Служебный роман на грани магического истощения

Глава 1. Кофе с последствиями

Есть две вещи, которые я усвоила за двадцать три года жизни потомственной ведьмы: ипотека — зло, а магические корпорации — абсолютное зло, которое это зло усугубляет.

Я, Агния Светлова, сидела в приёмной «Миргородского магического водоканала» и сжимала в руках диплом с отличием. Диплом нервно пульсировал слабым голубоватым светом — артефактная бумага всегда реагировала на стресс владельца. За полчаса ожидания он успел поменять цвет с торжественно-золотого на тревожно-сиреневый.

— Светлова? — из двери высунулась секретарша с идеальной укладкой и взглядом человека, который видел слишком много соискателей. — Заходите. Только сразу предупреждаю: господин Северский не любит, когда опаздывают, перебивают, дышат в его сторону и существуют в принципе.

Я сглотнула.

Кабинет начальника техномагического отдела оказался именно таким, каким и должен быть кабинет человека, которого весь отдел кадров называл исключительно «гроза Миргорода». Стерильная белизна стен, идеальный порядок на столе и ни одной живой вещи. Даже кактус на подоконнике выглядел так, будто его запытали до состояния муляжа.

Сам господин Северский сидел за столом и даже не поднял головы, когда я вошла. Он что-то вычерчивал в воздухе тонкой серебряной палочкой — магическая вязь вспыхивала и гасла, подчиняясь резким, точным движениям.

— Садитесь, — бросил он, не отрываясь от процесса. — И не шумите.

Я села. Шуметь я и не собиралась. Диплом на коленях предательски пискнул и стал цвета утренней зари.

Тишина длилась минуту, другую, третью. Я рассматривала его пальцы — длинные, с идеально подстриженными ногтями, ни одной заусеницы. У нормальных людей так не бывает. Потом рассматривала его профиль — чёткая линия челюсти, тёмные волосы, зачёсанные назад, идеальная осанка. Тоже подозрительно.

— У вас диплом по нестандартным проклятьям, — наконец произнёс он, всё ещё не глядя на меня. — Это что, шутка?

— Это специальность, — ответила я максимально вежливо. — Снятие и диагностика. Не наложение.

Он хмыкнул. Магическая вязь погасла окончательно, и только тогда Марк Северский соизволил поднять на меня глаза. Они оказались серыми, холодными и такими цепкими, что мне на секунду показалось, будто он видит не только меня, но и состав моей крови, и количество съеденных на завтрак бутербродов.

— Ваше резюме, — он лениво повёл рукой, и лист бумаги взлетел со стола, повисел в воздухе и шлёпнулся мне на колени поверх диплома. — Один факультет перевода, одна практика в отделе по работе с бытовой нечистью, три месяца стажировки в архиве Министерства магической безопасности. И диплом по проклятьям. Вы уверены, что не ошиблись дверью? Отдел очистки питьевой воды этажом ниже.

Я глубоко вздохнула. Ипотека не ждала. Три комнаты в ипотечном аду, как я называла свою квартиру, требовали ежемесячных вливаний, а призрак в коридоре — регулярной подпитки магией, иначе он начинал петь оперные арии по ночам.

— Я подавала заявку на позицию в отдел очистки, — призналась я честно. — Но меня перенаправили к вам.

Северский скривился так, будто я сообщила, что принесла с собой чумные крысы.

— Отдел кадров считает, что мне нужна помощница. Личная. Которая будет варить кофе и встречать посетителей, пока я не проклял их прямо в приёмной. — Он потёр переносицу. — Светлова, у вас есть опыт варки кофе?

— У меня есть опыт снятия проклятий с кофемашин, — ляпнула я, потому что нервничала. — Прошлая хозяйка оставила на своей буржуйке проклятие вечного недосыпа, и аппарат вместо кофе молол проклятия и сыпал их в чашки. Пришлось перепрограммировать.

Пауза затянулась. Северский смотрел на меня так, будто я только что призналась в убийстве его любимой кофемашины.

— Зачем кому-то проклинать кофемашину?

— Соседка не поделилась парковочным местом, — пожала я плечами. — Бытовое колдовство, знаете ли, иногда принимает причудливые формы. Я специализируюсь на таких вот... нестандартных случаях.

Он молчал ещё долгих полминуты. Я уже мысленно попрощалась с ипотекой и готовилась к вечернему оперному концерту в коридоре, когда Северский вдруг произнёс:

— Кофе варить умеете?

— Да.

— Магические щиты ставить?

— Базовый уровень.

— Терпеть мой характер?

— Попробую.

Он снова хмыкнул, но на этот раз в звуке проскользнуло что-то похожее на... интерес? Или мне показалось.

— Вы приняты. Испытательный срок — месяц. За это время вы должны научиться подавать мне кофе ровно в 9:03, не опаздывать, не задавать лишних вопросов и не трогать вещи на моём столе. Если справитесь — останетесь. Если нет — отдел кадров подыщет вам место где-нибудь в архиве Министерства магической безопасности. Навсегда.

Я кивнула, чувствуя, как диплом на коленях облегчённо зеленеет.

— Завтра в девять ноль-ноль, — Северский уже снова уткнулся в свои чертежи. — И Светлова?

— Да?

— Если опоздаете хоть на минуту, я вас прокляну.

Я вышла из кабинета на ватных ногах. Секретарша проводила меня понимающим взглядом человека, который видел, как отсюда выносят предыдущих соискателей.

— Продержались дольше всех, — заметила она. — Поздравляю. Ваше рабочее место вон там, у стеночки. Кофемашину пока не трогайте — она кусается.

Кофемашина и правда выглядела подозрительно. Чёрный монстр с хромированными деталями, она стояла в углу и, кажется, скалилась на меня паровой трубкой. Я вздохнула.

Ипотека. Только ипотека.

Вечером я вернулась в свою арендованную конуру на окраине Миргорода. Призрак в коридоре, старичок в пенсне и длинном сюртуке, встретил меня радостным:

— Агния! А я тут репетирую! Хотите послушать арию Ленского?

— Не хочу, Егор Сидорович, — я стащила с ног туфли и поплелась на кухню. — У меня был тяжёлый день.

— Оперу слушать никогда не тяжело, — обиженно засопел призрак. — Вы просто филистер.

— Я просто ведьма с ипотекой, — поправила я, включая чайник. — И завтра мне на работу к монстру.

Егор Сидорович просочился сквозь стену и устроился на табуретке, подсвечивая себе изнутри слабым голубоватым сиянием.