Смерть и семь невест, том первый

Глава 12. Ты дочь отца

Адрианис всё же поднял флот на поиски сбежавшей сестры – сомнений в этом не было. Йожа вздрогнула, вцепилась в блузу парня.

– Я должна выйти к ним, – произнесла с трудом, не узнавая своего голоса, губы будто заледенели. – Вернись в закуток, я скажу, что ты меня высадил и улетел. Не думаю, что тебя будут искать.

И шагнула вперёд, к проходу между мрамором скамей. Оморфус удержал её.

– Это не было самым мудрым из моих решений, – признался честно. – Можно было догадаться, что, обшарив Тридцатый и Девятый острова, они прилетят сюда. Искать прибежище в храме, что может быть естественнее?

– Девятый?

– Видишь, вон те тёмные паруса? Они почти не заметны, но всмотрись в провалы тьмы между звёздами. По очертаниям можно догадаться, что это корабли ангелов. Ладно, я намазал подошвы мёдом, мне и исправлять.

Она изумлённо глянула на него:

– Что ты имеешь в виду?

Оморфус весело улыбался, и от этой лихой улыбки Йоже стало легче. «Он затащил микрос на берег канала, – вспомнила она, – снял мачты и накинул защитную ткань на корпус. То есть, сверху микрос вряд ли виден…»

– Но стоит только тебе развернуть парус… – задумчиво начла Йожа.

– ... и они нас увидят. Мы не будем разворачивать парусов.

– А как же тогда мы полетим?

– Мы поплывём.

– А потом?

– Доверься мне.

Довериться человеку, которого она узнала сегодня… вчера, то есть? Про которого не знает практически ничего, потому что вино развязало язык ей, а не ему? А какой, собственно, у неё выбор? Только сдаться, пройти ещё один осмотр архиатра и быть запертой в собственной комнате до свадьбы. Ещё, наверное, и спафария у дверей и под окном поставят, отец уж точно не забудет это сделать.

Йожа молча сжала мужскую ладонь.

Оморфус забрал из её рук одеяло, накинул на обоих, надавил на голову девушки, заставив согнуться. И медленно пошёл по одной из теней колонны. Микрос он оставил прямо у самого края канала, чтобы поутру взлетать было легче – полёт небесные корабли обычно начинали с падения откуда-нибудь. Участок, на который не падали тени, беглецы прошли на цыпочках, буквально прокрались, а затем нырнули в спасительную тень от микроса, сверху, наверное, казавшегося холмом или кустом лабиринта.

– Залезай и ляг на дно, – тихо скомандовал перевозчик.

Йожа вскарабкалась по его коленям, по плечам, неприлично задирая юбку, перелезла через борт и воровато оглянулась: корабли снижались, они планировали, точно чайки. Не все, часть по-прежнему оставалась в воздухе.

Красиво!

Девушка бросилась ничком, нырнула под банки на деревянный пайол и замерла. Микрос под ней дрогнул и сдвинулся с места, пополз медленно, отчаянно шурша галькой. Йоже казалось, что шум так громок, что его непременно услышат наверху. Она вжалась лицом в локоть. Сердце билось просто отчаянно.

Чёрный Жребий уже совсем скоро! Дотянуть бы! Дожить и пробиться, встать между других девиц. А там, если повезёт, может быть, цербер её запомнил и… Никто, даже игемоны Великих домов, даже логофет василевса не смогут до завершения жребия забрать одну из девиц.

Чуть не вскрикнула, когда лодка заскользила под собственной тяжестью, ударилась о воду и всплыла, закачавшись. Отчаянно хотелось сдёрнуть ткань и посмотреть: где Оморфус? Увидели ли с кораблей падение микроса в канал? Но Йожа лишь стиснула зубы и пальцы покрепче.

Лодочка накренилась на левый борт, и что-то тяжёлое, мокрое рухнуло рядом, что-то, с чего вода буквально лилась.

– Нас заметили? – тихо спросила Йожа.

– Нет, – он зафыркал, как огромный довольный пёс, и растянулся рядом, под банками. – Берег довольно высок и отбрасывает отличную тень, а дромоны пока не спустились достаточно, чтобы хорошо видеть в темноте.

– Что дальше?

Оморфус обнял её, прижимая так, чтобы она оказалась чуть сверху.

– Попа у досточтимой такая круглая и упругая, – шепнул ей. – М-м-м. Оно того стоило.

– Пну, – пригрозила она так же тихо.

– Чтобы пнуть, нужен размах, а тут тесно для двоих.

Микрос плыл по течению, медленно, чуть покачиваясь. От того, чтобы намокнуть в луже, которая стекала с уважаемого, спасал пайол – деревянный настил на дне. А вот от влаги его одежды не спасало ничего.

– Ты напрасно решил, что я беспомощна. Это временно. Не распускай руки, чтобы потом не собирать зубы по дну.

– Ты – беспомощна? Ты?! Да если двенадцатиголовая гидра окажется с тобой наедине, то бедная, бедная гидра!

Йожа фыркнула и тихо рассмеялась. Лежать на его плече было мягко и тепло.

– И как, по-твоему, я справлюсь с гидрой?

– Завяжешь все её двенадцать шей в узелок.

Это прозвучало очень мило и забавно, но Йожа мысленно заставила себя собраться:

– Они быстро найдут помещение, где остались одеяла и вино. И кубки. И поймут, что мы здесь были.

– Да, но к этому времени мы будем уже на краю. Остров Пиршества не так велик, а течение у канала сильное.

Течение действительно убыстрилось, Йожа чувствовала это. От пережитого потрясения алкогольный дурман развеялся. Голова трещала, но мысли шагали чёткими ангелами. Девушка теснее прижалась к парню, согреваясь:

– А дальше? Повторюсь, стоит тебе лишь поднять паруса… Они белые, их точно увидят с дромонов.

– И я повторюсь: мы не будем ставить паруса. Ты знаешь, где находится Птичий остров?

Йожа повернулась и попыталась заглянуть в его лицо, но из-за накидки, всё ещё скрывающей лодку, лунный свет не попадал внутрь, и ничего не было видно.

– Нет, – вздрогнув всем телом, прошептала она. – Я никогда там не была.

Ей стало жутко.

– Под островом Пиршества, – равнодушно пояснил лодочник. – Он летит снизу Небесного града, и его ось проходит ровно под храмом. Забавно, правда? Но что-то в этом есть.

– А как мы туда попадём без парусов?

– У тебя же отец – водный маг, разве нет? Тебе не составит труда выгнуть водопад каналом и осторожно опустить нас прямо на поверхность Птичьего острова.