Смертельный договор. Пункт 3

Глава 22

Смотря на медленно приходящего в себя Алиева, с трудом гасила гаденькую ухмылку и тянула паузу. Ну не говорить же ему раньше времени, что я не особо жалую владение одних людей другими, пусть осознаёт всю глубину жопы, из которой я его способна вытащить. А я могу. Да.

Магия смерти нелегка в освоении, но в отличие от плохо контролируемой разломной энергии, смерть некапризна и даёт возможность исправить ошибки. Магия смерти не сводит с ума, она просто убивает, если её не подчинить. И если ей отравиться, эффект будет тот же. А вот если ей правильно отравить, то можно получить очень медленно умирающего одарённого. Настолько медленно, что связать виновника и жертву практически невозможно.

Но у нас тут другой случай. Небезынтересный с академической точки зрения. И очень перспективный для откровенного разговора.

- Ну что, убегать будешь или поговорим?

А ведь неплохой вариант. Сам бы побежал, сам бы облажался, сам бы осознал, что я его единственная надежда, сам бы и с повинной явился.

- Ты знаешь, как мне помочь? – обошёлся без реверансов барон.

- Ну то есть, вопросов: «а что с моими источниками?» и «почему я медленно, но неуклонно помираю?» не будет? – несколько удивилась я такой прямолинейности.

- Могу и задать, - совсем уж нагло улыбнулся Алиев. – Но время поджимает, если ты не заметила.

Откуда, что берётся? Впрочем, он прав, времени на хождение вокруг да около действительно оставалось немного – сирены уже остановились на трассе, и зарево над дорогой непрерывно переливалось маячками спецсигналов.

- В общем, с источником могу помочь, но сам понимаешь не бесплатно.

- И что ты хочешь? – не спешил соглашаться собеседник.

- Информацию в основном, - и услышав голоса наверху, поторопила с принятием положительного решения: - Ты мне не нужен, только твой хозяин.

И ведь не соврала. Мутный он слишком, чтобы иметь с ним какие-либо отношения. Вот оставить в должниках – это неплохо, это когда-нибудь может пригодиться. А оставлять возле себя людей с неясными мотивами — рисковое предприятие.

- Есть раненные! – раздалось из темноты, и сгоревшую машину осветил робкий луч света.

- Думай! – рыкнула я на барона, отходя от шарящего по месту падения света фонаря.

Яркий луч выхватил водителя, а потом и самого барона, лежащего с закрытыми глазами и, судя по всему, активно думающего. С края обрыва с лёгким шорохом расправились несколько верёвочных лестниц.

- Я согласен, - обречённым тоном выдал Алиев, когда по лестницам шустро начали спускаться первые спасатели, нагруженные инструментами и ящиками.

- Решишь меня кинуть, сдохнешь раньше, чем начнётся ломка, - тихо предупредила я и кинулась в сторону людей. – Помогите нам, пожалуйста! Там мой спутник и водитель! Помогите нам!

Образ прелесть какой дурочки ещё не всегда получался достоверным, несмотря на мои старания. Повезло Алиеву, что от чудом уцелевшей девицы благородного происхождения ожидали панику на грани приличий. Вот истерика недопустима, а визгливые нотки и чересчур экспрессивные жесты – вполне.

А ещё барону повезло, что прибывшие спасатели оказались неодарёнными. Будь в бригаде хоть один лекарь, появились бы неудобные вопросы. Следы ментальной магии на Славе, например. Да и состояние самого Алиева выглядело подозрительно. Но повторюсь, барону повезло, и мне без труда удалось убедить и полицию, и врачей в случайности катастрофы. Да и превознести наше героическое спасение оказалось проще простого. Сильный маг, титулованный дворянин, благородный рыцарь, чтоб его!

- Ты смотри, какими плотоядными глазками та докторица нашего барончика провожает, - фыркнул Павлуша, зависнув над девушкой в бордовой униформе скорой помощи.

- Не порть девочке сказку, - посоветовала я, кутаясь в форменный бушлат краснеющего на каждом слове лейтенанта дорожной полиции. – Мы тут мимо пролетали, а им впечатления на всю жизнь, - и смущено улыбнулась всё тому же лейтенанту.

Бедный парень не знал, куда глаза девать. Мой и без того откровенный наряд, приобрёл ещё несколько оплавленных отверстий и разрезов, пока я эвакуировала мужиков из машины. Можно было и аккуратно, конечно, но зачем нам лишние вопросы? А так пару ожогов на теле оставила, мордочку в копоти испачкала, гриву взлохматила, и получилась эталонная жертва обстоятельств, мягкая, но не сломленная. О своей репутации, в конце концов, тоже необходимо позаботиться, раз уж не ушла незамеченной.

- Вызовите эвакуатор, кран, да хоть вертолёт! Мне всё равно! – закипал рядом Алиев, пока я в десятый раз в красках расписывала, как в небо взмывал столб огня и спасал нас немощных.

- Дима наверху, - доложил Павлик.

- Вовремя, - приняла я к сведению и стянула с себя заботливо переданную мне куртку полицейским.

- Только не говори, что мы этого ущербного с собой заберём, - закатил глаза призрак.

- Простите, господа, - мелодично пропела я, втиснувшись в плотный круг мужчин. – Если у вас не осталось вопросов, то мы предпочли бы удалиться. Вечер выдался на диво утомительным. Мой слуга уже ожидает нас, а об остальном позаботится представитель господина барона.

Пока давали показания, вокруг стало неприлично многолюдно, включая специальный отдел полиции по работе с одарёнными. И вот их внимания, без предварительной беседы с Быстрых, хотелось бы избежать. Хорошо, что водителя Славу уже успели перенести в специальных носилках до кареты скорой помощи, пострадал он прилично, хоть и не смертельно. Ещё несколько часов и остаточные следы ментального воздействия полностью растворятся в его собственной ауре. Он хоть и совсем слабенький, но одарённый, ещё и связанный клятвой с родом Алиевых. Так что обломятся дознавателям скандальные признания. Да и журналистам ничего интересного разузнать не светило, кроме всё той же сказки о трагической случайности и отчаянном героизме.