Смерть за моей спиной

Глава 9. Скелеты в шкафу.

Армида

Вопреки своим словам о том, что уедет на рассвете, Арон все-таки пошел на осенний бал со мной и Аркадией. Я была так счастлива. Мы, пусть и на один вечер, будем вместе!

Сам бал стоял перед глазами неясными пятнами. Никогда не любила толпу. Хотя встретиться с многими очень хотела. Больше всех мне запомнилась принцесса Эвелин. До встречи с ней я думала, что ее происхождение - это ложь, но она и впрямь оказалась человеком. Поражало в ней даже не это: все видели ее танец. Даже Арон, обычно сдержанный и мало эмоциональный, сказал, что она прекрасна.

Эвелин мне понравилась. Мне не удалось с ней пообщаться, поскольку Аркадия вышла из себя… Аркадия совсем перестала себя контролировать. Говорить такое королю Содома!

Не могу поверить, что мы опять поругались! После смерти родителей и Арианы это происходит часто. Мы ругались почти каждый день. Особенно, если речь заходила о сестре.

Во дворце было принято молчать о ней, но я так не могу. Это выше меня. Ари даже не похоронили. Ее тело так и не нашли. Говорят, что ее просто разорвали бунтовщики… Даже представлять это страшно.

Главный дворец Гоморры с тех пор объят мраком. Я помню, как здесь было хорошо, как коридоры и залы были наполнены светом и смехом. Я помню счастье. Я помню маму.

Моя родная мать, королева Флорина, умерла от тяжелой болезни. Врачи говорили, что ей нельзя рожать меня, что это ее убьет, но она выбрала меня. Я появилась на свет, и меньше, чем через полгода, мама умерла. Затем отец привел в наш дом Ари и Изабеллу. Сестре тогда было около года. Отец вновь женился. Он дал моей сестре новое имя, чтобы признать ее законнорожденной.

Мне было всего полгода, Арону - восемь, Аркадии – одиннадцать. Другой матери я не знала. Королева Изабелла стала для меня ею.

С Ароном и Аркадией дела обстояли сложнее, особенно с сестрой. Аркадия прекрасно все понимала, и невзлюбила новую королеву с самого начала, но ее никто не осуждал. Она имела полное право злиться.

Изабелла была прекрасной королевой и любящей матерью. Она всех детей любила в равной степени, не выделяя даже Ариану – родную дочь. Арон изначально отнесся к маме с осторожностью, но после и он сдался. За пять лет, что мама провела с нами, ее полюбили все, кроме Аркадии. Она вбила себе в голову, что наша родная мать умерла из-за того, что знала о любовнице отца.

Сейчас Аркадия запрещает говорить о маме. Теперь это закон. По поводу сестры таких жестких ограничений нет, но никто не рискует, и теперь об Ариане при королеве не говорят.

Я вышла в сад. Когда-то он был зеленым и цветущим. Сегодня небо закрыто грозовыми тучами, дует сильный ветер. Желтые листья хрустят под ногами. Я подхожу к фонтану и сажусь на край. Воду в нем еще не отключили. В детстве я часто играла здесь.

Статуя на фонтане изображала девушку. По ее телу струилось волнами платье. Папа велел построить этот фонтан для своей второй жены. Я часто прихожу сюда, ведь эта статуя – все, что осталось от мамы. Аркадия не стала уничтожать этот сад. Она просто игнорирует его существование: никто не ухаживает за ним, и природа делает все сама.

Я не позволю сестре забрать у меня эту статую. Ведь только так я не забуду маму. Только так не сойду с ума.

-Армида…-голос брата оторвал меня от матери.

-Арон, - я повернулась к нему и кивнула, затем снова вернулась к статуе, - что ты здесь делаешь?

-Искал тебя. Как я уже говорил до этого, я уезжаю. Пора прощаться. – Он подошел ко мне сзади и обнял.

Я не стала поворачиваться к брату – не хотела, чтобы он увидел мои слезы. Они текли по щекам, затем падали и сливались с водой.

-Арон, я так не могу, - прошептала я, но так и не повернулась, - я не хочу. Во что превратилась наша семья? Где ты? Где Аркадия? Где мы все? Почему это происходит снова и снова? – Миллионы вопросов сыплются через спину, но все они летят в воздух – он не ответит на них. – Мы уже не семья. Мы как посторонние, - я все же поворачиваюсь к нему, - мне больно, Арон.

-Прости…-это все, что он сказал.

После одного-единственного слова Арон просто ушел. Он снова бросил меня. Я опустила глаза в отражение в воде, посмотрела на свое отражение, затем резко поднялась. Мне нужно успокоиться.

Иду на конюшню. Скорость – единственное, что сейчас меня спасет, что поможет не думать.

***

Аркадия

-Я сказала то, что хотела сказать, - я многозначительно посмотрела на брата, - здесь я королева, и не тебе меня попрекать, тем более, при посторонних.

-Ты не должна была это говорить, - Арон послал мне такой же взгляд, - если бы король приказал нас убить? Ты об этом не думала? Устранил бы проблему в корне – дело с концом!

-Он бы не сделал этого, и ты это знаешь. Можешь идти – разговор окончен. Тебе нужно собираться.

Арон не ответил, лишь склонился и, развернувшись, вышел.

Я королева, а мне указывает младший брат! Совсем страх потеряли.

Этот бал совсем вывел меня из себя. Да и принцесса эта. Как ее – Эвелика? Эллина? Эвелина? Точно. Эвелин! Какая ирония! Снова человек! Они преследуют меня? От двух сук избавилась – появилась третья?