Служанка Стража Тьмы

Глава 32

— Что значит — мы?! Опять! — возмущаюсь я. — Если в столицу ты меня потащил ради безопасности, то теперь-то ради чего?

— Разве каждая девушка не мечтает попасть на королевский бал? — невинно интересуется маг, поглядывая на меня привычно-насмешливым взглядом.

— Ну уж точно не та, у которой одно платье, притом такое, на которое с презрением поглядывают даже встречные дворцовые служанки.

Злость так и кипит во мне. Тем более яростная, что я действительно хотела бы попасть на бал и хоть раз в жизни увидеть, как на самом деле выглядит то, о чем я только в книжках читала. Но ни за что на свете я не покажусь среди нарядных придворных дам в своем простеньком голубом платье, которое годится только для Темнолесья.

— Прости, я о платье я не подумал, — Моривар выглядит смущенным. — Но с этим мы легко разберемся.

— Заколдуешь мое? Создашь иллюзию? — мне становится любопытно.

— Мог бы, но не вижу смысла тратить магические силы, как ты выражалась, на ерунду. Тем более, сейчас. Лучше добуду тебе настоящее.

— А ты можешь?

Маг в ответ хмыкает и выходит из комнаты. Возвращается, впрочем, довольно скоро и с пустыми руками. А я чего ждала? Что он за пять минут раздобудет чудесный бальный наряд, как фея из сказок?

Моривар молчалив, и я не лезу к нему с разговорами. Тем более, что в наши покои подают обед. Уж не знаю, кого за это благодарить, скорее всего Сэйдера, но столичная еда за один день успела покорить мое сердце. Хотя, удивительное дело, изысканные блюда, приготовленные во дворце нравятся мне меньше, чем простая, но невероятно вкусная стряпня из “Веселой голубки”. Маг, похоже, разделяет мое мнение.

— А на дворцовых кухнях, я смотрю, по-прежнему больше озабочены внешним видом блюд, чем вкусом. Даже ты готовишь лучше.

— Даже! — возмущенно фыркаю.

Но мигом спустя до меня доходит, что сравнили меня не абы с кем, а с королевскими поварами, причем, в мою пользу.

В дверь стучатся, и Моривар идет открывать. Возвращается, держа на вытянутых руках невероятной красоты платье. Он вручает его мне и спокойно возвращается к еде, будто не держал только что в руках самый прекрасный наряд, какой только можно вообразить. Хотя нет, вообразить такое у меня бы фантазии не хватило.

Невероятно бережно, боясь дышать на это чудо несу его в спальню и раскладываю на кровати, чтобы вдоволь налюбоваться. Струящийся атлас нежно-зеленого, яблочного оттенка, расшитый золотыми нитями по поясу, подолу и краям широких рукавов.

— Оно совершенно! — выдыхаю с благоговением.

— Тебе пойдет, — слышу голос за спиной и вздрагиваю.

Я думала, мы с платьем наедине, но, оказывается, Моривар зашел и смотрит. То ли на платье, то ли на меня.

— Я договорился о том, чтобы тебе уложили волосы, — совершенно будничным тоном заявляет он. — У женщин, вроде, такие хлопоты занимают довольно много времени, так что — самое время начинать, если хочешь управиться до вечера.

Вскоре является молоденькая камеристка, которая еще час назад показалась бы мне верхом изящества и вызвала жгучую зависть. Но теперь у меня есть невероятное платье, которое возносит меня на недосягаемую ранее высоту. Девушка помогает мне облачиться в этот прекрасный наряд, справиться с которым в одиночку можно, разве что, с помощью магии. А затем усаживает напротив зеркала, отыскавшегося в спальне и начинает укладывать волосы. В душе радуюсь, что вымыла их накануне, еще не хватало с грязной головой показаться на королевском балу.

Камеристка что-то щебечет, причесывая, накручивая и заплетая меня. Кажется, она даже говорит что-то хорошее о моих рыжих волосах, называя их локонами. Локоны, ну надо же! А я-то привыкла всю жизнь слышать про рыжие патлы, космы и все в том же духе.

По окончании ее работы смотрю в зеркало и не могу поверить, что отражение на самом деле - мое. Я будто смотрю на очень красивую и при этом совершенно чужую девушку. Камеристка с поклоном уходит, оставив нас с зеркалом наедине.

— Это — не я, — тихонько шепчу я отражению.

— Ты, — сзади в зеркале появляется темная фигура. — И ты чудо, как хороша, Инола.

— Это все платье, — заливаюсь краской.

— Безусловно, оно играет роль, — кивает Моривар, не отрывая от меня взгляда в зеркале. — Дворцовые портные куда искуснее поваров.

— Как ты достал его? — поворачиваюсь к магу, эти гляделки в отражении меня смущают.

— Через Сэйдера, — нехотя признается он. — Как и камеристку. Надеюсь, теперь твое отношение к балу изменилось?

— Да, — я снова оборачиваюсь к зеркалу, не в силах удержаться от любования собой. — Не думаю, что еще хоть раз в жизни смогу быть такой же красивой.

— Ты красива не из-за платьев и плетения волос, — Моривар отворачивается и выходит из комнаты.