Смерть влюбилась в жизнь

0. Он умер

*Смерть влюбилась в жизнь – спин-офф книги «Земля магических аномалий». Это полностью самостоятельная история, рассказывающая про дальнейшую жизнь второстепенного персонажа «аномалий». Мир будет понятен. НО! В этой повести есть много спойлеров, которые рассказывают о событиях и персонажах «аномалий». Поэтому если вы планируете читать обе книги, то стоит начать с «земля магических аномалий». Если вас заинтересовала только «смерть влюбилась в жизнь» – то можете прочитать только ее, вы все поймете.

0. Он умер

Хейли Уильямс накинула капюшон на темные кудрявые волосы и выскользнула из своей комнаты. Ночь дышала в спину, сливаясь с темнотой подземелий. Слабое свечение зачарованных свечей укрывало тревогой, а быстрые шаги поднимали пыль. В руках был тяжелый рюкзак, в нем – то, что она успела наскоро закидать, и почти ничего полезного. Медуза! И на что она надеется? Слабоумие да отвага… Хейли, ты должна быть умнее!
Она остановилась у поворота, прислонилась к стене, слыша шуршание. Папа прав: надо было перебраться на Луорские острова, когда королева Реджина отпускала ее! Уговорить Калеба и уехать… Душа сжалась, разнося боль по венам, в которых текла магия хранителя любви, а отчаяние нахлынуло с новой силой. Последний год она жила словно во сне. Боль сменялась пустотой. Пустота – отчаянием. И ничто не могло помочь разжечь желание жить… Ну, пока орден разума не захватили оставшиеся в живых алхимики и не заставили Хейли поднять зад с кровати и устроить побег.
Хейли осторожно выглянула и облегченно выдохнула – кот. Она поскорее нырнула на лестницу. Сердце яростно стучало о ребра. Столько вылазок на землю магомалий, сражений с аномалиями, но никогда ей еще не было так страшно. Человек – вот самый страшный зверь.
Привычный подъем сожрал все силы в уставшем теле, а страх только помогал одрябшим за год мышцам. Хейли сжала руку, нащупывая меч, скрытый магией, надеясь, что тело еще помнит, как сражаться. Зажмурилась: Реджина и после смерти Калеба предлагала переправу на Луоры к отцу! И отец ее звал… Почему, ну, почему она, глупая, отказалась?!
Хейли медленно, стараясь ступать, как можно тише, вышла в фойе на первом этаже, затаила дыхание, ожидая алхимиков, но все было тихо. Она знала, что они парами стоят у всех выходов, значит, придется лезть через окно. А по дороге еще заскочить в один тайный зал, стащить одну важную книгу… Пф! Ерунда.
Слабоумие и отвага…
Приглушенные голоса заставили Хейли юркнуть за кожаный диван и упасть на пол. Она зажала рот ладонью, слушая, как мимо кто-то проходит, вспоминая наказ новых хозяев здания: высунешь хоть кончик носа за дверь своей спальни – казнь. Хорошо, что Хейли никогда не славилась умением выполнять приказы.
Шаги затихли, Хейли вышла из укрытия и, подняв голову, пошла к лестнице, стараясь не замечать кровь на полу. Большая часть членов ордена разума была на вылазке в Сомниуме, где проходила зачистка обезумевших бездушных. Никогда еще не видел орден такого скопления аномалий, и теперь было ясно, откуда их столько взялось – алхимики пытались выгнать сильнейших из библиотеки, чтобы захватить здание без проблем. Без кровопролития все равно не обошлось. К сожалению.
Хейли и сама не понимала, почему лезет в тайный зал, а не бежит на свободу. Может, помнила, слова Хантер – друга отца – что, узнай алхимики о том, как открыть Врата в хаос, им несдобровать. Слышала уже, что библиотеку захватили именно ради этой книги, где есть столь нужный ответ, а потому брела по темным коридорам и молила хаос о помощи.
Укол острием кинжала в подушечку пальца, и Хейли зашла в тихий и темный зал. По правде, у нее не было туда доступа, но она выпросили у отца разрешение. Тот долго держался, но в итоге сдался.
Хейли щелкнула зачарованной зажигалкой, чтобы зажечь свечу, взяла ее в руку и пошла вдоль стеллажей, заставленных книгами. Тревога понемногу уходила: алхимикам не пробраться в этот зал, значит, она может переночевать здесь, а с первыми лучами солнца отправится в путь. Повезет, она спрячется на судне, которое через два дня, как планировалось, отправится за провизией на Луорские острова. А там она найдет отца и Хантера. И все будет хорошо. Да. План надежен, как любовь хранителя любви! Конечно, все так просто… очень просто…
За окном мелькнула молния. Хейли выругалась, зажмурилась, сдерживая слезы. И ведь сама целый год думала о том, как легко было бы просто умереть, чтобы закончить земные страдания… домечталась.
Хейли присела у камина недалеко от окна. Нервно облизала губы: к этому ящику у нее точно нет доступа. Как же взломать? Задумалась, не будет ли надежнее оставить книгу тут? Кто сказал, что алхимики найдут ее? Нахмурилась: в ордене славится честь, но после пыток многие сдадутся. Значит, она должна украсть книгу и передать отцу и Хантеру: эти двое точно знают, что с ней делать. Вспышка молнии, и она разглядела надпись:
— Я откроюсь тому, кто чист душой, — прочитала Хейли и улыбнулась. Разумеется! Реджина же хранитель любви… Счастье, что и Хейли владеет этой магией.
Хейли порезала ладонь, приложила к дальней стенке, подула, выдыхая магию любви. Воспоминания о Калебе затопили сознание, заволокли глаза слезами, вскрывая все шрамы, что оставила его смерть. Вены зажглись оранжево-красным, показывая проснувшуюся магию, а Хейли не сдержала всхлип. Уронила руку, закусывая щеку, чтобы сдержать вой. Так долго она держалась. Не позволяла себе думать. Вспоминать. Так больно оказалась впустить в себя все, что она решила похоронить вместе с телом любимого. Гвозди вырывались из наскоро сколоченного гроба, где покоилась любовь к ее самому лучшему и близкому другу.
Камни разъехались, позволяя увидеть спрятанную книгу. Она открыла ее, чтобы убедиться, что не ошиблась, едва разглядела сквозь пелену слез исписанные от руки листы. Хлюпнула носом, собираясь с силами, но не успела углубиться в чтение, ведь дверь в зал открылась.
Хейли застыла. Руки вцепились в книгу. Душа рвалась на части.
Она слышала, как кого-то волокли по проходу, приговаривая, что пощадят, если он отдаст книгу хаоса. Этот кто-то рыдал и молил о милосердии, обещая вновь и вновь, что сделает все, о чем его попросят.
Хейли сунула книгу в рюкзак, наскоро нацепила его на спину, сбрасывая зеленый плащ – будет мешаться в джунглях, да и зеленое убранство только в ордене. Распахнула окно и, пока не успела испугаться, вылезла на подоконник. Всего-то второй этаж! Холодный ветер тут же забрался за ребра, замораживая внутренности. Радовало, что гром стих, а дождь прошел стороной. Не радовал дикий, мать его, холод! Главное правило земли магомалий: ночью ищи убежище! Останешься на улице – умрешь.
Выбора не оставалось. Хейли повисла на руках, закрыла глаза, сосчитала до трех, и разжала замерзшие пальцы. Она упала на бок, тут же вскочила. Дала себе пару секунд и рванула к фиолетовым джунглям. Знала, что ее увидели, но прятаться было негде. Запоздало вспомнила, что хотела пробраться на судно, но пирс остался в другой стороне, да и ее уже засекли – теперь остается только Хартбрук и Реджина. Королева точно ей поможет!
Ветки начали хлыстать по щекам, ведь Хейли пересекла кромку джунглей. Она не сбавляла темп, боясь оглядываться: уж лучше не знать, что за ней гонятся алхимики. Она знает, что делать с аномалиями, но вряд ли сумеет убить человека. Ну, только если очень испугается… будет необходимо…
Хейли споткнулась и упала. Уперлась руками в землю, чтобы встать, но застыла, слыша шипение. Не просто так ночью никто не ходит в джунгли, ведь именно после заката просыпается вся живность, что погибла во время взрыва.
— Луна… — прошептала Хейли, надеясь, что муза одиночества поблизости. Только бы услышала, пришла, помогла! — Луна!
Хейли села, заорала, что было сил, а ее ноги опутывали змеи. Она пыталась их стряхнуть, но те лишь сильнее сдавливали ноги, обвивали руки. Первый паук спустился ей на голову. Она заорала, что было сил, сгорая от ужаса – она и обычных пауков боится, а тут аномальные! Больше в три, а некоторые в пять раз, с клыками, что жалят, словно огнем.
Перед глазами все поплыло: яд начал распространяться по организму. Змеи сжимали все сильнее, а Хейли нашла в себе остатки сил, чтобы еще раз позвать Луну. Она забыла про меч. (И как бы он помог избавиться от пауков?) Забыла, куда шла и от кого бежала. Остались только боль, жар и дикий страх, что сжимал горло не хуже змей…
Яркий луч света, и дышать стало чуть легче. Хейли упала, делая судорожные вздохи. Мир вертелся, кружился, тело словно растягивали в разные стороны, а органы выворачивали наизнанку.
— Твою мать… — услышала она тихое ругательство, а потом оторвалась от земли.
Хейли летела. Парила… ох нет, это кто-то нес ее на руках... Или нет…
Она не заметила, как вновь оказалась на земле. Или не на земле…
— Ну же! — яростный крик вернул ее в реальность на доли секунды, но этого хватило, чтобы она поняла, что кто-то сует ей пальцы в рот. Она хотела сопротивляться, но не могла контролировать тело. Рвота огненной лавой вырвалась из горла, опалила весь рот, но туман рассеивался, позволяя хоть немного соображать. — А теперь в палатку.
Кто-то затащил Хейли в палатку и бесцеремонно стащил с нее рубашку. Она замямлила, понимая, что человек не остановился и уже вовсю избавлял ее от брюк.
— Эй…
— Как я укусы должен промыть?! — рыкнул человек, а Хейли вдруг осознала, что это мужчина. Вроде даже красивый… да, определено, ничего так…
— Тошнит… — просипела она, поворачиваясь на бок. Мужчина едва успел сунуть ей в руки миску, когда ее снова вырвало. Слезы покатились по щекам, кашель не успокаивался, раздирая и так обожженное горло.
Мужчина грубо уложил ее на спину, шершавая ладонь вцепилась в грудь, не давая встать.
— Ты умрешь, если я не промою раны, — процедил он, ловя ее взгляд. Хейли обмякла, вспоминая про пауков. Ядовитых пауков… вот же влипла!
Она стонала, пока мужчина вытягивал яд из каждой раны магией. Смирно лежала, пока он втирал мазь, заставляя боль немного утихнуть. Туман в голове рассеивался, позволяя осознать ситуацию: она абсолютно голая – паршивец даже трусы с нее снял! – лежала в палатке посреди джунглей. Какой-то мужчина спас ее от пауков и змей, а теперь обрабатывал раны. Она пыталась разглядеть метку на его запястье, но зрение все еще не пришло в норму.
А если он алхимик? Тогда почему он в палатке? Зачем он ее спас?
Вопросы кружили в голове, но язык онемел, а потому она молчала, щурясь, чтобы разглядеть своего спасителя. Темные короткие волосы с аккуратными завитками, что едва прятали уши. Четко-выраженные скулы. Небольшие черные глаза, за которым таилась сама ночь. Щетина. Мускулистый и крупный, с таким драться будет сложно, но возможно в нечестном поединке, хоть в ордене и научили, что главнее чести ничего нет.
Тени падали на его лицо, делая еще суровее. Зато от огоньков зачарованных свеч глаза блестели. Недовольные, злые, но все же такие живые. Закончив, он устало зачесал упавшие на лицо пряди, вздохнул так тяжело, словно на его плечи свалили всю тяжесть мира.
— И на кой ночью в джунгли поперлась? — спросил он явно сам себя, ведь Хейли была в состоянии только стонать. Грубо повернул ее, чтобы разглядеть плечо, на котором красовалось клеймо ордена разума. — А, все ясно. Слабоумие и отвага – это же ваш девиз.
— Я… да… ты… пшшшш… ты! — Хейли хотела послать наглеца, но язык прилип к небу, а сон вдруг пригвоздил к месту.
— Завтра поблагодаришь, солнце, — пробурчал мужчина и коснулся вены на ее шее. — А пока поспи.