Слышу Не Я

Платформа между мирами

После двух пар и одной неожиданной отмены — а именно лекции по нейропсихологии, которую преподаватель отменил под предлогом "внезапного обострения аллергии на студентов" они с Мариной, немного потягиваясь, отправились в сторону универа, подгоняемые предстоящими планами и слегка усталым, но довольным настроением. В коридоре они встретили преподавателя по психологии, который как всегда напоминал им о важности предстоящей презентации.

— Ну что, ваши «сны» готовы к защите? — спросил профессор Иванов, оглядывая слайд на проекторе и поглядывая на команду.

Филипп тут же подошел с очень задумчивым видом:

— Мы постарались, чтобы это было не просто "сновидение", а настоящий культурный шедевр. Не переживайте, мы готовы сдаче проекта. И ко сну тоже.

— Главное, чтобы вы могли внятно объяснить, как сновидения связаны с нашей реальностью, а не только с тем, что вам снится каждую ночь, — заметил преподаватель, слегка подняв бровь.

Анна ответила сдержанно, но с улыбкой:

— Мы не просто связали сны с реальностью. Мы объяснили, как подсознание иногда решает быть смешным и немного саркастичным. Как, например, когда мозг решает устроить тебе кошмар, а ты таким образом переживаешь за успех презентации.

Иванов кивнул, понимая, что это был хороший момент для паузы, прежде чем он продолжит:

— Хорошо, но помните, что ваш подход должен быть академическим, а не так, как в вашем стиле.

Анна и Марина бодро выкатились из корпуса, унося с собой остатки концентрации.
— Я честно хотела остаться и поработать над презентацией сегодня, — сказала Анна, зевая.
— Угу, а я хотела стать многократной чемпионкой по сну, — парировала Марина. — У всех свои несбыточные мечты.

Они только собирались свернуть в сторону библиотеки, как вдруг к ним буквально впрыгнул Макс, будто телепортировался из параллельной вселенной хорошего настроения.

— Дамы! Предлагаю научно обоснованную терапию постучебного синдрома: метро, кино и несметное количество попкорна. Комедия! Смех продлевает жизнь, а вам, как будущим психологам, пора бы об этом помнить.

— А как же презентация? — прищурилась Анна.

— Я на полном серьёзе собираюсь презентовать тебе отличное настроение, — произнёс Макс, заложив руки за спину. — У меня даже заголовок есть: "Кино как форма бегства от академической реальности".

— Уговор, если ты отвечаешь за калории и хорошее настроение.

— Всё для науки, — ответил он торжественно. — Даже анти-детокс в виде гизировки.

— Ой, ты серьезно? Я вообще-то предпочитаю питаться по принципам здорового и полоноценного рациона... — начала было Анна, но Макс перебил:
— Детокс, конечно, важен, но кто сказал, что попкорн с газировкой не может быть частью здоровой жизни? Иногда важно дать себе отдых.

— А я пас, — вставила Марина, отступая назад с театральным жестом. — Я не была в общаге со вчерашнего утра, и у меня на сегодня великие планы: отмыть свой артхаус от творческого хаоса. Если не выйду на связь — зовите МЧС.

Анна и Макс покинули университет и поехали в кино на метро, избегая пробок и наслаждаясь моментами, которые были просто для них двоих. В метро Макс успел рассказать три шутки про архетипы, познакомиться с пожилой дамой, которая решила, что он актёр с телевидения, и устроить викторину: «Какие пассажиры выглядят так, будто они тоже избегают курсовую».

Кинотеатр встретил их шумом, запахом карамельного попкорна и громкой рекламой какой-то очень сомнительной комедии, что и стало их выбором.

Анна пыталась сопротивляться:

— Я ем киноа, пью матча и уважаю свою микрофлору.

— А сегодня твоя микрофлора получит отдых, как и ты, — шепнул Макс, подсовывая ей большую порцию попкорна и газировку с ароматом «вишня и сахарная вата».

Он сидел рядом, ближе, чем обычно, его колено чуть касалось её. Во время особо глупых сцен фильма он наклонялся и комментировал на ухо:

— Это уже уровень психоаналитического юмора. Подсознание одобряет.

Когда она случайно пролила немного газировки, он аккуратно вытер её пальцы салфеткой, не отпуская её руку. Анна вздрогнула, но не от холода.

И в какой-то момент она поняла: этот вечер — как сон, в котором всё слишком хорошо, чтобы не быть чуть-чуть нереальным.

Макс всё время был рядом: он скинул ей попкорн, держал стакан с газировкой, вовремя передавал шоколадку, смеясь над её удивлением. И, когда фильм подошел к концу, он тихо сказал:

— И вот теперь ты точно знаешь, что для полного отдыха нужно делать не только йогу и читать Фрейда, но и иногда позволять себе быть чуть более... попкорновой.

Они вышли из зала ближе к часу ночи. Пустой холл, где мерцал логотип кинотеатра, казался декорацией. Снаружи — прохладный воздух и почти безлюдные улицы.

— Прокатимся до метро? — предложил Макс, глядя на неё так, будто этот вопрос был вовсе не о транспорте.

— А если я скажу, что хочу идти пешком?

— Тогда мы пойдём. Но с эпической музыкой на фоне и лёгким налётом романтики.

Они свернули к парку, по которому шли тем же маршрутом пару часов назад. Но теперь… всё выглядело иначе.

Тот же путь стал более извилистым. Деревья стояли ближе. Ветки казались чуть длиннее, листья — темнее, а свет от фонарей — тусклым, как будто кто-то снизил яркость реальности.

— Эй… — Анна остановилась. — У тебя не создаётся ощущение, что… мы немного не там?

Макс оглянулся.

— Ты заметила тоже? Это... странно.
Что-то невидимое давило на грудь, не позволяя вдохнуть полной грудью.
И в этот момент раздался голос. Сначала едва слышный, словно шёпот на ветру. Но потом отчётливее — и Анна поняла, что узнаёт его. Это был её голос. Или... нет, его. Или обоих сразу.

Макс сразу стал серьёзнее и протянул руку:

— Идём. Быстрее. Нам лучше выбраться отсюда до закрытия станции.

Они пошли быстрее. Фонари начали один за другим гаснуть за их спиной. Туман стелился по земле, сначала мягко, потом гуще. Шаги стали тихими, как будто земля поглощала звук.