Смертельная Вечеринка

Глава 18. Мое "небольшое" обещание.

Очнулась от пронизывающего холода, сковавшего тело. Каменная плита под щекой казалась невыносимо ледяной. Голова раскалывалась на части, словно внутри взорвалась граната. Каждая пульсация в висках отдавалась острой, режущей болью, словно тысячи иголок вонзались в меня. Малейшее движение вызывало тошноту и головокружение.

Приоткрыв глаза, я с трудом сфокусировала зрение. Незнакомое помещение, залитое тусклым, неживым светом. Голые стены, бетонный пол, и… камеры видеонаблюдения. Они смотрели на меня, словно бездушные глаза, фиксируя каждое движение. Медленно приподнявшись, я поняла, что нахожусь в комнате. В комнате Тамады.

Собрав остатки сил, я поднялась на ноги. Ноги подкашивались, и меня шатало, как тростинку на ветру. Ощущение дезориентации было полным.

Превозмогая боль, я поплелась к двери. Холод металла обжег ладонь, когда я схватилась за ручку. Но дверь не поддалась. Дернула сильнее, потом еще раз… Безуспешно. Заперто. Черт!

Ощущение безысходности сдавило горло. Я огляделась в поисках хоть какой-то зацепки, хоть какого-то намека на выход. И тогда я увидела его. Огромный монитор, занимавший почти всю стену. На нем в режиме реального времени транслировались изображения с камер наблюдения, расставленных по всему отелю.

Я прильнула к экрану, завороженно наблюдая за разворачивающейся картиной. Вот холл, ресепшн, коридоры… Вот комнаты, где еще недавно мы скрывались от преследования. И вот… смерть. На экране мелькали жуткие сцены насилия, запечатлённые бесстрастным взглядом камеры.

Но самое ужасное было в другом. Я увидела их. Всех. Хенсуна, Кванхё, Ёнхи, Чанхо и несчастную Минджин. Они были заперты в какой-то просторной комнате, обставленной как гостиная. Минджин, как всегда, плакала, уткнувшись лицом в колени. Остальные выглядели растерянными и испуганными.

Камеры звука не записывали, но я понимала. Я чувствовала это нутром. Они находятся в какой-то игре. В смертельной игре Тамады.

Паника захлестнула меня с новой силой. Я должна что-то сделать! Я должна их спасти! Но как?

В отчаянии я начала хаотично дергать каждую кнопку возле монитора, нажимать на непонятные переключатели и вертеть какие-то тумблеры. Это был беспорядочный, бессмысленный набор действий, продиктованный одним лишь желанием, хоть как-то повлиять на ситуацию.

И, кажется… это сработало.

Внезапно дверь в мою комнату щёлкнула и открылась. Одновременно с этим экраны мониторов погасли, погрузив помещение в еще больший полумрак. И, наконец, свет. Свет стал намного ярче, будто кто-то включил дополнительное освещение.

Все камеры выключились. Наступила тишина. Зловещая, давящая тишина, нарушаемая лишь моим прерывистым дыханием.

Я стояла посреди темной комнаты, оглушенная внезапной тишиной и пустотой экранов. Что теперь? Что делать дальше? Я освободилась из заточения, но цена свободы – это неизвестность? Впереди, только мрак и опасность. Но я должна идти. Ради них. Ради тех, кто все еще заперт в этой смертельной игре.

Выйдя из комнаты, я словно очнулась от кошмарного сна. Шок от случившегося еще не отпустил, но что-то изменилось. Страх, сковывавший меня все это время, немного отступил, уступив место... Чему-то новому. Интересу? Решимости? Не знаю.

Я не бежала, как ожидала бы от себя еще несколько часов назад. Я спокойно, размеренно шла к лифту. Каждый шаг отдавался гулким эхом в пустом коридоре. Освещение… Да, освещение играло свою роль. Яркий, но в то же время мягкий свет заполнил пространство, стирая ощущение заброшенности и уныния.

Теперь мне казалось, что я не в каком-то прогнившем, забытом богом отеле, а наоборот, в живом, функционирующем месте. Как будто здесь есть жизнь. Как будто кто-то здесь… ждет.

Подойдя к лифту, я нажала кнопку первого этажа. Движение вниз показалось бесконечно долгим. Каждый рывок и скрип старого механизма отдавался нервным трепетом в груди.

Первый этаж. Выйдя из лифта, я осторожно огляделась. Ни души. Полная тишина. Лишь слабый гул работающей системы вентиляции нарушал зловещее спокойствие.

Обойдя весь этаж, я не встретила ни одного человека. Только пустые коридоры, залитые ярким светом. Решив немного передохнуть, я зашла в тот небольшой ресторанчик, который заметила еще вчера.

Внутри, все блестело. Полированные столешницы, начищенные до зеркального блеска бокалы, серебряные приборы, расставленные с безукоризненной точностью. Красные скатерти из дорогого бархата контрастировали с темным дубом мебели. Дорогие стулья с изящной обивкой приглашали присесть и отдохнуть.

Но самое поразительное, стены. Они были оформлены в темно-вишневом стиле и украшены множеством картин. На них были изображены пейзажи, моего города. Ночной, дневной и утренний. Улицы, которые были мне знакомы до боли, дома, в которых я жила. Все было до мельчайших деталей. Как будто кто-то тщательно изучил мою жизнь и воссоздал ее в этом странном, зловещем месте.

В конце зала я заметила дверь, ведущую, как я предположила, на кухню. Сердце забилось чаще. Кухня! Значит, здесь должна быть еда. Теперь я точно не умру здесь с голоду.

Мои надежды оправдались. За дверью открылась просторная кухня, сверкающая чистотой и порядком. В огромном холодильнике, источавшем приятный холодок, лежали продукты. Овощи, фрукты, мясо, молочные продукты... Все выглядело свежим и аппетитным. Но самое удивительное, у всех продуктов был нормальный срок годности. Как будто их только что привезли.

Это явно не вязалось с образом заброшенного отеля. Кто и зачем поддерживал здесь порядок? Кто следил за сроком годности продуктов?

Я вышла из ресторана и снова вернулась на стойку ресепшена. В этот раз я решила испытать свою удачу. Подойдя к главному входу с масштабной дверью, я решилась открыть ее. Свобода казалась такой близкой.

Но дверь не поддалась. Я дергала ручку изо всех сил, но замок оставался неподвижным. И только сейчас, вглядевшись в конструкцию, я заметила одну странность. Изнутри дверь не закрывается. То есть, замок был снаружи. Как будто кто-то намеренно запер дверь снаружи, не давая никому выйти. Как будто должно быть с точностью до наоборот, но не в этот раз.

Разочарование нахлынуло с новой силой. Я упустила еще один шанс на спасение. Устало опустив плечи, я отвернулась от двери и, покинув первый этаж, поднялась на второй. Надежда таяла с каждым шагом.