучшее нужно тренировать уже сейчас. Скребётся внутри тоска за растрату денег? Кажется, что ты недостойна роскоши? Гони их в шею. Представь на месте желания сэкономить трактирщика или господина Монка и поленом их по хребту, поленом!

Илона прыснула в кулачок и сделал вид, что её здесь нет. Правильно. Со стороны за нами наблюдать, так ярмарочный балаган. Господин хочет потратить деньги на мои платья, а я упираюсь. 

— Хорошо. — Я и тут нашла выход из положения. — Лучшее, так лучшее. Илона, скажи, пожалуйста, а у кого из портных выбор ткани больше?

Расчёт был хитрый. Если Рогволд шьёт для короля, то грубой шерсти и льна для бедняков у него нет. Зазорно вроде как. И для купцов с мастеровыми тоже нет. Они хоть и побогаче, но если какая леди увидит, что в лавке жену плотника обмеряют, больше туда не зайдёт.        

— Выбор-то? — Илона вскинула брови. — Конечно, у Рогволда! У него такие ткани, что от витрины не отлипнешь. Со всех уголков королевства диковинки к нему везут. Тонкая шерсть, блестящий лён. Шёлк! Ох, какой он. Вот бы хоть раз в руках подержать.

Проклятье!  

— Только не шёлк! — Я вскочила с сундука и молитвенно сложила руки на груди. — Святые предки, да он стоит, как наш замок! 

Карфакс расхохотался. 

— Мери, ты несносна, как ребёнок. Шёлк — редкая ткань, а потому дорогая. Но не настолько, чтобы я ушёл из лавки с пустыми руками. Если тебе понравится цвет, то берём. Всё, хватит разговоров! Едем. Илона, найди нам повозку. Скажи кучеру, что на весь день. Дел много, не только к портному собираемся.

— Поняла, господин, я мигом. 

Взмахнула юбкой и упорхнула быстрее воробья, схватившего хлебную крошку. Я снова осталась одна с колдуном.

Он веселился. В уголках губ собрались морщинки, глаза смотрели с лукавой хитринкой.

— Я стараюсь, господин.

— Вижу, — отозвался он. — И ценю, поверь мне. Дожидаться, когда гардероб будет готов, мы не будем. Закажем и уедем. Я потом кого-нибудь за ним пошлю. К цирюльнику тебе не надо. Волосы и так хороши. Густые, блестящие. Любая леди позавидует... Обувь ещё! Не волнуйся, тут я уступлю, и вместе с башмачками для танцев попрошу сшить ботинки, тёплые сапожки. 

— Спасибо, — прошептала я, не зная, куда деть руки. Оборку на ученическом платье уже всю измяла. — Господин учитель, а можно попросить.

— Да, — он пересел ко мне на сундук и сжал мои пальцы. — Всё, что хочешь. Сразу да! 

— Ванну хочу принять, — сердце колотилось, будто я делилась с колдуном страшной тайной. — Как в замок попала, так и мечтаю в ней полежать.        

— Мери, — Карфакс крепко меня обнял и поцеловал куда-то в макушку. — Какая же ты… Я люблю тебя. Четыреста лет живу, никогда такого не чувствовал. Всё к твоим ногам сложу, горы сверну. Милая моя, родная.   

Я прижалась к нему и закрыла глаза. Что-то очень похожее на счастье затопило с ног до головы. Мир колдуна, куда он меня звал, прекрасен. Потому что он там. 

И скоро я стану его частью.