Смерть желает отдохнуть!

ГЛАВА VII

Я ВИДЕЛА ТЕБЯ ВО СНАХ
°°°Морра°°°

Густая чёрная кровь тонкими дорожками стекала с рук. Смотрела и не могла понять одного: откуда эта кровь?

Обернувшись, заметила, что нахожусь в старой, потрёпанной временем комнате с единственным узким окошком над потолком. Взгляд сразу уловил чьё-то неподвижное тело. Это лежал на грязной, прикреплённой к стене койке старик. Он смотрел на меня из под густых белых бровей усталыми глазами. Он явно здесь уже не первый день. Хоть и не чувствовала запаха, знала, что от старого и давно немытого тела исходит зловоние. Болезнь окончательно съела его, поэтому старика уже все давно покинули, оставив умирать. Он никому не нужен. Только и ждут его кончины — чтобы похоронить обузу. Избавится поскорее.

Я спокойно смотрела на него, нависая над немощным телом. Дряхлая рука немного приподнялась и потянулась в мою сторону. Я сделала шаг назад, избегая нежелательного прикосновения.

«Ты… ты меня убила», — обиженно прошептал седовласый старец. «Нет, не я», — попыталась оправдаться. «Это не я, — снова воскликнула, — не может быть!»

Неожиданно раздался стук. Глухой, тяжёлый. Кто-то агрессивно стучал в единственную дверь.

«Вы уже его убили, — услышала голос, — нам нужно освободить комнату». — «Я не убиваю людей». — «Хватит врать!..»

Снова стук.

Я резко подскочила с кровати и оглядела свою спальню. Всё, как и прежде.

Это был всего лишь СОН, кошмар. Видимо, за последние дни я очень распереживалась, вот и снится что ни попадя.

Рядом недовольно засопел Люцифер. Вот уж кому точно кошмары не снятся. Жирный кот довольно почесал лапой большое пузо и перевернулся на другой бок, однако не проснулся.

— Войди, — приказала я. В дверях появился Адриан, вид у него был слегка взволнованный.

— Госпожа, вы говорили во сне. Кошмар?

— Да, что-то в этом роде, — Вытерла рукавом пот со лба. — Что случилось, зачем разбудил? Воскресенский приехал?

— К вам гости, — подтвердил он.

Вот как, неужели и девчонку привёл… Ну что ж, оно и к лучшему.

Не стала переодеваться. Прямо так, в пижаме, направилась в малую гостиную. В ту самую, где два дня назад принимала Михаила Воскресенского. Надеюсь парни вычистили кресло от шоколада, иначе мне придется сидеть на полу, так как другие два кресла займут гости. 

В комнату вошла в сопровождении Адриана, Евангелиан уже ждал нас в компании Михаила и… Веры. Так, кажется, её зовут.

Девочка восторженно охнула, подскочила с места и побежала в мою сторону. От неожиданности не сразу среагировала, поэтому тёплое детское тельце с силой врезалось в меня и обвило талию тонкими ручонками. Её лицо уткнулось между грудей и слегка потёрлось об них.

Запоздало опомнилась и попыталась разжать объятия, но каждый раз, как отводила её руки, она снова цеплялась за меня. Вот настырный ребёнок!

— А вот и ты! Я тебя видела во снах! — закричала девочка. — Теперь не отпущу!

Если мне ещё было терпимо столь непривычное поведение, то вот Евангелиану явно не понравились наши нежности. Пускай не подавал виду, однако я со своим чутким слухом уловила едва заметный рык недовольства.

— Госпожа, убрать её? — спросил он.

— Не стоит, это всё же ребёнок.

Парень недовольно фыркнул.

Сесть пришлось вдвоём на одно кресло. Точнее я села, а она нагло уселась на мои бёдра, ещё и одной рукой обвила мою шею, а другой схватилась за рукав пижамы. Словно боясь, что убегу.

Рядом сидел, закинув ногу на ногу, Воскресенский. Он пристально следил за нами, и, судя по угрюмому виду, его что-то явно злит. Воцарилось недолгое молчание, разрушенное недовольным голосом мужчины, обращённым ко мне:

— Ты могла бы приказать этим двоим покинуть ненадолго нас? — он жестом указал на искусственно созданных. — Я бы хотел с тобой поговорить наедине. — Слово «наедине» он особо выделил интонацией, что весьма не понравилось парням.

— Конечно, могу, хоть это и бессмысленно. У нас нет секретов. — Белоголовым слова госпожи пришлись весьма по душе, они даже позволили себе довольно улыбнуться, что весьма редкое явление для этих двоих.

Братья не заставили себя долго ждать — без лишних слов покинули комнату, аккуратно закрыв за собой дверь. Я ещё долго слышала их отделяющиеся шаги. Видимо, они решили отойти подальше, чтобы ненароком не услышать наш разговор. Даже в такой мелочи — они безупречны.

— Ну что, — обратилась к мужчине, — о чём таком важном ты хотел поговорить?

— Хотел бы узнать подробности вашего знакомства, — он взглядом указал на девочку, что сейчас прижалась к моей груди. — И ещё нужно решить, что с ней делать дальше. Всё таки она пережила такой кошмар. Я бы хотел отправить её к близким, однако ближайшие родственники заграницей. Конечно, ещё Вера нуждается в помощи психолога. Мне кажется…

Вера, до этого внимательно слушавшая Михаила, заёрзала и недовольно зашипела, словно маленький котёнок.

— Знаешь что, дурак, у меня всё с головой в порядке! И не нужен мне никакой психолог, — запротестовала она.

Мужчина недовольно нахмурился.

— Я всё же настаиваю на помощи специалиста.

Девочка сжала правую ладонь в кулак и угрожающе помахала им. До Воскресенского угроза явно дошла, он аж в лице переменился. Ну конечно, не часто маленькая девочка угрожает взрослому мужику, да ещё к тому же своему спасителю.

Аккуратно отвела в сторону крохотный кулачок Веры и улыбнулась мужчине. Меня эта ситуация только забавляла.

— Не стоит сориться, — попросила их.

— Но как же, если все эти фантазии на счёт снов только набирают обороты? Необходимо…

— Михаил, — перебила его. При звуке своего имени он замер, словно в нерешительности. Мне показалось, или его уши покраснели? — По этому поводу она точно не нуждается в психологе. А насчёт фантазий… то это никакие не фантазии, а особый дар, присущий очень маленькому проценту людей.

Воскресенский, казалось, был в ступоре. Не каждый день такое услышишь, тем более от человека, которого ты считал нормальным.