Смерть меня не найдёт

Глава 9.

Утро началось с мучительных размышлений о мировой несправедливости. Потому что видение тюрьмы не рассеялось, соседи не перестали играть свой спектакль о приговорённых к смерти узниках королевской тюрьмы, мой завтрак представлял собой невразумительные и пресные варёные злаки, тогда как завтраком безумного соседа стал сочный стейк из моих безумных гастрономических фантазий. Я, полная решимости вообще не общаться после вчерашнего розыгрыша с крысой, сдалась позорно быстро, унюхав аппетитные запахи.

Какое свинство! Если у нас тут буквально общие камеры, то хотя бы с едой могли не обделять.

- Почему вам дают мясо? Это связано с тем, что вы мужчина?

- Нет, – Март посмотрел на меня так, словно я у него снова беспардонно выпросила последний кусок, хотя он уже не предлагал. – Это связано с моим донумом. Обладатели донума постоянно нуждаются в мясной пище, тогда как у других людей нет такой необходимости, и они могут есть то, что захотят. Это право закреплено законодательно и признано одним из основных прав жителей Магра.

Ну надо же, смертные казни направо-налево раздают, зато в меню права человека соблюдают. Это даже трогательно. Небось еще прописана толщина и шелковистость верёвок для повешения – или что-то в этом роде.

- Что такое донум?

- Дар, способность, – недоумение и подозрительность потонули в очередном приступе кашля. – У меня, например, способности к некромантии, как вы смогли убедиться. У кого-то – к целительству, у кого-то – к выращиванию растений, у кого-то – к главенству над огненной стихией, у королевской династии фамильная способность взаимодействовать с водой и воздухом. Их, донумов, много. Вы тоже об этом забыли, лирта..?

- В некотором роде, – я выдохнула, набираясь решимости. – Это так, гм, удивительно, так поразительно, что… а могли бы вы продемонстрировать свои, несомненно, выдающиеся способности ещё раз?

- Как, лирта? Труп вчерашней крысы я выкинул в уборной, кто ж знал, что он вам ещё раз понадобится? Я за ним не полезу, и не просите. Если вы поймаете и убьёте ещё одну, тогда без проблем…

М-да, в логике ему не откажешь.

- А у меня, выходит, донума нет?

- Откуда мне знать, лирта? Но, в действительности, то, что вам нравится моя еда, очень странно и скорее говорит в пользу того, что есть. Только люди обычно знают про свой донум. Очень редко дар открывается в зрелом возрасте, чаще всего – в годы отрочества.

Мне всего-то «две декады» лет, а это уже «зрелые годы»! Тьфу ты.

Волосы отрасли, фигура улучшилась, так ещё и магические способности.

- Вчера ко мне заходил, если не ошибаюсь, следователь. Вы слышали, о чём мы говорили?

- Лирта, – с откровенной жалостью проговорил сосед, откидывая с лица темно-каштановые прядки волос. – Ну, подумайте сами, как я мог слышать разговор королевского следователя при исполнении?! Конечно, нет. Мы же не на рынке. Единственное, что я слышал – слова про пять дней, которые вам остались или что-то в этом роде.

- Но… – господи Боже, кажется, это называется газлайтинг? Я стала жертвой социально-психологического эксперимента, меня выбрали как среднестатистическую одинокую девицу, справившую совершеннолетие. Мать в другом городе, отец и бабушка на кладбище, тётка в Хорватии, мужа, хотя бы даже гражданского, нет. Меня намеренно пытаются свести с ума. Разыгрывают представления, подселили рядом махровых безумцев… Я попаду в психушку, а кто-то защитит диссертацию. Сволочи. – Но он же стоял от вас в двух шагах и говорил в голос!

- Лирт Лигран поставил шумовой порог или какую-то одну из этих штучек, у них полно таких средств в арсенале. Должны же быть какие-то магические спецсредства, на то это и королевская полиция!

- Магические, – кивнула я. – Конечно, конечно, должны быть, я понимаю, разные средства, штучки, да-да, должны быть. Вы только не нервничайте.

Кстати, неплохой довод в работе с психами. Ссылаешься на магию – и всё, никаких контраргументов быть не может. С волками жить – по-волчьи выть. С некромантией вообще здорово придумано – когда убитый муж дамы слева придёт её забирать, проблем не возникнет – она убила, а некроманты подняли.

- Март, а за что вас посадили, если начистоту? Извините, если такие вещи спрашивать не принято, я тут в некотором смысле, первый раз. В тюрьме, то есть.

Март покосился на меня с ноткой недовольства, но всё же снизошёл до ответа.

- У его королевского высочества лирта Тиверна был любимый питомец который соизволил крайне не вовремя издохнуть, – при упоминании "питомца" меня передёрнуло. – Ну и…

- Вы должны были его воскресить?

- Что-то вроде того. Разумеется, поднятые умертвия довольно сильно отличаются от живых существ, это зависит от того, как… ну, неважно. Они уже никогда не будут чувствовать и вести себя как живые, однако ряд функций выполнять могут. Моя задача заключалась в том, чтобы его высочество не заметило пропажи, точнее изменений своего любимца в свой день рождения.

- А он, надо полагать, заметил, – я против воли посочувствовала бедолаге. Для него-то его бред был реальным.

- О, да, ещё как заметил, – горько подтвердил Март. – Весь дворец заметил, весь двор, трудно было не заметить такую подлую тварь. Зверь должен был смирно спать весь день на своей лежанке, а вместо этого устроил форменный цирк, выл, как кварк в брачный период, расцарапал лицо королеве, отгрыз себе хвост и сбежал.

- Вы потеряли контроль? – ну, а что? Я два месяца педагогическую практику в школе проходила, я с шизоидами разговаривать умею.

Март наклонился к решётке, прижался к ней лицом, и я против воли тоже склонилась к нему навстречу. Взгляд сам собой зацепился за тёмные ромбы на висках. Это вовсе не была татуировка или рисунок. Ромбы приподнимались над кожей, блестели, точно вплавленные в кожу… камни. Или всё-таки родимые пятна? Я еле сдержалась, чтобы не потрогать их рукой.

- Я не мог потерять контроль, лирта, это просто немыслимо! Кто-то его перехватил! Кто-то желающий занять моё место или просто желающий мне зла!