Смерть в моей голове

Глава 1. Освоение новых страхов

Долго же мы путешествовали. Россия и правда огромная страна, так что мы долго не знали, где конкретно основаться. В итоге мы, проехав несколько тысяч километров, нашли город, в котором проведем, возможно, остатки жизней. Это был Владивосток.

Мне сразу понравилось то, что летом здесь совсем не жарко, дует с моря прохладный ветер, и в воздухе витает запах соли и йода. Конечно, разжиться мы не могли, но ничего, до этого жили намного хуже. Габи помогла нам с Крисом сделать все документы, установить, что мы немцы, и приехали на ПМЖ. Самым сложным было выучить английский и русский языки, потому что на немецком вряд ли кто-то говорит в этой стране. Может, только на начальном уровне. Габриэлла кричала на нас с Крисом так, что мы умирать были готовы от землетрясений, цунами или извержения вулкана.

Да, кстати, прошло-то уже пять лет. Теперь мне шестнадцать. Мы с девушкой посвятили приевшегося попутчика в нашу связь и мои способности, но он не поверил. Теперь он начинал потихоньку соображать, и связано это было с тем, что после всего, что мы прошли, Габриэлла ни капли не изменилась. Вот прям ни на чуточку. Она осталась такой же красивой и такой же опасной. Мы стали ладить лучше, но меня бесило в ней кое-что…

– Эй, малыш! – кричит она мне и смеется. – На пляж идем? Там сейчас хорошо.

– Может, хватит меня называть малышом? – именно это меня раздражает больше всего на свете.

– Вот станешь выглядеть старше меня, тогда подумаю. А так, у нас с тобой огромная разница в возрасте, поэтому, когда ты будешь стариком, я тоже буду тебя так называть. Смирись, малыш, - она снова смеется, а я кидаю в нее тапок.

Живем мы теперь в Центре. Снимать квартиру решился Крис, и она оказалась недешевой. Габи сказала, что поможет с оплатой, если что, но это только тогда, когда мужчина будет неспособен. Ей вообще нравится над ним издеваться.

Вообще мы редко сидим в квартире. Это слишком скучно. Поэтому часто нас Габриэлла тащит к морю, да мы и не против. Только сейчас Криса с нами нет. Он там нашел какую-то работу, из-за которой мы снова когда-нибудь сбежим из страны, но ничего. Мне даже нравится, когда мы хоть куда-то едем. Так мертвецы не успевают до меня добраться со своими байками.

На набережной полно народу, в том числе и подростков, но мне с ними неинтересно. Пусть меня лучше ужалит медуза, но истории Габи я не пропущу. Она действительно знала о нашем мире все, а еще иногда бралась за философию, которая совсем отличалась от нашей. Ее была больше похожа на черный юмор, который, как она говорила, был придуман чуть ли не ею лично. Сомневаться в этом никогда не приходилось.

Пока она снова рассказывала историю (кажется, что-то про Русско-японскую войну) я из рогатки сбил чайку. Камень был острый, не думаю, что птичка жива. Подбежав к так называемой добыче, я хотел взять ее в руку, как вдруг услышал шорох. Вокруг внезапно все пропали, даже Габриэлла. Я не стал брать чайку в руки, а просто решил пройтись по берегу. Он был пустынен, совершенно пуст и…

Тих. Это было просто невозможно. Шорох то прекращался, то нарастал, но я не понимал, где именно, потому что… Он был везде.  Неожиданно послышался треск поленьев в костре. Осмотревшись, я увидел прямо на воде нескольких сидевших людей. Кажется, их было четверо, и все они сидели возле костра, над которым был котелок. Послышались песни. Долго и тупо смотреть не было смысла, поэтому я решил подойти к этой странной компании. Когда я ступил на воду, резко настала ночь. Море поддерживало меня, и я ни разу не провалился. Все было странно. Да, я видел разное за эти шестнадцать лет жизни, но такого – еще ни разу.

Я подошел к мужчинам вплотную и сел в позу лотоса рядом с ними. Они допели какую-то песню и все посмотрели на меня. Они должны были быть мертвыми, раз я их видел, но сейчас я думаю, что они живы.

– Здравствуй, парень, – сказал мне один из них. У него был довольно низкий голос, волосы светлые и растрепанные, глаза дикие голубые. У него были пышные усы и борода, а еще шрам на пол-лица. Интересно, что же это за люди… – Мы давно за тобой наблюдаем.

– Правда? – удивился я. Таких высказываний в свою сторону я еще не получал. – Зачем же?

– Ты ведь видишь мертвых? – спросил уже другой, с элегантной бородкой и усами и длинными черными волосами.

– Ну, раз я вижу вас, то да, пожалуй, я вижу мертвых. Или вы еще не свыклись со смертью? Таких я тоже видел. Но вы, ребята, довольно интересные. На воде вон сидите, песни горланите.

– Так все-таки ты считаешь, что мы мертвы? – спросил уже третий. Удивительно, но все они были с бородой и усами, а еще с дикими глазами. Это новый какой-то этап в моей способности?..

– Если вы живы, то почему я вас вижу?

– Мы не будем тебе ничего объяснять, – проговорил быстро последний и, достав из набедренной повязки нож, встал. – Сдайся сам, или будешь умирать в мучениях.

Страх просто завладел мной… Мог бы я так сказать, но мне было даже весело. Ранить или убить меня им бы не позволила Габриэлла, да и я подставляться бы не стал.

– Спасибо вам за интересный вечер или ночь, не знаю, – сказал я и тоже встал, готовясь уходить или бежать. – Но мне пора. Меня и другие души ждут, так что не будем тратить время друг друга, да?

Один из моих соседей взял меня за руку и провел по ладони острием меча. У меня было к этому деянию несколько вопросов: во-первых, откуда у него меч? Во-вторых, зачем он им провел по моей ладони? И в-третьих, почему они все улыбались?

– Теперь иди, – сказал светловолосый. Похоже, он тут главный. – Мы тебя сами потом найдем, как время будет. Давай. У тебя же там дела были?

– Ага…