Служанка колдуна. Часть 2

Глава 4(3)

О, Мать-природа и святые предки, как вы допустили? Могущественный артефакт перешёл в руки мерзавца! Лиходея при власти. Мы с Мери тряслись от ужаса, представляя разбойников с большой дороги, а за шаром пришёл городской глава. И какое желание он мечтает исполнить? Денег хочет, власти или чего-то пострашнее? Получить магическую силу? Убить всех колдунов и стать единственным? 

“Шар господина Мюррея голубой, — напомнила я себе. — Голубой, а не бирюзовый! Отто нашёл фальшивку!” 

Дышать сразу стало легче. Сработала уловка учителя. Стражники перекопали весь двор, схватили фальшивку и успокоились. Сердце снова застучало быстро-быстро, но теперь от радости. 

— Попробуйте попросить его вежливо. Колдовские артефакты любят деликатное обхождение. А слов, активирующих силу шара, я не знаю. Подобными секретами не делятся даже с собственными учениками. 

Отто в несколько шагов оказался рядом, обдав меня вонью недавно съеденного лука. 

— Как же вы непостоянны, госпожа Лоуренс. Стражникам клялись, что ничего о шаре не знаете. Солгали, выходит? И мне сейчас лжёте? Глупо, очень глупо. Такой артефакт не спрячешь, закопав в землю, его сила слишком велика. Она выдала себя, когда замок начал заделывать дыры в стенах. “У меня хорошие каменщики”, кривлялся самозванец-Мюррей. Как же. Я всех каменщиков в округе знаю. Никто к замку даже близко не подходил. Не упрямьтесь, леди. Как заставить шар исполнять желания?       

Я пыталась отойти от него, но места в моей тюрьме не хватало. Здоровый мужчина, тучный, как боров, и очень злой. Ноздри Отто опасно раздувались, на челюстях играли желваки. В бирюзовом свете шара-фальшивки он выглядел особенно жутко. 

— Не верите мне? — я гордо выпрямилась и сложила руки на груди. — Могу принести магическую клятву. Никто не знает, как заставить артефакт Роланда Мюррея работать. Да, мой учитель тоже не знает. Бесполезное вышло наследство. Ещё и судиться за него пришлось с лордом Гринуэем. Зачем? Когда можно махнуть рукой над шаром, и всё будет, как скажешь? 

“Ни словом не соврала, — радовалась я. — И магию шара не потревожила. Постоянно думала о бирюзовой пустышке”.

Обидно, что не догадалась поступить так раньше. И Мери стоило научить. А то попытки артефакта защитить себя уж очень болезненные. Теперь пусть Отто хоть прыгает вокруг находки, хоть танцует. Ни искры магии от фальшивки не добьётся. 

Но городской глава не спешил сдаваться. И оставлять меня в покое тоже не хотел. 

— Знаю я ваш колдовской род, — он обхватил пальцами мой подбородок и надавил, заставляя смотреть в глаза. — В кого ни ткни — то взяточник, то лжец, то каторжник. Клятвы ваши магические — пустой звук. Представление ярмарочных плясунов. Ты скажешь мне правду, леди-колдунья. Всю до последнего слова. Решай сейчас, буду ли я дальше с тобой вежлив или нет. 

Ярость в его глазах сменилась на что-то иное. Такое же тёмное и дикое. Отто скользнул взглядом по моему перепачканному ученическому платью и вернулся к губам. 

— Ничем не могу помочь, — ответила я, сглотнув ком в горле. — Другой правды у меня нет.  

Отто отпустил моё лицо, но только для того, чтобы вцепиться в волосы, запрокидывая голову. Он впился жадным слюнявым поцелуем в мои губы и прижал меня к себе. 

— Можешь, девочка, — зашептал он, прерывая поцелуй и подхватывая меня на руки. — И поможешь. 

Я заколотила кулаками по его груди, надеясь оттолкнуть, отбиться, остановить насильника. Уже в который раз я переживала минуты беспомощности. Чувствовала себя рыбой, угодившей в сети. Сколько не трепыхаешься, а вырваться на свободу не выходит. 

— Нет! Нет! 

— Да-а-а, — смеялся он, задирая юбку моего платья. — Проведём жаркую ночь вместе. Чем я не жених для леди? Недостаточно знатен? Так и ты не с серебряной ложкой во рту родилась. Ну что, не передумала? 

Он снова накинулся на меня с поцелуями, жалил губами шею и плечи, рычал. Не обращал внимания ни на мольбы, ни на проклятья. Казалось, ему даже нравились мои страх и слёзы. 

— Я расскажу, — пообещала я, когда услышала треск ткани панталон. — Расскажу, только остановитесь! 

Трюк с пустышкой больше не работал. Руки засветились голубым сиянием, предупреждая, что настоящий шар достанет меня и здесь. Но лучше смерть от клятвы, чем участь опозоренной женщины.

— Я всё скажу!

Отто замер, тяжело дыша. Поднял на меня потерянный взгляд с пугающим блеском.

— Вот и хорошо. Давай, я жду. 

— Вы не сможете загадать желание, — начала я, — потому что шар… 

Договорить мне не дали. Невидимая рука сжала шею, язык будто загорелся пламенем. Я хрипела, царапала ошейник, пытаясь снять его, но ничего не вышло. 

— Помогите, я задыхаюсь!  

Отто бросился снимать ошейник, и я услышала спасительный щелчок. Шар продолжал душить меня, но случилось маленькое чудо. Магия побежала по венам, приветствуя хозяйку. Пока я сидела взаперти, сила восстановилась.

“Замок далеко, — промелькнуло в мыслях, — и шар далеко, и колдовской огород. Никто больше не “пьёт” мою магию, вот её и стало больше”. 

Спасибо, Матушка-природа, спасибо! 

“Буду молчать, — попыталась я мысленно докричаться до артефакта. — Ничего больше не скажу, клянусь!”
И он услышал. Ослабил хватку на шее, давая шанс сдержать слово, но не отпуская до конца. Поток силы хлынул в мои руки ещё быстрее. Я возликовала, на память сплетая проклятие мужской несостоятельности. 

— Лучше? — обеспокоенно спросил бледный, как смерть, Отто. — Живая?

“А сейчас станет совсем хорошо”. 

— Чтоб у тебя корешок отсох, мерзавец, — хрипло произнесла я, щедро наполняя плетение магией. — Чтоб тебе больно было от одной мысли о близости с женщиной! 

Отто испуганно икнул и вновь защёлкнул замок на ошейнике, но я успела закончить проклятье и выпустить в окно искру с огненным цветком. По всполохам на стене догадалась, что он расцвёл. Плевать, что Мери и господин учитель ещё в столице. Пусть меня хоть кто-нибудь заметит.