Служанка Стража Тьмы

Глава 2

— Что?! — у Колдуна такой вид, будто он подавился. — Какая служанка? Что ты несешь? Тебе мавки голову затуманили?

— Не исключено, — пожимаю плечами. — Я правда, никого не встретила, кроме огоньков…

— Твое счастье, идиотка! — рявкает он. — Вообще не представляю, как ты сюда дошла ночью, оставшись живой и здоровой. Хотя насчет здоровья, не уверен. С головой у тебя явно непорядок. Ты хоть представляешь, где находишься?

— Где-где, — ну что за идиотские вопросы. — В Темнолесье.

— А тебе в детстве не рассказывали, глупая селянка, что ходить сюда не стоит, особенно, по ночам.

— Ну, конечно, рассказывали.

— Оно и видно, — цедит сквозь зубы. — И про меня, похоже, тоже наслышана?

— Не без этого, — киваю. — У нас тобой детей пугают.

— Тебя, смотрю, не очень напугали.

Вообще странно видеть жуткого Черного Колдуна… ворчащим. И вот это вот — воплощенный ужас наших окрестностей? Хотя, возможно, я его недооцениваю, и он просто хочет поговорить с жертвой, прежде чем ее, то есть меня, мучительно прикончить.

— Ты что, меня вообще не боишься? — продолжает допытываться любопытное порождение Тьмы.

— Что ж я совсем дура? Боюсь, конечно. То есть, наверное, боюсь. Должна бояться, — пытаюсь объяснить, скорее, себе, чем ему. — Просто у меня все так плохо, что хуже и быть не может.

— Серьезно? Что же с тобой должно было случиться, что сгинуть в Темнолесье тебе не страшно?

— Да дрянь всякая, — вздыхаю. — Помирать не то чтобы прям рвусь, но и жить не больно-то хочется.

— Все ясно. Люди, — колдун презрительно кривится. — И теперь, значит, ты решила заявиться сюда и напроситься ко мне в услужение. А ты хоть представляешь, что это значит — служить мне?

— Ну-уу, — тяну, наматывая на палец прядь волос, — приблизительно представляю.

— Я — воплощение зла, — продолжает он глумливо. — Повелитель всей здешней нечисти. И не только здешней. Вот она мне служит. Ты готова так служить, Инола?

Ого, он запомнил мое имя. Не обольщайся, дурочка! Тут же на ум приходят старые легенды, где говорится о том, что узнавший имя человека, обретает над ним власть. Хотя мне-то чего бояться, я сама предлагаю Черному Колдуну власть над собой.

— Я готова служить тебе, — торопливо произношу я, боясь передумать. — Лучше уж ты, чем Медарды. Согласна на любые условия.

— На любые? Ну ты и дура! — он зло хохочет. — Ты даже не представляешь, чего может потребовать темный чародей!

— Потому и согласна, что не представляю, — бурчу в ответ я. — Да и что я теряю? Ты и без всяких договоров и условий можешь сделать со мной все, что захочешь.

— Это верно, — кажется, впервые за время разговора колдун соглашается со мной. — Договор, значит?

— Пусть будет договор, — киваю. — Кровью надо подписывать?

— К чему лишние формальности? Достаточно твоего устного согласия. Если потом решишь нарушить условия, умрешь мучительной смертью.

Ну хотя бы потом, а не прямо сейчас, на месте. Надо соглашаться, а там видно будет.

— Так что у тебя за условия?

— Ты обязуешься провести в моем доме год и за все это время не покидать пределов Темнолесья.

— И только-то? — я не верю своим ушам.

— Ну, и еще исполнять все мои темные желания, — плотоядно усмехается он. — Все. Ты понимаешь, что это значит?

— Ээ-э… — тяну я. — Приблизительно.

И почему я решила, что по договору с темным магом буду целый год подметать полы и печь булочки? Он ведь на самом деле может потребовать все, что угодно. В том числе такое… что мне очень не понравится. Хотя, опять же, что такое он может потребовать, чего не может сотворить со мной прямо сейчас?

— Ну так? — колдун хмурит брови.

— Я согласна, — обреченно вздыхаю. — Но очень рассчитываю на твою порядочность.

Тут он не выдерживается и заходится хохотом.

— Порядочность? Серьезно?! Напомни-ка мне, какие байки у вас там обо мне ходят?

— Ну, — накручиваю волосы на палец с такой силой, что, кажется, оторву. — Говорят, что ты повелеваешь всей здешней нечистью и натравливаешь ее на безумцев, которые решатся сунуться в Темнолесье. А тех, кто не хочет туда идти, заманиваешь обманом, наводишь на них морок и заставляешь идти в чащу, на верную смерть.

И тут я внезапно задумываюсь о том, как сама сюда попала. Я же шла, будто заколдованная. Понимала, что нельзя, что пропаду, но меня будто что-то тащило вперед вопреки воплям до жути напуганного разума. Вот, значит, они какие — чары Темнолесья. Точнее, чары Черного Колдуна.

— И? — он выжидающе смотрит на меня. — Что из этого следует?