Слышу Не Я: Инверсия времени

Разлом

Анна шагнула в темноту.

Не как в сон — как в разрыв. Обстановка вокруг дрогнула, будто соскользнула с петель, и за ней — тишина. Плотная, вязкая. Не вакуум — а отсутствие. Звука, времени, себя.

…И вдруг свет. Не внешний — внутренний. Как будто её сознание развернулось вовнутрь, и теперь всё, что скрыто, — перед глазами. Но не для неё одной.

Где-то по соседству — буквально в другом измерении ощущений — Лея вскрикнула.

— Анна?.. — её голос будто пронзил густой воздух. Но слов никто не услышал. Даже она сама.

В один миг, появилась огромная белая поверхность, уходящая вверх и вниз, как амфитеатр, но без сцены. И в этом пространстве Лея стояла одна. Она узнала это место. Не реальное, но навязчиво знакомое. Она видела его раньше — во снах, в мыслях, в панике.

Перед ней на «стенах» — надписи. Бесконечные фразы. Вопросы. Слова, когда-то сказанные ей. Те, что она пыталась забыть. Обидные, подлые, или… просто те, что ранили, и она не позволила себе признать это.

«Ты слишком чувствительна.»
«Ты всегда слишком громкая.»
«Ты опять не такая.»
«Ты хочешь быть важной?»

Лея схватилась за голову — мысли начали звучать. Громко. Каждая фраза теперь произносилась чужим голосом, как будто перед ней сидели её страхи и читали обвинения вслух.

И в этом аду — один выход. Но чтобы выбраться, ей нужно было выбрать одну надпись, ту, которую она готова стереть навсегда. Однако, это значит — признать, что она в неё поверила.

...А в это время, на другом краю лабиринта — Марина.

Она была в воде. Но не тонула. Просто парила — в темноте, освещённой только отражениями над ней. Зеркала на поверхности дрожали, в них — её собственное лицо. Улыбающееся. Весёлое. Сильное. Но под водой… другая Марина.

Та, что не говорит, когда больно.
Та, что держится, чтобы не быть слабой.
Та, что устала быть «опорой».

И вода тянула её вниз, вглубь, к ядру молчания, которое она годами скрывала за иронией и кофейными кружками. Её испытание — признаться себе, что она не должна быть вечной улыбкой. Что можно быть уязвимой.

Вдруг из глубины потянулась рука. Она не знала, чья. Но в ней — не угроза. А принятие.

Марина закричала — не вслух, а внутри. Вспышка света, и вода исчезла.

Тот дом, где всё начиналось, теперь стал точкой сбора их лабиринтов. Каждого забрало в свою сторону. Пространство видоизменялось и все были… рядом. Но отдельно. Как клетки одного организма, разбегающиеся от боли.

Анна бежала по извивающемуся коридору, стены которого перестраивались. Они менялись, как будто чувствовали её сомнения.

И вдруг — она услышала голос.

— Лея? — выдохнула она. — Это ты?

— Я… не знаю, где я! — голос эхом, но живой.

— Держись! Я что-то чувствую.

И правда — где-то в темноте кто-то двигался. Образы. Люди. Возможно, другие из их группы. Возможно, их отражения.

И где-то в самом центре этого лабиринта — нечто общее, то, что их связало и затянуло.

Но чтобы добраться туда — каждому нужно пройти через себя.

Когда Анна сделала шаг в глянцевый коридор, пространство будто разорвалось — не звуком, а внутренним давлением. В один миг всё вокруг стало невесомым. Мир потянулся — и в следующую секунду она уже не была одна.

Рядом, почти спиной к спине, оказались Лея и Марина.

— …что за… — начала Лея, но замерла. Её голос словно потерял силу, стал будто заглушенным — как во сне, когда кричишь, а звука нет.

Анна резко развернулась:

— Лея? Марина?! Вы…

— Тоже здесь, — кивнула Марина. Она выглядела растерянной, но глаза были сосредоточены. — Мы были у озера. Потом… вспышка. Всё как поплыло. Я слышала какие-то… голоса. Или это была ты?

— Я… нет, — Анна сглотнула. — Я сама не понимаю, что происходит.

Вокруг снова сгустился туман, но уже не влажный и белый, а тяжёлый, цвета пепла. Тени в нём не имели формы, но явно наблюдали.

— Нас пытаются навеять страх, — вдруг тихо сказала Лея, как будто вспомнив нечто. — Это… это что-то, что связано не с миром, а с нами. С нашим внутренним состоянием. Кто-то — или что-то — пытается на нас повлиять.

Перед ними, как из ничего, возникли три кувшина с надписью "Слёзы души".
Но это не жидкость, а кристаллы, которые переливаются и меняют оттенок в зависимости от внутреннего состояния человека.

Анна подошла к первой. Взяла кристалл в руку. Сначала она почувствовала ностальгию — её детство. Комната, покрывало с зайцами. Родители за дверью — и тишина, в которой она пряталась.

Марина тоже подошла к соседнему кувшину. Когда она сжала кристалл, он вспыхнул ярко синим цветом. Её губы дрожали, когда в стекле показался больничный коридор. Женщина в белом халате, проходящая мимо и не замечающая ничего вокруг. Так было всегда — её не слышали, даже когда она кричала внутри.

У Леи открылось нечто странное — сцену из аудитории. Она стояла у доски, а на неё вдруг начал смотреть Алекс.
— Это не просто твоя иллюзия, — прошептал он, сжимая кулаки. — Это предупреждение оставить Анну одну. Я не уверен, что тебе или остальным нужно так рисковать из-за Анны. Это её путь, не твой.
Она осторожно, как бы интуитивно шагнула назад. И провалилась.

...Анна и Марина вновь оказались в коридоре — но теперь Леи не было рядом. Только одна тонкая нить света вела дальше, как нить Ариадны.

Сзади — хруст, словно что-то вырвалось. Тени снова двигались. Ближе. Быстрее.