Смертельный договор. Пункт 3

Глава 9

После сумрака коридора вечернее солнце казалось ослепляющим. Не сразу удалось рассмотреть окружающую обстановку. Да что там, я, сморгнув невольно выступившие на глаза слёзы, чуть не оступилась, и только в последний момент успела почувствовать под ногами пустоту. Как-то не ожидала я такого подвоха от дома, в котором одни старики и живут.

- Почему крыльцо такое? – удивилась я.

Разве удобно пользоваться такой лестницей? Узкие высокие ступеньки буквально убегали из-под ног. Да даже моя миниатюрная ступня еле помещалась. А крыльцо с этой стороны дома было отнюдь не декоративным. Метра полтора до земли. И не перил, не нормальной ширины.

- Так всегда строили, - пожал мой спутник плечами, с насмешкой наблюдавший за мной снизу. – А ремонт в усадьбе, как я уже говорил, давно не производился.

Я, собственно, и не ожидала ответа. Но можно было сарказм и притушить, или вообще крыльцо поменять.

- Да, да, я помню. Не спорю, что ремонт и дизайнерские решения в моей родовой усадьбе заслуживают отдельного обсуждения, но мы, кажется, отвлеклись от темы, Илья Антонович, - приняв невозмутимый вид и напустив холода в голоса, напомнила я.

И зашагала вперёд, не дожидаясь ответа. В конце концов, это действительно моя усадьба, и напомнить об этом факте точно не лишнее. Да и осмотреться не мешало бы. Хотя последнее скорее факультативно, основная цель нашего пребывания находилась где-то под землёй. И думается мне, что вход к источнику надо искать из дома.

Ну что сказать, в отличие от парадной стороны усадьбы, задним двором точно пользовались, и, как ни странно, но он занимал гораздо большую площадь, чем роща и кусок луга перед главным входом. Это от ворот, через которые мы зашли казалось, что в центре круга, очерченного бетонными плитами, была только роща. Но нет, под небольшим уклоном в сторону забора тянулось небольшое, но крайне нелепое хозяйство.

Не было тут запустения, но это скорее производило гнетущее впечатление. За двором следили: его и чинили, и убирали. И, по всей видимости, главным критерием всех работ была голая функциональность. Ни о каком стилистическом единстве речь в итоге не шла.

Были здесь и колодца каменной кладки с длинным воротом. Были и кособокие, почерневшие от времени сараи, несуразно обитые блестящими металлическими листами. Асфальтовая дорога, упирающаяся во вторые ворота, пересекалась утоптанными в земле тропинками и дорожками, вымощенными отполированными до блеска булыжниками.

Не гнушались местные жители и разведением живности. Во всяком случае, то и дело с порывом ветра доносились отчётливые ароматы проживающего где-то рядом скота.

Да и вездесущего синюшного бурьяна здесь не было. А вот огородик был. У грядок, укрытых лёгким, почти прозрачным материалом, я и остановилась. В глазах уже рябило от контрастов. Это не Екатеринбург, где удачно сочетались современные высотные здания и роскошные особняки, принадлежащие богатым родам. Здесь просто кинули в одну кучу всё, что могло принести хоть какую-то пользу и по мере сил получившего монстра содержали в рабочем состоянии.

- Тяжело пришлось? – неожиданно для себя выпалила я.

- Последний год выдохнули немного, - отозвался мужчина, стоявший у меня за спиной. – С куполом всё попроще было. А до него… отбивались как могли.

- Но почему? – искренне удивилась я.

Почему не написать Савицкому? Не попросить помощи у императора, в конце концов? Да хотя бы тот же купол можно было попробовать установить. Да дорого, очень дорого. И энергии он жрёт как не в себя, но и источник изрядно фонит, вот и подпитывал бы защиту. Почему все бросили этот кусок земли на плечи четверых стариков?

- Не спрашивайте у меня, Екатерина Алексеевна, - тихо усмехнулся пожилой военный. – Я писал, куда мог. Всё связи бывшие поднял, но упирался в стену. Все всё понимали, но ничего делать не собирались.

- А опекун мой?

- Аркадий Владимирович? – и я рефлекторно кивнула, поневоле напрягшись. Если честно, не хотела я слышать, что он просто кинул на произвол судьбы усадьбу. Разочаровываться не хотела. Неплохой же мужик, в целом. – Я думаю, он упирался в ту же стену, ваше благородие.

- Все отошли в сторону и ждали, чем закончится дело?

Ответа я не услышала. Да и не нужен он был. И так всё было понятно. Без веского повода империя не станет влезать в разборки между родами. А империи по большому счёту насрать, кто именно будет владеть этим куском земли. Нет здесь ничего ценного, кроме источника. Земля – это, конечно, тоже какой-никакой ресурс, но не того масштаба, чтобы дразнить ещё и аристократов. Будь источник действующим, думаю разговор бы был другой. А так...

Но и у желающих наложить лапу на спящий источник, тоже руки оказались связаны. Нельзя просто пригнать армию и объявить земли своими. И не удержишь, да и император не допустит возникновения такого прецедента. Закон есть закон, даже если у знати он свой. А стоит спустить подобную выходку, и всю страну затянет в пучину рейдерских захватов.

Да и не может император творить, что он захочет. У него есть собственные земли, армия, административный ресурс, поддержка простолюдинов, но он скорее волкодав при стаде, чем гордый хищник. Он вынужден лавировать между интересами миллионов людей. Есть ещё соседние страны со своими интересами, которые тоже ждут ошибки, чтобы оттяпать свою часть пирога. Есть Изнанка и Вольные. Есть угроза слияния. Во всех сферах, со всех сторон что-то давит на Его Величество и пытается насадить свою волю. Каждое решение, каждый приказ – это шаг по минному полю.