Смертельная Вечеринка

Глава 19. Разорванный сценарий.

Я выложила все карты на стол. Рассказала все, абсолютно все. От грехов, до оружия, которое я нашла в подвале. Информацию было тяжело принять, она с трудом просачивалась сквозь броню неверия и страха, но им пришлось смириться с реальностью. Мы заперты здесь. Это наша клетка. Моя клетка. И пока я не пойму, какой грех держит меня в этой ловушке, в чем моя вина, навряд ли я выберусь отсюда…

Все сидели в тягостной тишине, переваривая услышанное. Казалось, что вот-вот должна была начаться третья игра, но я, своей выходкой с камерами, поломала его планы, нарушила сценарий. И, словно в подтверждение моих мыслей, зловещий голос Тамады снова раздался из телевизора, висящего в углу зала.

— Поскольку вы так любезно помешали мне провести третью игру, перейдем сразу к четвертой. — Голос Тамады звучал насмешливо и холодно, словно лезвие ножа, скользящее по кости. — Дверь, как вы заметили, опять закрыта. Попытки сбежать, как и прежде, будут бесполезны. — Он сделал короткую паузу, давая нам время осознать безвыходность ситуации. — Правила максимально просты. Каждый из вас должен указать пальцем на одного человека. Зачем? Узнаете позже. Когда все укажут на выбранную жертву, я раскрою вам правила этой, занимательной игры. У вас тридцать секунд на раздумья. Удачи, Хенсу.

Телевизор погас, оставив нас в еще большей растерянности. Что это значит? Просто ткнуть пальцем? На кого и зачем? Какую цель преследует Тамада?

В зале поднялся тихий гул. Все начали переговариваться между собой, обсуждая странное задание и пытаясь понять его смысл.

— На кого ты собираешься указать? — Шепнула мне Минджин, ее глаза были полны страха.

— Я не знаю, — ответила я честно. — Я вообще ничего не понимаю.

— Может, это какой-то тест на доверие? — предположил Кванхе. — Типа, кого мы меньше всего доверяем? Если это так, то я точно знаю, на кого укажу. — Проворчал Кванхе, злобно глядя на Хенсуна.

— Ладно, указывай на меня, только скажи причину. — Отстранено сказал Хенсун.

— А ты бы смог простить такое? — огрызнулся Кванхе.

— Какое "такое"?

— Стоп! — Крикнула я, пытаясь остановить разгорающийся конфликт. — Это не имеет значения. Мы не должны поддаваться на его провокации.

— А что мы должны делать? — Спросила Минджин, ее голос дрожал. — Просто сидеть и ждать, пока он решит, как нас убить?

— Нет, — ответила я. — Мы должны подумать. Мы должны понять, что он задумал.

— Времени почти нет, — напомнил Кванхё, отсчитывая секунды. — Уже через двадцать секунд, мы должны сделать свой выбор.

Наступила напряженная тишина. Все погрузились в свои мысли, пытаясь найти хоть какой-то ответ. Я оглядела каждого из них, пытаясь понять, кто может стать следующей жертвой. Кто из нас совершил самый большой грех? Кто заслуживает смерти?

Но я не могла найти ответа. Все мы были виноваты в чем-то. Все мы совершали ошибки. И все мы заслуживали шанса на искупление.

Оставалось десять секунд. Мое сердце бешено колотилось в груди. Я должна была принять решение. Но как? На кого указать?

Пять…
Четыре…
Три…
Два…
Один…

Палец дрогнул и указал. На Чанхо. Я его ненавидела всей душой. Да, я знала, что на это нет особо весомых причин, что это глупо и мелочно, но я не могла с собой совладать. Ненавидела за то, что убил Суми. Пусть я и не знала эту девушку, но все равно. Он совершил преступление, и своей гордостью, своим надменным видом, только завершал эту отвратительную картину.

Тамада снова заговорил, его голос просочился в сознание, но я его не слушала. Слова казались бессмысленным фоном. Я смотрела на пальцы. Считала, кто на кого указал. Четыре пальца указывали на меня. Хенсун… На Хенсуна указывал только Кванхё. Чанхо… И Джеффри? Вроде его так звали. Он все время молчал, и оттого я его почти не замечала. Иностранец… Заблудшая душа в этом аду.

— Чанхо, Кванхё и Хенсу, пройдите в комнату смерти номер 379.

Ужас сковал меня с ног до головы. Я с трудом перевела взгляд на Хенсуна. Но… вместо Хенсуна… Кванхё? Что-то пошло не так. Что-то сломалось в его грязной игре.

Я судорожно посмотрела на остальных. Я увидела, как Чанхо, Ичхан, Джеффри и Ёнха указали на меня. Четыре смертных приговора. Но почему? Что я сделала?

Хенсун, Минджин и я указали на Чанхо. Три голоса против одного убийцы. И на Хенсуна, как и ожидалось, только один палец, от Кванхё…

— Если Кванхё считает, что в комнату смерти должен идти Хенсун, то пусть сам в нее пройдет. — Голос Тамады звучал довольным, почти ликующим. Я чувствовала, как он улыбается через экран телевизора, наслаждаясь нашей болью, нашим страхом.

Кванхё вздрогнул. В его глазах отразился ужас, отчаяние и, самое главное, осознание. Он понял, что попал в ловушку. Что Тамада манипулировал им, использовал его ненависть как оружие.

— Нет, Нет! Я не пойду! — Прокричал Кванхё, отступая назад.

— К сожалению, у тебя нет выбора. — Ответил Тамада. — Правила есть правила. И если вы не подчинитесь, пострадают все.

В зале воцарилась зловещая тишина. Все понимали, что произойдет, если Кванхё откажется идти в комнату смерти. Тамада не остановится ни перед чем, чтобы заставить нас подчиниться.

Я посмотрела на Кванхё. В его глазах был мольба о помощи. Но я ничего не могла сделать. Никто из нас не мог. Мы были пешками в его жестокой игре.

Кванхё, закрыв глаза, глубоко вздохнул. Он принял свою судьбу.

— Ладно, — сказал он тихо. — Пошлите.

С этими словами он медленно двинулся к двери. Но перед тем, как выйти из зала, он остановился и посмотрел на Хенсуна.

— Прости меня. — Сказал он. — Я был не прав.

Хенсун молча кивнул. Мы вышли из зала. Дверь за нами захлопнулась с оглушительным лязгом.