Смерть и семь невест, том первый

Глава 9. Туда-сюда

– Адрианис, – Йожа попробовала высвободиться, но железные пальцы стиснули её волосы у затылка, – ты забыл, где в Шестом городе квартал любви находится? Или у тебя нуммиев не хватает? Могу одолжить.

– Рыжая, дерзкая, своевольная, – прохрипел брат, – всегда хотел. Наедине тебя, ехидна, представлял. Прикинь, считал себя извращенцем: сестра ж, типа. А тут оп-па, а нет. Мамашка у тебя потаскуха, оказывается. Папаша, должно быть, расстроился. А я, знаешь, рад.

Он не шутил, Йожа поняла это не сразу. Осознав, рванулась изо всех сил, но брат ловко подставил подножку, девушка споткнулась и упала. Адрианис навалился сверху, вклинивая колено между её бёдер. Поймал губы влажными, скользкими губами, но Йожа увернулась от поцелуя.

– Ты совсем повредился разумом?! – зашипела на него.

Вцепилась в его волосы, отодвигая голову от себя, и с ужасом почувствовала, как орган его вожделения набух и отвердел.

Она всегда видела в нём мальчишку, младшего братика, и только сейчас поняла: девятнадцать – это много. Он был крепок, у него было поджарое мускулистое тело. Он был сильнее. Нахлынула паника, как всегда вызывая злость. Но и злость сейчас была не нужна Йоже.

– Арс, – тихо позвала она, – ты знаешь, что будет, если ты возьмёшь меня силой? Тебя сошлют в Нижний мир. И меня – тоже. Одумайся! Когда я выйду замуж в Первый дом, ты станешь наследником, Адрианис, но если совершишь такое, тебя не пощадят. Такие преступления не прощаются даже сыновьям игемонов.

Он вырвал голову из её рук, правой ладонью смял грудь, зарычал и прижался губами к тонкой шее, жадно целуя.

– Девственница, да? Всё же? – спросил хрипло.

– Да, – Йожа буквально заставила себя выдохнуть это слово. Упёрлась руками в тяжёлую грудь пьяного парня.

– Врёшь.

– Архиатр – свидетель. И он же будет свидетельствовать против тебя.

Брат приподнялся, прищурясь, вгляделся в её лицо. Досада и похоть мешались в голубых глазах, сейчас казавшихся стекляшками. «Пожалуйста, – думала Йожа отчаянно, – пусть страх наказания будет сильнее безумия!».

– А мы по-другому сделаем, – вдруг радостно зашипел Адрианис, – я не буду нарушать твою девственность, циклопы с ней! Переворачивайся.

Что?! Йожа чуть не завопила и не укусила его за нос. Она никогда не думала о таком способе совокупления, но сейчас, здесь, под тяжёлым возбуждённым телом сразу догадалась, о чём он, благо видела обнажённые фигурки в срамных позах на древних вазах и барельефах. Вонзила зубы в нижнюю губу. Зажмурилась. Сильные руки схватили её за плечо, переворачивая…

– Подожди, – Йожа открыла глаза и снова поймала безумный взгляд, подняла руку и погладила безбородую щёку, по которой хотелось ударить от всей души. – Арс, я… Я сама.

– Врёшь?

Она потянулась и, преодолевая подкатывающуюся тошноту, коснулась губами его губ.

– Хочу тебя, – выдохнула в его вонючий от алкоголя рот. – Давно. Ты такой... мужественный и красивый! Сама бы предложила, но не знала как. Ты хорошо придумал. Отпусти, я встану на четвереньки, так тебе будет удобнее.

– Потаскуха всё же, – заулыбался парень радостно. – Всегда знал!

Он поднялся. Йожа села, подтянула подол повыше, обернулась спиной к нему, а потом прямо так, на карачках – рванула вперёд, на бегу распрямляясь луком.

– Тварь! – крикнул Адрианис и бросился за ней.

«Он нагонит меня в ближайшем коридоре, – поняла Йожа, – и там уже никто не…» Она побежала по лестнице наверх, на колоннаду второго этажа, но и там не остановилась. Надежда оставалась лишь на крышу. Там сейчас не было ни слуг, ни спафариев, ни стражи – этот квадрат домуса не был обитаем. На ночь люки закрывались, и охрана перемещалась на периметр, и то – меньшей частью.

Перебежать по крыше, спрыгнуть в другой атриум, более обжитой…

Адрианис схватил её за волосы, Йожа, не оглядываясь, лягнула его и услышала глухой вскрик. Вихрем вынеслась наверх, подошвы заскользили по свинцовым пластинам и…

Недалеко от неё в воздухе парил микрос.

Йожа на миг замерла, бросилась к нему. Острая боль пронзила затылок. Крыша помчалась навстречу, обожгла колени ударом.

– Не так быстро, – процедил Адрианис в бешенстве.

И ударил ногой куда придётся. Йожа вывернулась, вцепилась зубами в его руку и от удара по щеке упала спиной навзничь.

– Ну ничего себе, какие у вас страсти творятся! – раздался позади насмешливый голос.

– Ты ещё кто такой? – рявкнул Адрианис и замер.

– Да перевозчик просто, уважаемых вожу. Туда-сюда. Мах-мах крылышками. Тебе, досточтимая, никуда не надо?

– Надо, – выдохнула Йожа и села, схватившись за щёку. В глазах мутилось, мир плыл.

– Ну так зачем дело стало?

Адрианис наклонил голову, набычившись:

– Вали отсюда, уважаемый, в тартар. Или я тебе почётную свиту ангелов вызову.

Оморфус медленно подошёл, сунув руки в карманы:

– Ты, уважаемый, кто будешь? – спросил небрежно. – А то я не местный, не признал лица-то.

– Проваливай! – прорычал Адрианис, но раньше, чем рявкнул следующую вторую угрозу, согнулся пополам, схватился за голову и охнул от молниеносного удара.

Перевозчик обернулся к замершей Йоже:

– Ну?

Лунный свет заливал его, играл тенями в складках белой блузы. Йожа вскочила и бросилась к микросу, вскарабкалась на борт и обернулась.

И увидела, как ударил брат. Нож просвистел, сверкнув в воздухе. Оморфус уклонился, дослал нападавшего ударом в плечо и, когда тот рухнул лицом в крышу, носком цангиона выбил оружие из руки Адрианиса.

– Охладись, уважаемый, – бросил насмешливое, – тебе полезно.

Бегом кинулся к лодке, сшиб её с крыши домуса и запрыгнул на корму раньше, чем Адрианис добежал до края.

– Я тебя найду! Я тебя из Нижнего мира достану! – орал друнгарий, перегнувшись через парапет.

Оморфус потянул кормило до упора, уводя корабль от стены, наклонился через борт и крикнул весело:

– Ножик с земли достань, уважаемый. А там поглядим.