Смертельный договор. Пункт 3

Глава 37

Пять минут позора, десяток слащавых улыбок и памятный значок в моих руках. Даже не медаль, просто значок. Ещё и грамота в перспективе.

Вот грамота меня добила. Ну ладно ещё мордой лица посветить – это дело полезное, но грамота? Куда мне её? На стенку приколотить? Надо хоть папочку завести под эту бесполезную, но, безусловно, почётную макулатуру.

- Улыбайся шире, - буркнул Павлуша мне под руку, и я оскалилась прямо в лицо какой почтенной матроны, занявшей выгодную позицию неподалёку от парадной лестницы с губернатором.

- Я только и делаю, что улыбаюсь, - мысленно огрызнулась я, стараясь придать лицу более нейтральное выражение.

Получалось откровенно паршиво. Ладно бы я просто в центре внимания оказалась – невелика печаль. Но губернатор, между прочим, вполне ещё импозантный мужчина, подставил по полной программе. Мало того что в отличие от остальных счастливчиков, которых за значками вызвали, мне поцеловали ручку, так ещё и словом не обмолвились о причине попадания меня в этот заветный список. Вот господин Ширяев молодец, он новый способ усиления обычного топлива разломными ресурсами придумал. Вот госпожа Леонтьева красава – она вместе с группой активистов программу реабилитации нищих запустила. А я просто я. Вот такая вся красивая и к делу не приставленная, зато в ручку поцелованная.

Я знаю, почему меня вызвали, мои все знают, может, ещё десяток человек в зале знает, а остальное подумали всякую пошлость. Не мне, конечно, о разнице в возрасте говорить, но мужик-то староват, а его всем залом мне в любовники записали. И это несмотря на горящее ожерелье на шее.

Тьфу, стервятники.

- Ты опять перебила Ингу, - шёпотом хохотнула Поля мне в ухо.

- Очень приятно, - буркнула я. – Особенно в свете того, что я с ней и не соревновалась.

- Ну это да… Но я бы на твоём месте поостереглась.

Дельное замечание, да только я и без того начеку. Ладно, если платье или причёску решат испортить, да даже если и лицо подправить захотят – тут у них шансов мало. А если репутацию? Хочешь не хочешь, а с этой стороной жизни аристократов придётся смириться. Есть такое понятие, и его надо ревностно охранять.

- Один танец и стою, молчу и мать его, улыбаюсь, - пообещала я кузине.

- И одна никуда не ходишь, - серьёзно предупредила она.

И в этом тоже что-то есть. Убить-то не убьют, кишка тонка, а вот провокацию устроить вполне могут. Местные дамочки – это вам не королевские наложницы, с одной извилиной на всех. Дамы тут серьёзные, и во всякой грязи подкованные, столько веков форы, однако. Но положа руку на сердце, мелковат повод для серьёзных военных действий. На Меньшикова с интересом, конечно, поглядывают, кто с матримониальным, а и кто просто с физиологическим, но и других перспективных мужиков в зале много. Вон тот же Долгоруков, который вряд ли простит любовнице участие в банальной бабской склоке. Репутация она превыше обид и амбиций дам полусвета.

Но могут, могут. Чисто из любви к искусству могут сделать какую-нибудь пакость.

Так что я ничего не пила и не ела, всем мило улыбалась, никуда не ходила и всячески старалась никого не провоцировать. Я ж за лохмы таскать не умею, сразу нос сломаю, а то и челюсть.

И первый танец, с добровольно-принудительным участием оттанцевала. И улыбалась. И Меньшикову, и совершенно незнакомым людям, и просто стенам. Вдруг там тоже кто-то есть?

И казалось бы, вот оно завершение официальной части где-то уже маячит на горизонте. Внутренняя пружина начала тихонько разжиматься, как нежданчик прилетел, откуда не ждали.

- Я Полю потерял, – появился взволнованный Павлуша прямо из головы благообразного старичка, с которым я мило беседовала о погоде и суставах последние минут десять.

Я даже не сразу переключилась с такой безопасной, но смертельно скучной темы. Да и что вообще значит пропала? Девушка она взрослая, вольная в устройстве личной жизни. Мало ли где и с кем решила продолжить вечер.

- Поищи по резиденции или саду, - всё ещё безмятежным тоном посоветовала я.

- Ты не поняла, - очень серьёзно ответил призрак. – Я её не чувствую. Совсем не чувствую.

Так. А вот это уже несмешно. Это вам не безобидные потрахушки на лоне природы. Я Павлушу собственноручно к Полине привязала. Да мой канат толще, но и её верёвочка никуда деться не может. Вернее, может, но там один вариант хуже другого.

- Ищи по старинке глазками, - приказала я, и, извинившись перед старичком, поплыла в сторону выхода.

Что поделать, бегать на мероприятии такого уровня тоже нельзя. А хотелось бы.

Магия смерти – штука специфическая и в отличие от магов стихий, близость друг друга мы ощущали чуть ли не на интуитивном уровне. А уж чтобы сердра да свою же ученицу потеряла? Даже полмира не помеха, уж направление тоже можно определить.

В теории.

Полину я тоже не чувствовала. А вот источники магии смерти были. И не один.

Жалкие какие-то, совсем крошечные, но даже такого количества хватило, чтобы начать паниковать. Ну не чувствовала я раньше на Земле даже таких крупиц магии смерти, кроме себя любимой и Полины.

- Чёрт, чёрт, - ругаясь себе под нос и не переставая улыбаться всем подряд, я пыталась продвинуться к выходу, но мне постоянно кто-то мешал.