Слышу Не Я: Инверсия времени

Башня

Факелы вдоль стен замка вспыхнули ярче, когда раздавались их шаги в пустоте. В тот же миг Марина увидела стражей и дрогнула — не снаружи, а изнутри, как будто что-то невидимое вырвалось из грудной клетки, насторожилось, почуяло угрозу.

Анна вздрогнула. Один из стражей шагнул вперёд, молча вытянув руку в её сторону. Другой резко метнулся к Марине, словно не двигался — а перескакивал сквозь пространство, как кадры в испорченной киноплёнке.

— Беги! — выкрикнула Марина, развернувшись вихрем.

Страж ударил копьём в пол, и из трещины вырвался сноп тёмной энергии, будто тень взрывалась. Но Марина уже отпрыгнула в сторону, скользнув под арочным проёмом. Анна замерла на миг, и этого хватило — железные пальцы коснулись её плеча.

Холод, словно её душу на секунду оторвали от тела.

Но голос Марины вернул её:

— АННА! НАЛЕВО, ЖИВО!

Анна сорвалась с места. Обувь скользила по каменному полу, из плит которого поднимались исписанные рунной пылью цепи — они тянулись, пытаясь схватить за ноги. Девушки свернули в один из боковых проходов, обитый старыми щитами и разорванными гобеленами.

Позади — топот без ног. Гул пустых доспехов, в которых не было плоти, но было нечто, что не уставало и не знало страха.

— Сюда! — Марина кинулась через боковой проём — узкий, поросший трещинами. С потолка свисали паутины. Как только они проскочили, Анна хлопнула по стене — и часть свода обрушилась за ними, пыль взметнулась, и грохот сотряс переход.

Но стражи не отстали. Один из них просто прошёл через завал, его броня искрилась от камня, не повреждаясь — потому что была не материальной, а временной проекцией.

Пространство сужалось. Они выбежали в спиральную галерею, где стены искривлялись, как в водовороте. Поворот за поворотом — и пространство начало меняться. Всё казалось в движении. Факелы горели вспять. Картины на стенах показывали будущее, в котором они падают и исчезают.

— Это иллюзия! — крикнула Марина. — Замок пытается нас обмануть, сбить с пути!

Один из щитов на стене внезапно вылетел, как диск, и врезался в колонну рядом — осколки едва не порезали Анну. Позади, будто беззвучным эхом, раздалось металлическое завывание.

Страж ускорился. Один из них телепортировался вперёд — как кусок тени, который вынырнул прямо перед Мариной, протянув руки.

Она упала на колено, резко перекатилась в сторону, а Анна, не задумываясь, ударила его щитом, который сорвала со стены. Огненная синь взвыла, как живое существо, и на мгновение тело стража рассыпалось в пыль, но только чтобы снова собраться позади.

— Вниз! — крикнула Марина.

Они ворвались в полуспущенный зал — пол под ними начал уходить, будто волна прокатилась по камню. Слева — лестница, ведущая куда-то в тень, но с правой башня.
Они влетели в тень — не светлый проход, как надеялись, а спиральный каменный пролом, уходящий вверх. Прокатившись по пыльному полу, девушки вскочили и, почти наощупь, побежали по винтовой лестнице, извивающейся, как позвоночник мёртвого великана.

Факелов не было, но стены слабо светились, как будто их впитанный за века свет не хотел отпускать живых так легко.

Позади раздался удар — глухой, как тяжёлое сердце, и доспехи стражей зазвенели на камнях. Они уже догоняли.

— Быстрее! — Марина потянула Анну за руку, — Сюда! Вон — дверь!

На верхнем уровне лестница обрывалась. Узкий проход вёл в башню, которой раньше здесь не было, возвышалась над остальной частью замка, как одинокий зуб старого зверя. Они вбежали внутрь — и резко захлопнули тяжёлую деревянную дверь, заперев её с внутренней стороны громоздким ржавым засовом.

В наступившей тишине слышался только их сбивчивый, хриплый вдох.

Стражи остановились у подножия лестницы, не поднимаясь выше. Словно… что-то удерживало их.

Анна приложилась лбом к холодному камню. — Они не идут.

— Пока, — сказала Марина, подходя к узкому окну-бойнице.

Они оказались в самой высокой башне замка, окружённой мраком, ветром и... временем, будто сама башня зависла вне его.

Пол башни был усеян пеплом — будто здесь что-то сгорело. В центре стояла невысокая чаша, а над ней — застывший в воздухе кристалл, похожий на слезу.

— Что это… — прошептала Анна, медленно подходя.

— Это место что-то помнит, — произнесла Марина, и её голос вдруг эхом отразился от стен — словно запоздало повторённый шёпот самого замка.

Они были в запечатлённой комнате, оставленной кем-то, кто бежал слишком поздно. Где-то в камне пряталась память, и она начинала оживать.

Анна дотронулась до кристалла — и в голове, как раскат, пронёсся чужой голос:

"Башня времени. Последний бастион памяти. Не нарушай покоя того, кто ещё спит."

Кристалл мигнул. Из чаши поднялся дым, скользящий, как змей. Он вырисовывал образы в воздухе: фигуры, лица, отрывки сцен. Среди них — Алекс. Но не в настоящем, а в каком-то прошлом. Он спорил с незнакомцем. Вдали — Лея, стоящая у арки.

Марина напряглась.

— Это… Это же?

Анна посмотрела, не узнавая. Но знала: да. Это она.

— Почему она стоит рядом с ним? — медленно спросила Марина.

Анна вдруг почувствовала, как внутри что-то сопротивляется — как будто её разум не хочет вспоминать, или ей не дают.

Образы начали искажаться, как мокрые чернила. Но прежде чем исчезнуть, одна из фигур обернулась — и взглянула прямо на них.

Макс.

Он был где-то внизу. Он искал их. Но… он был один. И он видел эти видения — те же образы. И в его взгляде было сомнение. Подозрение. Охлаждение.

Марина быстро отпрянула.

— Он думает, что ты всё это знала. Что ты нас заманила. Что ты с Алексом… — она осеклась.

Анна покачала головой. — Это ловушка. Кто-то… показывает ему ложь. Или не совсем ложь.

— И теперь он пойдёт против нас? — Марина была напряжена, её глаза горели. — Скажи мне, что это не конец. Что ты его остановишь.

Анна шагнула назад, к бойнице. Внизу, на внутреннем дворе замка, тень Макса двигалась через колонны. Он был близко.