Смерть меня не найдёт

Глава 22.

Из сна меня выбросило, как стеклянную бутылку с посланием из морских глубин на песчаный берег.

В комнате царил полумрак. Приятная тяжесть одеяла позволяла смириться с утренней прохладой. Сквозь небольшую щель в плотных, суровых занавесках, глухо закрывающих единственное окно гостиничного номера, ладно, мотеля, подворья, на худой конец постоялого двора, робко пробивались белые лучи Луавы.

Март спал, положив мягкую гладкую щёку на мою ладонь. Каштановые вихры волос прикрывали глаза. И я на пару секундочек замерла, разглядывая его.

Никогда я ещё ни с кем в одной кровати не просыпалась. Любопытно, имелся ли такого рода опыт у лирты Агнессы. Пока что её жизнь для меня загадка.

Руку надо было осторожно вытащить, вылезти из кровати, отправиться совершать необходимые утренние процедуры в тазу с водой, вероятно, ставшей под утро просто ледяной, а потом возвращаться к обдумыванию животрепещущих вопросов, кто виноват и что делать, но я малодушно позволила себе ещё немного полюбоваться умиротворяющей картинкой спящего рядом молодого мужчины.

Вчерашний вечер никак не предвещал такого мирного уютного утра.

Могу авторитетно заявить: стремительно исчезающие в воздухе подушки отрезвляют куда вернее, нежели пощечина, стакан холодной воды, хватание за руки и выкрики "Успокойся! Возьми себя в руки! Что ты творишь!".

Разом успокоившись, я опустилась на кровать, а Март неуверенно подошёл ко мне и присел рядом. Взлохматил волосы.

- Не знаю, что и делать, – неожиданно сказал он. – Единственное, в чём я могу быть уверен, это в том, что мы вместе были в Винзоре. Но дальше... Кто ты? Что произошло в действительности? И чем нам это грозит?

- Ты не обязан со мной возиться, – тихо ответила я, чувствуя, как внутри ворочается холодный и тяжелый каменный змей. – Ничем не обязан.

- Ты мне жизнь спасла. И теперь мы вроде как не чужие друг другу люди. Надо держаться вместе. Просто... – Март заглянул мне в лицо. – Не надо ничего выдумывать. Не обманывай меня. Пожалуйста. Всё сложно и без этого.

- Если бы я сама хоть что-то понимала! – пожаловалась я. – Даже с донумом своим разобраться не могу. Теперь вот без подушки осталась. Интересно, куда она делась. Небось свалилась кому-нибудь на голову. Хорошо бы, лирту Веритосу. Хотя... не сможет ли он так нас выследить?!

Озадаченная этой мыслью, я резко села.

- Никто не отследит. Подушку можешь забрать мою. Угомонись, Агнес... – Март споткнулся на полуслове. – Так как тебя всё-таки называть?

- Можешь чередовать, – мрачно ответила я. – Чтобы не забывать ни то, кем я была, ни то, кем я стала.

Мы переоделись во второй комплект добытой Мартом одежды. Спустились поужинать – угрюмая хозяйка оставила нам две порции картофельной запеканки с мясом. Наконец, Март задул свечу в стеклянном фонаре с толстыми стенками. Зашебуршал рядом, заворачиваясь в своё одеяло.

- Я не вру тебе, – тихонько сказала я темноте. – Просто правда такая... странная. Даже в этом более чем странном мире.

- Расскажи мне тогда о своём мире, – откликнулась темнота голосом Марта. – В нём у людей нет донумов? И магии? А как тогда..?

- Магии нет...

Я говорила и говорила, рассказывая обо всём, что приходило в голову, а потом перевела дух – и услышала ровное мерное дыхание крепко спящего человека рядом.

И отчего-то вместо облегчения почувствовала разочарование.

***

Ильяна косилась на нас хмуро и недовольно. Раз уж на меня идёт облава, надо сидеть тихо и не высовываться, а не шляться по всяческим питейным заведениям в компании её бедового братца. Конечно, по сравнению со мной, Мартен просто агнец божий, то есть, простите, Тиратин. Хоть и был приговорён к смерти, но это же исключительно из-за строгости магрских законов, а вовсе не из-за тяжести содеянного. В отличие от меня Март реликвию государственного масштаба не крал, полиции и жрецам на хвост не наступал и не строил из себя бедного-несчастного, потерявшего память и половину мозга, а также совесть и весь комплект моральных качеств в придачу…

Всё это Ильяна упорно бубнила себе под нос, причём так, чтобы я её слышала, а брат нет. И в своём раздражении и неприятии меня она была настолько искренней, что несколько раз я всерьёз подумывала, что она-то и сдаст меня властям, наплевав даже на единокровного родственника: слишком уж неприязнь велика.

Краска для волос, которую достал-таки Март, оказалась, разумеется, вовсе не краской для волос, коих в этом мире не водилось, а просто стойкими чернилами растительного происхождения. Поскольку опыта покраски я не имела никакого, а мои руки росли явно не из того места, из которого они растут у всяких там парикмахеров, стилистов, художников, портных и прочих одарённых людей, пришлось обращаться за помощью к Марту. В результате мы оба оказались по уши в мелких чёрных пятнах, как щенки далматина, но предательский бирюзовый оттенок всё-таки замаскировали.

Вот для чего нужна магия, если в простейших вещах обычным людям приходится испытывать такие трудности?!

«Сходить куда-нибудь развеяться напоследок» предложил Март, чьё философско-задумчивое настроение с появлением сестрицы испарилось без следа – не ворчать же вдвоём, для баланса кто-то должен и смеяться. Ильяне эта идея по душе не пришлась, и она буравила мою спину гневным негодующим взглядом. От этого я не могла спокойно усидеть на одном месте, буквально подскакивала и подпрыгивала, и упустила тот момент, когда Март подсунул мне на удивление знакомо пахнущий фиолетовый напиток.

- Это что? – мрачно осведомилась я. – Неужели тоже чернила?

- Гораздо лучше! Напиток из черноцвета – помнишь, такие ягодки? Кларисса говорит, ты их ела – только шум стоял!

Охохонюшки. Я нахожусь неизвестно где, в сумасшедшем мире со священными кварками и тараксумами, за мной охотятся король и верховный жрец, до безумия похожая на меня идиотка по имени Агнесса убила человека и украла чёртов фелинос, да что там говорить: в мою честь назван публичный дом!