Служебный роман по-новому

Глава 10

На следующий обед Нина, испытывая странную смесь вины и неловкости, все же решилась пойти в кабинет генерального директора. Она чувствовала, что вчерашний инцидент оставил неприятный осадок, и ей хотелось как-то прояснить ситуацию, хотя она и сама не до конца понимала, что именно произошло.
Она постучала в дверь кабинета 312.
"Войдите", - раздался уже знакомый, но на этот раз какой-то более холодный и отстраненный голос Игоря Станиславовича.
Нина вошла. Генеральный директор сидел за своим столом, погруженный в бумаги. Он поднял на нее взгляд, и Нина отметила, что в его серых глазах нет и следа вчерашней мимолетной теплоты. Его лицо было непроницаемым.
"Доброе утро, Нина", - произнес он формально, словно она была одним из рядовых посетителей.
"Доброе утро, Игорь Станиславович", - ответила Нина, чувствуя, как внутри нарастает напряжение.
В кабинет внесли два подноса с обедом. На тарелке Игоря Станиславовича, как обычно, виднелась предательская зелень. Нина машинально потянулась за палочками для суши, но остановилась, заметив, что генеральный директор не смотрит на еду.
"Нина, я хотел бы поговорить с вами", - сказал он, откладывая ручку и складывая руки на столе. Его взгляд был прямым и серьезным.
Нина почувствовала, как ее сердце начинает биться быстрее. "Я… я тоже хотела поговорить", - тихо произнесла она.
"Вчера… вы сказали, что у вас срочное задание", - начал Игорь Станиславович, и в его голосе чувствовалась еле уловимая нотка обиды.
"Да, Ирина Петровна попросила срочно подготовить отчет", - попыталась объяснить Нина.
"И это оказалось настолько срочным, что вы не могли потратить на обед пятнадцать минут?" - в его голосе прозвучал легкий сарказм.
Нина опустила глаза. "Ну… я подумала, что так будет быстрее…"
"А быстрее что? Избежать моего общества?" - прямо спросил Игорь Станиславович, и его слова прозвучали как ледяной душ.
Нина вздрогнула. "Нет! Что вы, Игорь Станиславович! Просто… все эти разговоры… коллеги…"
"Так вот в чем дело", - с горькой усмешкой произнес Петров. "Вас смущает, что вас видят обедающей со мной? Вы предпочитаете компанию столовских завсегдатаев моей?"
Нина почувствовала, как ее щеки заливает краска. "Это не так… просто… они начали шутить… и мне стало неловко".
"Неловко?" - переспросил Игорь Станиславович, и в его голосе звучало непонимание. "Я предложил вам обедать вместе, думая, что… нам обоим это будет… комфортно. Что мы нашли что-то общее, пусть даже такое странное, как нелюбовь к укропу. А оказывается, я был всего лишь поводом для офисных сплетен, которых вы предпочли избежать, спрятавшись в столовой".
В его глазах читалась явная боль. Нина впервые видела его таким – уязвимым и разочарованным. Обычно уверенный и властный, сейчас он казался обиженным ребенком.
"Мне жаль, Игорь Станиславович. Я не хотела вас обидеть", - искренне сказала Нина, чувствуя уколы совести. Она не думала, что ее поступок вызовет такую реакцию.
"Вы не обидели, Нина", - холодно ответил Петров, отворачиваясь к окну. "Вы просто показали мне… мое место".
Наступило тягостное молчание. Нина чувствовала себя ужасно. Она не хотела причинять ему боль, но и постоянное внимание коллег было ей неприятно. Она оказалась между двух огней и, пытаясь избежать одного, ранила другого.
Наконец Игорь Станиславович вздохнул и снова повернулся к ней. Его лицо стало более спокойным, но в глазах все еще читалась грусть.
"Хорошо, Нина. Я понимаю. Вы не обязаны обедать со мной, если это вызывает у вас такой дискомфорт. Давайте забудем об этом".
В его голосе звучала окончательность. Нина почувствовала, как что-то внутри нее сжалось. Ей вдруг стало жаль, что все так получилось. Этот странный ритуал с выковыриванием зелени, пусть и нелепый, казался ей теперь чем-то большим, чем просто избавление от нелюбимого ингредиента.
"Но… Игорь Станиславович…" - попыталась возразить Нина, но запнулась, не зная, что сказать.
"Все в порядке, Нина. Приятного аппетита", - вежливо, но отстраненно произнес Игорь Станиславович, беря в руки столовые приборы и принимаясь за свой так и не очищенный от зелени суп.
Нина молча села за свой обед, чувствуя, как вкус еды стал каким-то безрадостным. Она украдкой взглянула на генерального директора. Он ел, не поднимая глаз, и казался совершенно отстраненным. Внезапно Нина осознала, что ее попытка избежать неловкости привела к чему-то гораздо более неприятному. Она обидела человека, который, пусть и странным образом, проявлял к ней внимание. И теперь, кажется, эта связь была разорвана.